Кошки-мышки Глава 7.
Какая драма! Лживая девушка с невинным обликом. POW Лия.
------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Ани не оглядываясь выбежала из кабинета. Давненько я не видела её в такой. Сколько я помню Ани, именно она всегда оставалась невозмутимой и спокойной.
Я же напротив, человек с ещё тем "взрывным" характером.
Иным часом, мне представляется, точно на небесах наши характеры поместили не в те тела. Прямо воображаю, рыжеволосая девушка готовая на любой азарт и опасные риски.
Судьба- злодейка распорядилась иначе. Я девушка с непорочным обликом божьего одуванчика. Белокурые локоны, светлые глаза в пол лица... Время от времени с Ани я могу скоротать мирно час-другой. Хотя я-то, как никто другой знаю, какая я внутри. Воплощение греха в блестящей обёртке. Совесть наездами скребет меня, к счастью, редкие приступы стыда надолго не приходят.
Мы с Джонсом остались одни. Чувствую я себя отнюдь неважно. Утром в классе мне казалось все невинной шуткой, доставляло удовольствие видеть его смущенность. А сейчас я, будто обнаженная стою перед Джонсом в непристойно прозрачной ткани. Хоть на самом деле клетчатая ткань была порядком плотной.Почему-то стала чувствовать себя смущенной. Так и подмывает скрестить руки на груди, скрыв глубокий вырез. Вместо этого я только слегка дернула уголками рта в короткой улыбке.
Если буду делать следующую коллекцию через две недели, несомненно припомню себе сегодняшний казус. Главное чересчур не взбудораживаться и не кроить из лёгкого воздушного платья паранджу. Вылетело из головы, позвоню в агенство на днях.
Бледный шрам на его щеке содрогнулся вместе с растянутыми в улыбке губами. Помню, она рассказывал про то, как вылетел на встречную полосу , а дальше тьма... Джонс выжил чудом и по сей день шрам напоминает ему о том, как дорога жизнь.
– Я ума не приложу, что с тобой происходит. Подростковый бунт? – дружелюбно интересуется Джонс.
Нет... Он сюсюкается со мной, как с непрочным ребенком. Джонс такой же, как все, "повелся на личико Девы Марии ". Такое название я дала своему необъяснимому феномену. Какой подростковый бунт, я пытаюсь оглушительно кричать, что я другая, а все – жалкий образ, подаренный природой.
Я не хочу разочаровать Джонса. Не имею понятия, кем я ему вижусь, но знаю точно. Он должен узреть настоящую меня. Решаюсь действовать грубо, напролом. Иначе, спустя пару месяцев, Джонс бесповоротно привяжется ко мне и будет в сотни раз хуже.
Хм... Ставлю десятку, что познакомившись с настоящей и "милой" мной, его пятки засверкали на горизонте. В прочем, в последние дни Джонс и сам неплохо справляется, игнорируя меня и занижая школьные оценки. Пожалуй, для начала я хочу узнать ответы на свои вопросы.
– Неправильно, здесь должна спросить я. Заниженные оценки, замечания по пустякам, постоянные придирки? Как мне это понимать? – я медленными шагами направляюсь к столу на чёрных каблуках и замечаю, как Джонс заметно замешкался и пододвинулся к столу, положив руки на него.
Я отодвинула стопки с проверочными работами в сторону и оперлась руками, накрыв одной рукой запястие Джонса. Я ненароком чуть наклонилась, чтобы блузка чуть сползла вниз. Должно безотказно сработать.
Джонс поднял свой взгляд вверх, непроизвольно оставив на секунду зацикленный взгляд немного ниже ключиц. Может быть, в глубине души он и облизнулся, однако сейчас он внимательно глядя мне в лицо сказал:
– Ты чудесная, Лия. И я, болван, действительно верил тебе. Ты казалась какой-то внеземной девушкой, ты и сама прекрасно знаешь. Ты обманула меня.
" – Неужели он понял, какая я в самом деле? "
– Я не понимаю, что ты имеешь в виду? – включила глупую дурочку я.
– Почему ты сразу не призналась мне, что тебе всего пятнадцать? – огорченно произнёс Джонс, вертя карандаш в руке.
Я застыла и быстро заморгала длинными ресницами. По началу я ни капли не понимала, про что идет речь. А потом как ахнула...
Сентябрь прошлого года, первые теплые деньки бабьего лета. В ту золотую осень Джонс впервые очутился в нашей школе, только выпущенный со стажировки молодой студент.
На торжественной линейке директор вызвал Джонса на возвышенный постамент и представил нам нового учителя. Многие старшеклассницы кокетливо захихикали и за шептались. Невольно услышала обрывок фразы одной из девушек.
