Уже не днем
Девочка лет шестнадцати, психонавтка. Она практиковала медитацию, осознанные сны и употребление... ну-у да, психод*ликов. Мы с ней знакомы уже давно, класса с шестого. С того случая, когда одним осенним утром я уже подходил к школе и... э нн... да ладно. Поздним вечером мы пробираемся за пределы нашего маленького городка на кочковатое поле. Свет фонарика, ерзаем по земле и собираем растущие тут пс*лоциб*новые грибы. Свечу одной рукой, другой вожу среди травы, замечаю тонкие ножки с колокольчатыми шляпками. Ее силуэт впереди.
Собрав достаточно, скорее направляемся к ней. Ее дом на окраине городка, так что мы снова идём по высокой траве, но постепенно пробираемся все ближе к мелькающим в темноте огням окон. Влажный после дождя воздух, мокрые от травы ноги... Мы идём по тропинке, окружённые кустами и деревьями, и волнительный восторг происходящего наполняет меня вместе с легким умиротворением.
Наконец, миновав лесополосу и поднявшись по пологому склону, выходим к ее дому. Все вокруг погружено во мрак, только свет из окна ее комнаты и темнеющее небо, напоминающее о приближении осени...
Как в это поверить? Событие межмирового масштаба, и я занимаю одну из главных должностей.
Страшная жара, я мчусь по пустому шоссе, вдавив педаль газа. На высоте пятиста метров за мной следит дрон, передавая изображение на базу с точностью до сотых секунды. Получив сигнал, я выезжаю на встречную. Когда на горизонте появляется машина, совсем немного сбавляю скорость и дергаю за рычаг: крыша автомобиля сдвигается назад, и лицо мне обдаёт ветром. Мчусь навстречу грузовику, ожидая столкновения. Попутно оператор успевает заснять крупным планом грузовик, так что убивает двух зайцев.
Срабатывает катапульта, и я, успев получить небольшое ранение для видимости, взлетаю над крушащимися машинами. Ощущая, как сознание уходит из тела, замечаю напарника, что отправится вместе со мной.
Ее родители уехали на несколько дней. Захожу вслед, любуюсь пепельными волосами, немного мокрыми из-за влаги... Наблюдаю за нами сбоку, мы на кухне, и она заваривает чай...
«На третью ночь растение начало излучать потоки света. Оно выросло всего за ночь недалеко от жилой местности, в том самом месте, куда этой весной упал метеорит. На четвертую ночь я пришел сюда снова, было очень темно. И как всегда неожиданно, когда я сидел в ожидании на земле, растение начало светиться, переливаясь невероятными цветами. Не существует слов, чтобы описать эти оттенки. Совершенно непривычные для человеческого зрения, через сетчатку глаза попадающие прямо в мозг и вызывающие воспоминания о далёких и забытых мирах. Эти цвета не были похожи даже на те, что я увидел, когда вдохнул D*T и пережил этот внетелесный опыт... В тот раз я соприкоснулся с высшим сакральным разумом. Существа, стоящие за созданием множества Вселенных, они мои друзья... Снова оказавшись здесь, я знал, что однажды вернусь... Однако теперь я понимаю, что все это было галлюцинациями. Всего лишь мимолетными видениями по сравнению с тем, что я видел в свете, который излучало это растение... Не ощущал это так ярко... Тоска по далекому удивительному миру, миру, где время протекает совершенно иначе, где совершенно другие законы физики, миру, что виден как сквозь тусклое стекло...»
Запись в дневнике день 9
Я видел это ни раз и ни два. Утром.
Это было утро. Я уже около школы, немного опаздывал, когда ко мне сзади подошла эта девушка. Я был знаком с ней класса с шестого.
Она ни с кем особо не общалась. Пепельные волосы, стройная фигура...
– Слушай, у меня есть немного Л*Д... Давай прогуляем и сходим куда-нибудь?
В тот день... Что было в тот день? И был ли этот день вообще?
– Был, точно был. Но был ли в нем я? – тихий вопрос, задумчиво брошенный через плечо.
Она со мной поздоровалась.
Природа Барнаула потрясающе гостеприимна. Стоило мне пересечь границу области, и тут же местные магические филины схватили меня и утащили в гнездо с удобнейшей постелью и бесплатными напитками. 10/10! Тут ещё дверь, и каждые два часа из неё выбирает мальчик и читает скороговорку. За долгие 17 лет ни одна скороговорка не повторялось даже частично. Он случайно тыкает на кнопку я не заметил этого и мы очень быстро летим на 889 этаж. Заходим в туалет, начинаем поспешно проводить измерения. Помещение на один квадратный метр. Я смотрю в окошко слева от кабинки и вдруг замечаю, как далеко внизу проносятся деревья. Получается, что мы несемся с огромной скоростью... Прикинь как если ты сидишь в метро и длинные какие-то руки щупальца проникают сбоку в твой карман и достают телефон. А ты этого просто не почувствуешь... дневник Одри солнцезащитные люди как во сне помню я, меня вдыхают через поры на лице пытаюсь логически понять своё состояние и на какой-то миг мне кажется что я схватил это однако все снова перетекает и переворачивается так что повергает меня в шок не буду счастлив пока не... отправлюсь в сон во сне во сне все планеты в Козероге – я и есть жертва Сатурну. В середине 1995 года группа ученых на севере Абу-Даби проводила проводила скрещивание людей и игуан. Исходя из записей в архиве, выжило около сотни особей. Но о дальнейшей их судьбе записи умалчивают. Ее влажный дом нашёл лесополосу, некоторые усилия происходящего все ближе с твёрдой обложкой городка в нашу первую встречу мы идём с трепетом, но постепенно вся библиотека наполняет меня огнями окон, видимо, для этого тут тепло, похотливая жажда в высокой траве, листая страницы к ее дому после дождя мы в предвкушении, только свет чьего-то собрания сочинений рассматривает темнеющее небо на окраине восторга, с этой жаждой спрятал его здесь собрав достаточно я унёс его простыми словами, окружённые кустами несколько страниц, небрежный и мокрый от травы «День 2», «День 3» зажат между умиротворением и мелькающим от этого сочетания приближением осени, тонкая книжица пробирается во мрак глубоко дыша большими томами, балансируя взглядом, что был однажды. Все вокруг уже скорее направляется из окна миновав ковер на полу, совсем не тем глубоким и мечтательным торопливым почерком, летними сумерками мы снова обнаженные в дальнем углу пыльных полок, взглянул на неё – не показывай ей дневник, страницы исписаны по пологому склону тепла и волнения. Я поискал на кухне ноги и волнительный воздух, каждую новую запись с легким указанием года, повествование начинается в темноте, которой помечали полумрак. Она смотрит последнюю страницу, поставив стремянку на обложке и на корешке, она подходит в библиотеку и наконец поднявшись со второго дня ее комнаты скидывает одежду. Ты рылся в тишине и не нашёл даже даты, идём вместе, для чего? На меня отмечалась тетрадь, напоминающая о ее взгляде, открыл возбуждение на середине, нет сомнения, в ее комнате был вечер, я волнительно пришёл к ней в глаза по тропинке, мы выпили невероятное, чтобы кто-то нашёл, я не смог найти. Заходим ко мне, выходим, на меня в начале накатывает печать библиотеки, где-то в этом лесу обитает древнейший из железных червей, окна приоткрыты деревьями, так что я домой, что же случилось ой ой ой.