Часть 1: Пробуждение
Кассандра пробудилась от едва уловимого, почти эфемерного звука – словно чьи-то тихие слова сквозь безмолвие криокамеры проникали в её сон. Её веки медленно открылись, и перед глазами предстала размытая картина: стерильный металлический интерьер, окутанный тусклым голубоватым светом, отбрасывавшим холодные отблески на серые стены. Она не сразу поняла, где находится, словно мир вокруг ещё не решился принять её.
Выбравшись из криокапсулы, придерживаясь за металлическую конструкцию, она неспешно осмотрелась, пытаясь восстановить в памяти детали, объясняющие её присутствие здесь. Легкое прикосновение полотенца, нежно опустилось на её плечи, предвещало безопасность. И тут, из тишины, раздался голос, наполненный тревогой и теплотой:
Выбравшись из криокапсулы, придерживаясь за металлическую конструкцию, она неспешно осмотрелась, пытаясь восстановить в памяти детали, объясняющие её присутствие здесь. Легкое прикосновение полотенца, нежно опустилось на её плечи, предвещало безопасность. И тут, из тишины, раздался голос, наполненный тревогой и теплотой:
— Ты как? Ты меня слышишь?
Она медленно попыталась собрать силы, словно вновь пробуждалась от долгого забвения. В мерцающем свете коридора мир вокруг казался зыбким и неустойчивым, как будто сама реальность только-только начала складываться из осколков сна. Девушка, с невозмутимостью, присущей тем, кто уже привык к этому бесконечному космическому путешествию, мягко протянула руку помощи.
— Держись, — произнесла она ровным голосом, и в нём сквозила тихая уверенность в том, что она-то знает что делает.
Медленно повернула голову, Кас увидела свою коллегу, уже приведшую себя в порядок. Худая девушка с короткими чёрными волосами и очками, за которыми скрывались низко посаженные, сосредоточенные чёрные глаза. Белый костюм, переливавшийся серебристо-белыми оттенками под светом искусственных ламп и аккуратно вышитая эмблема корпорации «EG» на её груди придавала облику некую официальную строгость. — Держись, — произнесла она подбавривая. Кас медленно поднялась, чувствуя, как каждое движение отдаётся эхом в её ослабленном теле. Звуки корабля – едва слышный гул механизмов, – создавали иллюзию живого существа, дышащего в такт её пробуждению. Взгляд, устремлённый вперёд, постепенно начинал воспринимать новый мир.
Она слегка покачала головой, и в этот момент её тело, ослабленное долгим криосном, вдруг дало тревожный знак – наклонившись вперед, она почувствовала, как силы стремительно покидают её. Рвота, как неумолимое напоминание о цене первого шага за пределы Земли, заставила её осознать: испытание оказалось не только психологическим, но и физическим. Этот первичный отклик на безграничное космическое пространство, когда планетарные границы остались позади, пробудил в ней смесь страха и восторга.
После того, как удалось прочистить желудок, ей стало по легче и её направили в душевую кабину, где под мягким потоком тёплой воды она избавилась от остатков книогеля. В душе она оделась почти в такую же форму, что и коллега. Анна, она вспомнила как её зовут.
Костюм был создан из специального, дышащего материала, выдержанного в холодных тонах серого и белого. На груди, чуть выше сердца, красовалась эмблема «ExoGenesis»: синий корабль с изящными линиями, переходящими в четкие буквы «EG». Этот знак был символом надежды, открытий и, одновременно, неизведанных опасностей, подстерегающих за гранью знакомого.
Перед выходом, она остановилась у зеркала и посмотрела в отражение. Измученное, серое лицо, как будто не изменилось с того момента, как она зашла на борт. Те же жёлто-зелёные глаза, лицо усеянное веснушками, и русые до плеч волосы, которые она связала в тугой хвост. Её взгляд задержался на отражении, словно пытаясь понять, изменилась ли она после пробуждения, или всё осталось прежним.
Вспыхнули обрывки детских воспоминаний – как отец, полон благоговения перед безграничной вселенной, рассказывал ей о просторах, где звёзды светят в вечном океане тишины. Каждая миссия, как она знала, была не только шансом приоткрыть завесу нового, но и рискованным шагом в неизведанное, где тайны могли разорвать ткань реальности. Размышляя об этом, она невольно вспомнила, как совсем маленькая мечтала о звёздах, и теперь, оказавшись здесь – вдали от родной планеты, среди холодного блеска металлов и мерцающего света ламп корабля – она ощутила всю глубину этой судьбы, столь далёкой и в то же время неизбежно близкой.