" ... – А он ничего себе, симпатичный. " – послышался тонкий голосок сзади.
Ко мне приблизилась Ани, держа в руках стаканчики с апельсиновым соком. Ее огненно рыжие волосы убраны в плетенные косы. Бесконечно добрые бездонные глаза глядели на меня.
– А как тебе Джонсен? Присмотреться можно? – насмешливо предложила Ани и ее зрачках заиграл блеск.
Она протягивает мне прохладный сок со льдом. Я делаю неспешный глоток.
– Господи, Ани, он же учитель. – порицательно воскликнула я, изобразив чрезмерное возмущение.
– Как будто тебя когда-нибудь это останавливало, – стараясь не засмеяться во весь голос, Ани прошлась рукой по моей спине, – Смотри, как он глядит на тебя.
Я подняла глаза и заметила его голубые глаза, уставленные на меня. Джонс находился на противопожной стороне большого парадного зала. Проносились радостные ученики, хлопочущие учителя, девушки в пышных платьях... Мы не прекращали чувственного зрительного контакта, пока Джонс не очнулся и заметив мое вопросительное выражение лица, отвернулся.
Я стремительно приустала. Оглушающая музыка с бешеным ритмом , восторженные визги и загадочный взгляд... Я ладонью разгладила подол черного бархатного платья, облегающее мои бедра.
Идея засветилась в моей голове.
Я нарочно столкнулась спиной с парнем в красной фетровой шляпе. Отлетев, пластиковый стакан выпал из моих рук. Липкий сок выплеснулся на мою юбку. По ногам волной пробежались мурашки. От неожиданности парень ловко отскочил в сторону.
– Прошу прощения, я не хотел,я ... – парень подбежал ко мне с упаковкой бумажных салфеток.
Он виновато смотрел на меня серыми глазами. Парень засучил рукава красной клетчатой рубашки и уже было собрался вытирать мое мокрое платье, однако я отшатнулась в сторону. Тот смятенно опустил руки.
– Все в порядке, – перекрикиваю неутихающую музыку я тускло улыбнулась, – я сама.
Как только я придала своему лицу пречистый облик, парень сию секунду расстаял, словно ледяная сосулька в весеннюю капель. Вечно безотказный способ, как же противно, гадко от самой себя ...
– Ну привет! – незнакомый юноша все глядел меня из-под темных ресниц.
Парень небрежно махнул рукой на прощание и расслабленно продолжил двигаться в бешенном ритме музыки.
Держа испачканное платье за подол, я стараюсь протиснуться к выходу.
Невыносимо душно среди беспорядочной толпы, хочется вдохнуть свежего осеннего воздуха. Меня остановила Ани, осторожно дотронувшись до моего оголенного плеча.
– Куда ты? – Ани шепнула мне на ухо, и то я еле расслышала ее голос.
Танцпол играл разноцветными огнями, громогласная музыка глушит и заставляет двигаться в такт.
Настолько много народу, мне даже тяжело дышать, виски сжимаются от тупой боли...
– Мне нужно отойти.
– С тобой все в порядке? – Ани испуганно косится на мое красное от духоты лицо.
Я уклончиво киваю головой в ответ.
Наконец, выскользнув на улицу, я опустилась на каменные ступеньки. Свежий холодок щекотал мое разгоряченное тело. Ночное черное небо было усыпанно сверкающими звездами, будто рассыпались баночку с серебряными блестками. Извилистые силуэты деревьев качались на фоне ярких созвездий. Золоченый полумесяц выглядывал из-за пушистых облаков.
Сзади доносились обрывки звучания музыки.
Прикрыв глаза, я жадно вдыхала свежий прохладный воздух и разгревающе потираю озябшие плечи.
– Принцессы сбегают с бала?
На мои плечи опустился мягкий пиджак, обжигая своим теплом мои заледеневшие плечи. Я подняла глаза и в тот же момент вскочила со ступенек. Джонс заботливо глядел на меня, оставаясь в одной ситцевой черной рубашке с белой бабочкой. Выглядит бесподобно, даже... Я закусила нижнюю, ярко-красную от помады, губу.
– Я не поклонница школьных вечеров. Не мой формат, а вас что с того? – прикусив язык, дополнила ангельским голоском, – И да, на сколько я заметила, вы беседовали с директорам, а теперь – здесь.
Черт, Лия, будь капельку мягче, не выдавай себя пока что. Я, как неприметный хищник, выжидающий свою ни о чем не предполагающую добычу. Охотник с белой пушистой шубкой, разумеется.
Высвободила блондинистые локоны из-под необъятного пиджака, висящего на мне, как плед.
– Скажем так, а я не поклонник деловых разговоров в разгар веселья. – Джонс беззаботно захохотал, облокотившись на перила.
