Код: Возвращение

Взрыв. Огонь. Искры. Дым. Взрыв. Огонь. Гроза. Здание. Искры. Страсть. Буря. Дым. Слезы.

«Это была Сэм», – говорил далекий незнакомый голос. Они плакали, поддерживали, обнимали. Они приносили воды. Они понимали, что Джуди в отчаянии и пытались исправить.

Но исправить смерть сестры не получится никогда. Исправить то, в чем виновата Джуди.

Это она, она, она.

Джеймс сказал, что видел Сэм в отеле.

Рич Браун сказал, что на месте аварии была ее машина.

Ее сестра разбилась с мыслью, что Джулиет врала ей. С мыслью, что Марк Ридли мертв.

Тяжело представить человека, которому могло быть хуже. Мысли Избранной пожирали ее с бешеной скоростью, а, кроме вины за ложь, на плечи тяжелым камнем опустилось осознание – она развлекалась и испытывала всеобъемлющее счастье, пока старшая сестра мучилась от боли. Джун позволила себе парить над всей Ямой, пока Сэм горела адским пламенем.

Коннор никогда не простит себя за это. И Блэйда не простит.

Казалось, парень тут вообще не при чем. Но только не для девушки. Ее разорванный горем разум хотел думать, что именно Уорнер соблазнил ее и затащил на стол вместо того, чтобы бежать за Сэм и пытаться помочь ей.

Колени дрожали, руки не могли удержать даже чашку. Сейчас бы рыдать и рыдать, захлебываясь слезами, а она все выплакала.

Когда Джуди, находясь в штабе программы «Возвращение» в Вест-Парадайс, будучи еще совсем ребенком, размышляла о сестре, она точно не представляла такой бессмысленный конец. Самая ужасная, глупая и не геройская смерть из всех. Самманта должна была прожить еще много-много лет, вновь увидеть родителей, дом... Если Джулиет когда-нибудь попадет домой, как же она объяснит матери, что случилось с ее драгоценным чадом? Как сказать семье, что она – причина смерти самой честной, доброй, смелой и умной дочери в семье? Как же им жить с мыслью, что кусочек Конноров канул в могилу?

Ей говорили, что следует наконец встать с пола комнаты Блэйда, перестать смотреть из окна на дым, поехать туда и узнать то, что произошло. Голоса твердили, что Сэм нарушила сетку защиты, испортила какой-то барьер... Но что для Джуди вся эта информация, если она никогда больше не поделится ей с Сэм?

Последние четыре года девушка жила, надеясь на встречу со старшей Коннор, стараясь быть хоть капельку на нее похожей. Что теперь? Кем ей быть, ради чего жить?

Кто она, Джуди, без своей сестры?

С сегодняшнего дня ей отведены десятилетия на то, чтобы узнать ответ.

– Пошли, одевайся, – Блэйд аккуратно дотронулся до плеча девушки. Он абсолютно не знал, что нужно сказать или сделать.

– Я не пойду никуда. – Она шумно сглотнула. – Моя сестра мертва. Я не сдвинусь с места.

– Джуди, – парень остановился прямо перед ней, – Рич сказал, что мы обязаны приехать. Там происходит что-то серьезное.

– Что может быть серьезнее разлетевшихся от взрыва частей тела Сэм? – Голос Джуди осип, глаза потускнели. В миг она перестала чувствовать что-либо, кроме тоски. И одиночества.

– Может то, что, кроме этого, взрыв повредил защитную стену, – Аллигатор указал на панорамное окно. – Читаю по буквам, «Программы: Возвращение». Тебе не кажется, что это что-то да значит?

Несмотря на резон слов юноши, Джуди решила не тратить зря свое время. Сколько нужно сидеть не двигаясь, чтобы тело стало разлагаться?

– Мне плевать.

Уорнер хотел ответить, но понял, что слов не найдет. Хватая черное пальто с кровати, он накидывает его на плечи, берет пистолет со столешницы, крутит в руках, вспоминая его хозяйку, и выходит из комнаты, оставляя дверь открытой.

