Путь домой
Путешественники возвращались домой с неоднозначными чувствами. С одной стороны, они выполнили во время путешествия всё, что собирались сделать. С другой стороны, провалили самый первый (и единственный!) контакт с внеземным разумом.
Однако кошки же быстро пришли в себя после такого фиаско. Всё-таки они никогда не были склонны к самокритике и самокопанию.
«Вот ещё, какие-то рыбы, пусть и разумные, будут называть меня несовершенной. Да из них ещё не так давно консервы делали!» — как-то возмущённо фыркнула вечером Сима, глядя на себя в зеркало. «Дорогая, конечно же ты у меня само совершенство, — успокаивал супругу Туман, — но рыбам этого не понять».
Котята игрались на палубе, как всегда, ни о чём не печалясь. Поль и Мадлен тоже совсем недолго переживали по поводу неудачного контакта, поскольку были очень заняты друг другом, а вот Станислав был печален. Бука тоже ходил по палубе весь хмурый, поскольку после его речи о выдрах с ним практически никто не разговаривал, кроме профессора. Его даже хотели передать исследовательской группе, чтобы те подбросили бывшего дикаря до Моряцка, но у них не нашлось места.
На обратном пути путешественники опять решили остановиться на ночёвку на острове Робинзона, где Бука провёл так много времени. Бывший дикарь ходил по хорошо ему знакомой местности, наведался в свою хижину на дереве, смотрел на выдр. Последние всё так же держались подальше от котов, а вот людей к себе подпускали. Буке этот остров уже казался чужим и всё больше хотелось домой.
Когда стемнело, компания, как и прошлый раз, собралась у костра. Разговор постепенно свёлся к контакту с внеземным разумом. Это событие так и продолжало занимать умы путешественников.
— Увы, всё что сказали фиширки о нас — правда! — подвёл итог Пра. — Но это часть нашей природы. Мы пытаемся стать лучше, но у нас не всегда это получается, да и не все хотят работать над собой. Буквально несколько тысяч лет назад мы мало чем отличались от диких животных. Конечно, это не прошло бесследно. И всё же я верю, что в будущем мы все (кошки, люди, собаки) станем лучше. У нас может быть не такое совершенное сознание и тело, как у фиширок, но есть существенные сдвиги. Жаль, мы прогрессируем не так быстро, как этот вид рыб. Наверное, именно поэтому они отвернулись от нас.
— Что ж, в ближайшие столетия на контакт с фиширками можно не надеяться, — флегматично сказал капитан Поль.
— А ведь сами фиширки не так давно были ничем не лучше нас, — продолжил рассуждать Пра. — Это надо же, съесть всё, что только возможно на своей планете и попасть на грань вымирания. Затем у разумных рыб не хватало умений контактировать с нами, а когда они усовершенствовались и смогли связаться, то заявили, что мы для них недостаточно хороши.
Станислав после этих слов печально вздохнул. Он как никто переживал по этому поводу. После происшествия на Острове фиширок малообщительный геолог окончательно замкнулся в себе. Ведь он считал рыбок своими друзьями, но те высказали пренебрежение к нему и всей цивилизации.
— А как же плесень с далёкой галактики? — припомнил слова разумных рыбок Пыш.
— Она, наверное, или не может, или не хочет с нами контактировать, — ответил Пра. — Мы это может быть узнаем в будущем, а может быть и нет. Это уже зависит не от нас.
— Интересно, как это — разумная плесень. Мне ничего в голову не приходит, — Кыш пытался обсудить неизвестный вид разума, но его никто не поддержал. Остальные тоже не представляли, как это возможно, но причин не доверять словам фиширок не было.
Бука тоже помалкивал. Попав на остров, где он провёл так много времени и одичал, он начал понимать свои ошибки.
— Я больше не буду обижать выдр, — заявил Бука. — Я понимаю, что остров не мой, а если бы и был моим, то это не повод прогонять отсюда выдр, которые здесь давно живут. Мне очень тяжело избавляться от собственнических дикарских инстинктов, но я хочу стать лучше.
— Это хорошее стремление, — похвалил Буку Пра. Старый кот снисходительно относился к недостаткам других. Он считал, что любое существо всегда может измениться в лучшую сторону, и ему можно в этом помочь.
— Что-то засиделся я, — сказал Туман, взял в руки гитару и заиграл весёлую мелодию, пританцовывая. Котята тут же поддержали моряка и возле костра началось веселье. Разве можно печалиться в такую прекрасную ночь из-за какого-то неудавшегося контакта?
К танцующим у костра постепенно присоединились и другие члены компании, в том числе и Бука. Даже Станислав отвлёкся от грустных дум и пошёл выплясывать вместе со всеми. Затем в небо запустили фейерверки. Ведь путешествие подходило к концу, и эта была последняя ночёвка на островах.
Следующим днём «Красавица» уже с максимально возможной скоростью неслась в Рыбоград. Все путешественники уже очень хотели домой, особенно котята, которые соскучились по родителям.
Конечно же, мама и папа встретили Кыша и Пыша на причале. Ведь те заранее сообщили им о времени прибытия «Красавицы». Прознали об этом и пронырливые репортёры. Они были уже в курсе первого контакта с внеземным разумом и путешественники, сходившие по трапу с яхты, были ослеплены многочисленными фотовспышками и буквально оглохли от вопросов.
— Это правда, что вы разговаривали с разумными рыбами?!
— Внеземные цивилизации существуют?!
— Это правда, что разумные инопланетяне отказались с нами общаться?!
— Говорят, вы опять нашли пиратские сокровища!
— А это правда, что...
У Буки, психика которого была подорвана длительным пребыванием на острове, даже шерсть стала дыбом. Бедный кот не выдержал такого ажиотажа вокруг пассажиров яхты и потерял сознание. Глаза его закатились, и он обмяк. Станислав, шедший сзади, едва успел подхватить бедолагу.
Очнулся несчастный кот уже в больнице. Его приход в сознание заметила симпатичная медсестра. Трёхцветная кошечка с восторгом уставилась на Буку.
— Это вы один из тех, кто контактировал с разумными рыбами?! А это правда, что...
Любопытная медсестра сыпала вопросами без умолку, и Бука предпочёл снова упасть в обморок.