Выживание
Партизанская война не требует грубой силы, она требует интиллекта и у Тейлор она была. Молодая партизанка проснулась от слов Бенджамина. Её сон был о прежней жизни. Он баритоном проговорил:
- Просыпайся...просыпайся....нам пора - её обледеневшее после сна лишь покраснело, все жизненные системы включились, пора идти, ставать в смертный бой и выигрывать его, уничтожать каждого врага, обращая его в пепел. Девушка припоминала про какой-то сбор у церкви. Быстро собрав вещи Тейлор направилась к большому скоплению, где находились её новые боевые братья, от старика до малого паренька. Седоволосый, предположительно капитан этого отряда говорил своим грубым голосом:
- ...Ничего лёгкого, по нашим слухам локацию облепили ренегаты, поэтому мы объеденимся с другими отрядами у церкви и получим припасы. - командир похоже говорил план до этого, но Тейлор как и подобает прослушала его. Взяв свои лазерные винтовки они выдвинулись в путь к церкви.
Они двигались тихо, почти незаметно, как подобает партизанам, эти ренегаты могли быть в тылах, производить зачистки возможных выживших. Принцип был прост: не видишь символом партизан - мародёры, стреляешь, с ренегатами также. Был слышен странный шум, звук танка. Старик лишь сказал: «Залягай, противотанковое оружие к бою!». Молодой солдат сразу же снял с двухточки противотанковый гранатомёт, он держал её ровно. Взвод предахранителя. Из-за угла выехал старый ренегатский танк, он гудел, ревел, его стальные листы, оржававевъие от влияния тьмы, на них росли страшные демонические наросты. Наставив гранатомёт на борт, сняв предохранитель, парень выстрелил из этого ужасного оружия. Громкий гул ракеты, крупный взрыв.
- Рисуй звёздочку - сказал старый командир. Горящий остов танка, его предсмертный рёв, обозначающий, что танк уничтожен. Выстрел был точный и снаряды сдетонировали, прекрасное зрелище, видеть сгоревший танк, хотя и думаешь про осколки. Было интересно видеть оторванную башню, слышать лопанье демонических наростов. Всё таки война убивает души слабых, от них остаются лишь оболочки, слепые и пустые, словно ваза без цветов, думают лишь как животные, ни искусства, ни прекрасного, лишь жалкое выживание