Там будут ответы, понимает он. Все ответы. Не зря здание программы было так надежно скрыто от глаз. Сколько информации посыплется на жителей, попади она не в те руки. Именно поэтому им нужно успеть добраться туда первее зевак и дураков. Именно поэтому он не тратит время на утирание соплей подруги, даже несмотря на ситуацию.

Некоторые вещи важнее и опаснее любого горя.

– Удачно Сэм умерла, – усмехается кто-то из-за угла, переговариваясь с оппонентом. – Какое здание открыла!

– Лучше не придумаешь, – отвечает второй незнакомец.

Но Блэйду плевать. Он не позволит этим людям стоять на ногах. Он заставит их замолчать.

– Удачно, что вы тут, – бросает он, идя навстречу двум парням-недоноскам. – Лучше не придумать.

Не успевают они сообразить, что происходит, как Уорнер уже выламывает плечо одному из них. Второму достается по печени и носу. Сильно.

Вот, чего стоят эмоции Аллигатора.

– В следующий раз это будут ваши языки, – добавляет он, вытирая окровавленную руку о кашемировое пальто.

Продолжая свой путь до парковки, разум Блэйда предельно чист, будто минут слабости с Джуди не было, будто Сэм не разбивалась, будто он – по-прежнему Аллигатор.

Хорошо, что он успел научиться водить. Сейчас этот талант как нельзя кстати. Садясь в салон старенькой голубой машины, капот которой покрывала ржавчина, он вздохнул, вставил ключ и собирался трогаться, но соседняя дверь резко, с подозрительным скрипом, открылась и на сиденье плюхнулась Джуди.

– Ты прав, надо ехать, – спокойно ответила она на немой вопрос парня, поправляя ворот кожаной куртки. За пять минут девушка соскребла себя с пола и привела в порядок. Надела джинсы, сапоги и синий свитер. Накинула черную косуху, а волосы собрала в тугой хвост. О тревожном состоянии Избранной говорили лишь печальные глаза.

– Да, – кивнул Блэйд, заводя мотор. Трогался он резко, как и тормозил. Как и ехал.

Зато быстро. Ненавидя тянуть время, парень вдавливал педаль так, что машина практически подлетала.

В свете гибели Сэм они могли бы ехать медленнее, но Блэйду и Джуди было все равно на то, что может случиться. Все самое плохое уже произошло.

– Далековато она уехала, – отметил парень, осматривая местность. Они пересекли границу города, оказавшись на трассе около лесополосы. Шум Ямы остался далеко позади.

– Что, если она хотела умереть? – Задала волнующий вопрос Джуди. Сказав это вслух, она съежилась. Не хотелось верить, что Сэм поступила бы так со всеми. Обошлась бы так с собой.

– Нет, не думаю, – прокашлялся Уорнер.

– Я не ждала ответа. – От холодка в голосе Коннор парень напрягся. Имея голову на плечах, он понимал, что Джун злится на весь мир, включая его.

Он глупец, если надеялся, что на их только что зародившиеся отношения это не повлияет.

Вскоре взгляду открылось место происшествия. Рассмотрев вдали остатки автомобиля Сэм, Блэйд сжал руки на руле.

– Лучше тебе не смотреть. – Предупредил он.

– Знаю.

Машина потихоньку уменьшала скорость, приближаясь к въезду на территорию загадочного бетонного здания, которое сейчас казалось бесконечно огромным. Страшно представить, каких размеров был тот защитный барьер.

И почему он не выдержал?

У входа стояли вооруженные до зубов мародеры – никто не знал, что окажется за металлическими дверьми. Но, к тому моменту, как ребята подъехали, другие люди сновали туда-сюда уже часа три-четыре. Проход был открыт.

Блэйд не спеша вошел внутрь, глазами исследуя пространство. Все вокруг в точности напоминало архитектуру Вест-Парадайс. Зеркальные стены и потолки, белоснежный пол и обширные источники света. Воспоминания заставили Джуди съежиться. Тут было холодно, даже очень. Все коридоры напоминали друг друга, из-за чего Аллигатор остановился.