Он и в заправду непрост, такой душка. Учитель биологии... Таких я еще не испытывала, любопытно, какие скелеты в этом мускулистом высоком "шкафу" ...
– Безудержное веселье. – сарказтически поддразнила я и лучезарно улыбнулась, обратив острую колкость в забавную шутку.
– Да брось, все не так потеряно. К слову, слышишь? – Джонс повел краем уха , а затем по-джентльменски протянул мне жилистую ладонь, – Чудная песня играет, потанцуем?
" –Какой вы прыткий, мистер Джонсен. "
Я скромно шагнула назад и опустила голову. Белокурые кудри защекотали мне лицо.
– Вальс с учителем?
– Еще не факт, что я буду твоим преподавателем. Давай временно отбросим формальности. – учитель вновь настойчиво предложил мне жестом танец, –А вот отказывать – абсолютно не вежливо.
Дотронувшись пальцами до его ладони, я трепетно приблизилась к нему. Джонсен оказался таким высоким, что я утыкалась носом в его грудь. Сладковатый одеколон сводит с ума, кто теперь с кем будет играть?
Джонсен нежно приобнял меня чуть выше талии и мы неспеша закружилась в медленном вальсе, под еле слышную песню, играющую в парадном зале.
– Так куда вы так спешили, миледи? – задает вопрос Джонс, не сводч своих глаз с меня.
– Видимо, уже никуда. – беспечно отвечаю я, прикрыв глаза.
Он довольно неплох. Правда в том, что я не та девушка, какую он видит сейчас, при блеклом лунном свете в прекрасном вальсе под бескрайними сияющими созвездиями.
– Расскажешь что-нибудь о себе?
– Танец – своеобразный способ знакомится с незнакомыми ученицами? – ехидно укалываю я. Буквально вижу, как Джонс нахмуренно поморщил густые брови.
Лучше ему вообще не знакомится со мной подробно.
– Называй как хочешь. – снисходительно согласился Джонс.
– Не припомню, чтобы вы кружили в танце других девушек. – подмечаю я, продолжая топить его каверзными вопросами.
– Зато я смотрю, ты активно следила за мной. – не оробев ответил учитель, дружелюбно добавляя, – Я в свои семнадцать не увлекался учительницами.
Вот теперь мне нисколечко не смешно. Серьезно, я выгляжу на семнадцать?
Что ответить? Скажу меньше – смогу распрощаться с дальнейшим общением навсегда. Нет, Джонс, так скоро ты не отвертишься. Узнает позже, глобальной катастрофы не приключится.
– Точно... – пролепетала я, хлопая длинными ресницами, уверенно подняв глаза на Джонса, начала , – Можно подумать я от нечего делать начала на вас...
– Тебя. – исправил Джонс.
На мгновение мы застыли. Все кругом замерло, время, качающие ветками березы, порывы ветра. Даже не слышна музыка. Мои ладони задержались на его груди. Я подняла взор вверх. Джонс склонив голову набок ждал дальнейших действий.
– Нет, все же на вас. А знаете, на самом деле я спешу. – я отошла от Джонсона, стянув с себя пиджак.
– Да неужели? – он вопросительно приподнял бровь.
Джонс забирая пиджак коснулся моего запястия. Я инстинктивно одернула руку.
– Еще свидимся с вами, учитель. – бросила я на прощание и звонко засмеялась.
" – Еще посмотрим, кто кого, Джонс. Ты испытываешь меня."
...
– Как будто никто не врет о своем возрасте. – фыркнула я.
– Причем здесь цифры, это не важно сейчас, понимаешь? Важно кто мы друг другу. Ты моя ученица. Какой бы излюбленной не была. У меня будут неприятности.
– Причем тут... Послушай я... – я упорно вновь накрыла ладонью его теплую сухую руку и уставилась на его чисто выбритое лицо, – я не была кристально честна с тобой. Ты крепко зацепил меня и я решила, что пока снять маску и не играть чужие роли. Очень жаль, но теперь ты никогда не увидишь истинную меня. Прости, видимо в моем паспорте иная дата рождения.
Раздался глухой стук в дверь и та отворилась, не дождавшись ответа. Я отдернула руку от Джонса, будто обожглась горячим чайником.
– Я не помешал? – прервал наш разговор директор, просунув голову в кабинет.
– Нет, я уже уходу. – я спешно набросила рюкзак на плечо.
– До встречи, Лия. – губы Джонса дрогнули, будто хотели сказать нечто большее.
Выходя, я обернулась. Джонс сидел в кресле косился на меня голубыми печальными глазами.
– Прощай, Джонс. – сказала я одними губами, оставляя их наедине.