– Она вскрыла сундук сокровищ, – раздался громогласный голос Рича Брауна, стоящего в конце холла. – Я покажу вам то, от чего волосы на затылке поседеют.

***

К моменту, как новая информация была озвучена, Джеймс и Сиера уже были в штабе и постепенно переваривали то, что вскрылось абсолютно неожиданно. Жаль, но это только верхушка айсберга.

– Мы предполагаем, что поломка была вызвана не только столкновением с взрывоопасным предметом, но и дождем с молнией, которая, возможно, и повредила барьер. – Подытожил мужчина в жилете с множеством карманов, который сейчас крутился на старом офисном стуле в одном из кабинетов, где стояли компьютеры и металлические стеллажи, внутри которых были обнаружены отлично сохранившиеся досье на определённых людей. – А машина Сэм выступила катализатором, врезавшись на огромной скорости. Произошло замыкание и б-у-м, – протянул он, а затем осекся: – Прости, Джуди.

Девушка кивнула, внимательно слушая рассказ.

– Мы сначала подумали: «О, Боже, сколько же энергии понадобилось, чтобы все эти годы поддерживать барьер. Но откуда же ее брать?», а оказалось, что этот штаб уходит далеко под землю, имея десятки этажей. Можно даже сказать, что это бункер-лаборатория, которая сможет защитить любые исследования и людей от чего угодно. Поэтому тут есть независимые генераторы электроэнергии, как и многое другое.

– Но что это за место? – Спросил Блэйд, рассматривая документы о сотрудниках, умерших много лет назад.

Вместо пустых разговоров, Ричард Браун открыл файлы со сведениями о проекте. Там были записи конференций, видеообращения, интервью, новостные передачи семидесятилетней давности и целый сборник «идей» президента компании – некого Адама Хендрикса, который, к тому же, был влиятельной личностью в свои годы.

Последние упоминания «Возвращения» датировались две тысячи тридцать пятым годом, а дальше – тишина. Никаких новостей, никаких передач. Хотя, судя по записям Хендрикса, проект вступил в силу только через три года после этого. Кстати говоря, при каких-то экстренных обстоятельствах.

«Времени... Нам не хватает времени. Сначала они не верили в нашу идею, прекращали спонсирование, не давали даже разрешения на тесты! А теперь им нужно быстрее, быстрее... Говорят, только так получится избежать массовой гибели.»

– Похоже на бред сумасшедшего, – отметил Джеймс, потирая виски.

– Это не так, – Сиера слушала внимательнее всех, пытаясь уловить каждое слово – читать на старом языке она совсем не умела.

Одна из видеозаписей наконец прогрузилась, и на экране показалась блондинка в строгом костюме, сообщающая о начале эфира новостей:

«Проект «Возвращение» полон тайн, надежно скрытых от простых людей. Президент компании заявляет – это частный проект, обещающий потрясающее будущее для тех, кто к нему присоединится. Нужно иметь очень много денег, чтобы стать его частью. Тем не менее, желающих сотни тысяч по всему миру. Погружение в утопичный мир и удивительно реалистичные сценарии привлекают потенциальных игроков. Как и нас всех.

Перейдем к ситуации в мире, – продолжала она. – Запад все еще не согласен с условиями Европы, касаемо экологической проблемы и глобальной проблемы перенаселения. США предлагает более радикальные методы решения конфликта, что может сказаться на жителях всего материка».

– Это что получается, они компьютерную игру изобретали в таком огромной месте и так секретно? – Задал логичный вопрос Джеймс.

– Все немного сложнее, парень, – ответил Блэйд, что-то обдумывая.

Джуди отказывалась понимать происходящее, все казалось ей бессмыслицей по отношению к смерти Сэм. Глупая трата времени.

– Мне кажется, здесь ничего полезного не найти, – бросает она, перетаптываясь с ноги на ногу.

– Ошибаешься, – отмечает Рич, которому приятно чувствовать себя значимым. – Слушайте.

Снова записи из дневника, если так можно назвать его мемуары, Адама Хендрикса.

«Люди хотят быть в безопасности, когда совершится первый удар».

Что это значит?

«Но они не понимают, что все может стать только хуже. Проект был рассчитан на тысячу едино авторизированных в системе игроков. Игроков, любителей, богатых детишек, ищущих приключение на пару месяцев. А правительство вломилось только тогда, когда им стало удобно. И говорит, мол, именем закона вы обязаны принять всех, кто согласится, – писал мужчина. – Я вынужден расширять программу за считанные дни, без всякой проверки и пробного запуска. Времени нет. Они не понимают, что все может пойти не так, не понимают, что выносливость системы под вопросом. Ни один код не удержит стольких людей одновременно без различных сбоев и неполадок. Завтра они станут необратимыми».

Вопросы стали появляться быстрее, по телу прошли мурашки. Если то, что написано – правда, то вывод очевиден.

«Эти твари вырвали управление из моих рук! Я больше ничего не решаю. Они расширяют проект. Теперь платформ четыре. В системе много ошибок, но они скрывают это. Я не смогу уничтожить проект, даже если захочу. Таймер выставлен на пятьдесят лет – только тогда самоуничтожение станет возможным. Но только изнутри. Никто, включая меня, не сможет уничтожить его из вне. Нужно войти в игру, которая вот-вот станет их реальностью».

Блэйд вдруг прокашлялся и стал читать что-то из другой папки:

– Я не иду с ними, я не идиот. Россия нанесла первый удар десять минут назад. На поверхности хаос. Персонал и я приняли решение остаться в штабе программы. Важно как можно дольше сохранять контроль над вошедшими. Находясь там, они будут думать все как один, что нашего мира больше нет, что они там в безопасности – все по сценарию. Страшно, что это станет правдой. Они проведут там всю жизнь и даже не догадаются, что мир вокруг – лишь иллюзия. Только сейчас я понял, что настоящий рай – на Земле. – Блэйд небрежно бросил папку на стол. – Вот так.

– Все верно, – обратился к слушателям Ричард. – Мы жили жизнями, сочинёнными другими.

– Пока система не дала трещину, – Блэйд нервно облизывал губу, ведь итог услышанного поражал его разум. – Никто не знал, как найти Вест-Парадайс, потому что его никогда не было. Мы были внутри виртуальной реальности всю свою жизнь.

Все опасения подтвердились. Сколько подсказок, сколько намеков можно было найти. Конечно, за шестьдесят с лишним лет внутри Вест-Парадайс жизнь на месте не стояла, прогрессировала: появлялись школы, профессии, даже музеи. Но все мелочи просто кричали: «Это бутафория». Минимальное количество оттенков – ни что иное, как способ упростить написание реальности, снизить риск сбоев. А выпадения из происходящего – не сумасшествие выпадающих, а замыкания отдельных частей системы. А Оздоровители? Лишь точки сохранения и перезапуск сценария индивида. Майнд? Помощник в адаптации игроков.

Джуди онемела, слова не могли собраться в предложения. Неужели вся ее жизнь – огромный сон? И как тогда она вернулась обратно?

– Зачем нас сюда возвращают? – Спросила наконец она.

– Как и думал Хендрикс, программа не выдерживает такого количества персон. И разрушается... Вест-Парадайс рвется по швам. – Ричард встал со стула и подошел к двери. – И нас скинули с корабля, как лишний груз, чтобы отсрочить полный сбой. Как мы поняли, в последние месяцы виртуальная реальность гибнет.

– Но сколько ей осталось? Что будет с теми, кто находится там? – Ужаснулась Сиера, широко раскрывая глаза.

– Умные парни нашли информацию и подсчитали: У Вест-Парадайс есть примерно семьдесят два часа.

– Как же люди? – Повторила вопрос блондинка.

– Если программу не отключить, их разумы потеряются в киберпространстве, а тела останутся здесь.

– Где-то есть их тела... – Начала Джуди. Мир вокруг кружился, потому что кроме смерти сестры, гибель грозила остаткам цивилизации.

– Тысячи тел, Джуди, – ответил Аллигатор, шумно постукивая по клавишам одного из компьютеров. На экране появился план здания. – И они были под нашими ногами все время.

Следующие десять минут были туманными. Многие слова проходили мимо ушей, ведь Джуди думала лишь о том, есть ли среди этих тел тело Алекса или ее семьи.

Были ли мама и папа ее настоящими родителями, а не просто героями? Кем на самом деле была Сэм?

– Господи... – Она прикрыла рот дрожащей рукой, оказавшись на самом последнем этаже.

Длинные коридоры все в ярком освещении, по бокам которых ряды капсул, капсул, капсул. Трубки, приборы, аппараты поддержания жизни.

Холод. Холод. Холод.

– Так тела лучше сохраняются, – отметил Рич. – Никто не знал, когда люди захотят вернуться. Все эти аппараты помогают телам сохранять нужные для функционирования качества. Капсулы автоматически поднимаются на поверхность и открываются при исключении игрока из системы.

– Получается, об этом кому-то известно внутри города? – Интересуется Сиера.

– Моей матери, – жестоко бросает Джеймс, проходя между рядами тел. – Она знала, что мир рушится. Знала и молчала. Вот, что она обсуждала с сенатом за закрытыми дверьми. Вместо того, чтобы предоставить людям выбирать самим, рассказав им правду. Она годами пичкала всех ложью. И теперь у всех этих людей остается три дня.

– Надо отключить систему, – заключает Блэйд, разворачиваясь к остальным. – Другого выхода нет.

– Надо спасти всех, кроме Фостер, – отзывается сын. – Пусть взорвется вместе с программой.

– Но это можно сделать только изнутри, – напомнил Ричард Фостер. – И очень аккуратно. В противном случае, вы исчезнете вместе с остальными.

– Я сделаю это, – просто и уверенно произнес Аллигатор. – Я единственный способен ориентироваться в штабе и остаться незамеченным. Я верну их всех.

Его ранее напряженное лицо приобрело умиротворенное выражение, что в нынешней ситуации казалось удивительным. Джуди посмотрела на парня с нескрываемым шоком и гордостью. Как и остальные, она понимала, что это огромный риск. Но попробовать нужно. Ради каждого из этих мирно спящих людей. Ради Сэм.

– Я иду с тобой, – отвечает она, подходя ближе. – Я смогу помочь. Я хочу верить, что моя сестра погибла не просто так.

Блэйд хоть и посмотрел на девушку сердито и с негодованием, но понял ее мотивы. Старая Джуди, смотрящая на опасность с безумным спокойствием, вернулась в самый подходящий момент.

– Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, – честно признался парень, смотря в глаза Джулиет Коннор. – Не подвергай себя опасности.

– Взаимно, – одними губами повторила она.

– Ну что, решили? – Самым серьезным тоном спросил Ричард Браун. – Я могу попросить своих ребят.

– У них нет моей подготовки и самоотверженности Джун, – объяснил парень. – Все уже решено.

Компания переместилась в зал с множеством огромных экранов и кресел – здесь когда-то обитали разработчики и дизайнеры искусственной реальности «Вест-Парадайс».

– В таком случае, медлить нельзя. – Браун оглядел помещение, разыскивая ассистентов. – Введите их в игру.

Вокруг Джуди и Блэйда закружилось около пяти человек, проверяя давление, температуру и стук сердца. Они задавали вопросы и делились дополнительной информацией. Несколько пар рук усадили их в черные массивные кресла, стоящие в паре метров друг от друга. К голове подключали провода и примочки. Времени передумать, как и сказать что-либо, не оставалось. В пальцах предательски закололо от осознания, что вот-вот она окажется там, где еще пару дней назад больше не мечтала оказаться никогда в жизни. Жизнь непостоянна.

– Ну что, – окликнул ее Блэйд. – Добро пожаловать домой.

– Мы возвращаемся в Вест-Парадайс. – Подтвердила свои мысли словами Джуди.

Мир вокруг неожиданно поплыл. В руку вошла длинная игла с каким-то нейролептиком.

– У вас есть семьдесят два часа. – Голос Брауна становился все более далеким. – Постарайтесь успеть.