3 Мира

Через полчаса после неудачного штурма гостиницы, она уже была окружена несколькими взводами Росгвардии. Прямо у входа стоял одинокий старый БТР, пусть у него была местами облупившаяся краска, но зато он внушал уверенность всем постояльцам, в том, что они в безопасности. Суровые люди с автоматами и в шлемах, словно застали на своих постах.

- Сука! Это было страшно! – ругался Коля.

Их переселили в двухместный номер и у дверей тоже стояли безмолвные стражи в полной амуниции. Причём почему-то было ощущение, что они сторожат дверь в обе стороны – как на вход, так и на выход. Геннадьевна сказала, что завтра с утра все выезжаем на перевал и если что-то понадобится, то звонить ей. Из номера не выходить, для собственной же сохранности.

- Ага! Зато сейчас все ради нашей защиты! – язвительно заметил Назар, - Чё-то я думаю мы теперь как Виола с Камисом, разве что без хомутов на шее.

- По ходу так!

- Ладно хоть не отобрали телефоны, хотя, что от них толку.

- Интересно как там наши? Там такая хрень творится? Под такую движуху знаешь, могут хоть миряне впрячься, хоть имперцы – я ничему не удивился бы.

- Ну, может, мы тут еще легко отделать, в отличии от наших других.

Знали бы ребята, как они близки к истине в своих размышлениях...
Фоном в номере работал телевизор. Очередные новости «из параллельной вселенной» на центральных телеканалах, где обсуждались проблемы исключительно соседней страны, которые прекрасно привлекали от своих внутренних.

Время тянулась, как резина, от шока ребята так до конца и не отошли, ситуация словно повисла в воздухе и не могла никак разрешиться. Остаток дня скрасила лишь фляжка с виски, которая была у Назара с собой, эдакий набор для командировок. Семьям, не тот, ни другой звонить не стали, ограничились сообщениями «спокойной ночи», хотя у самих спокойной ночь совсем не была. В 6 утра в двери постучали. Это был тот опер, с которым они ехали на уазике с Екатеринбурга, кажется его звали Петя.

- Граждане, подъем! На завтрак и выезжаем.

Коля с трудом встал, в этом номере матрасы были продавлены и он постоянно скатывался в ямку в центре – спина из-за этого принимала неправильное положение и сколиоз давал о себе знать. Зарядку делать Коля не стал – сегодня была суббота и потому он имел на это полное право. Назар по-армейски быстро проснулся и уже был в душе, все-таки не зря он отдал в свое время полтора года жизни. Хотя помнить он это не мог, но его организм помнил прекрасно и потому ему было легче.

Чтоб быстрее пробудиться, Коля выпил воды, она лучше чем кофе или энергетика запускала организм, уже буквально через минуту он чувствовал себя бодрее.  Назар вышел и освободил душ, Коля смог вымыть голову, что он делал каждое утро, так как жесткие волосы за ночь растопыривались в разные стороны, да и плюсом утренний душ очень освежал.

Во время завтрака в кафе стояла гробовая тишина, каждый был погружен в свои мысли. Девчонки из Казани выглядели очень испуганными.  Ринат был каким-то потрепанным, а у Андрея была перебинтована вся левая рука. Видимо к ним вчера в сауну тоже пришли. Среди оперов Коля подметил недостающих людей – 3-их человек из группы, выехавшей, в казавшуюся простой, командировку. Родители, жёны, дети – не дождутся своего сына, мужа, отца. Никто им не расскажет истинных причин и обстоятельств трагедии, не скажет, что они бились можно сказать на войне, в неравном бою с безымянным врагом. Они станут лишь строчками в личных делах. Всем родным скажут, что они погибли на задержании, в перестрелка с какими-нибудь бандитами. Тела, впрочем, отдадут для похорон, ибо легенда будет вполне соответствовать их состоянию и скрывать останки смысла не будет.

Все эти мрачные мысли возвратили Колю к его страху смерти. В сущности, постчеловеческие расы были созданы не просто для улучшения качества жизни, а для ее продления, для усиления тел и уменьшение шансов на быстрый бесславный конец. Было приятно осознавать, что техника и медицина позволит дожить до 22 века гарантировано, причем не дряхлым стариком, а вполне еще бодрым и омоложенным. И даже потом, когда бы наступил предел биологического омоложения он мог бы постепенно заменить все кроме мозга в своем организме и продолжать жить, чувствовать, радоваться, любить... Но здесь, несмотря на зарождающийся прогресс люди еще были истинными натуралами, на постядерной Земле Коли таких наверное не осталось, так как базовые модификации были у всех, иные не выдержали бы времена после Красной Зимы. И они передались их детям и уже детям их детей, ведь прошло 31 год с тех пор. Он начинал больше ценить свой мир и осознавать, что жизнь в агломерации была не просто хорошей, это была прекрасная жизнь без страха, в которую очень хотелось вернутся.

- О чём задумался? – прервал молчание Назар.

- Да, все о том же, как нам повезло нам жить в постчеловеческом обществе, не боятся смерти. Зная, что капсулы сна защитят от ядерных ударов, усиленный иммунитет и наниты спасут практически от любых болезней и ран.

- Ну ты знаешь, будь по-азартнее, друг! Мы конечно очень рискуем, но ведь в этом тоже есть свой шарм. Это игра на выживание, мы ходим по лезвию ножа, раскрываем пределы наших возможностей! Это невероятный опыт.

- Да к чёрту такой опыт!

- Ну знаешь, тут как с плохой погодой. Мы не в силах предотвратить дождь, но можем радостно шагать под дождем, если взяли зонтик. А может мокнуть и ныть.

- Что-то наш зонтик в виде гэбэшников слегка продырявился! Причем невосполнимо.

- Колян, ну ты чё раскис? Где твое позитивное мышление? Почему ты ищешь причины и проблемы, вместо возможностей и вызовов?

- В жопу всё! Мне просто страшно, Назар! Я не хочу сдохнуть понимаешь! Я хочу прожить долгую и счастливую жизнь, а не вот это вот всё!

- Ну нас никто и не грохнул бы – мы же ценные объекты, короче хватит паниковать, Колян – приди в себя! Вспомни как в детстве было в конце концов! Чё скажешь в 90е ты жил в безопасном и справедливом обществе?

Коля замолчал, начал вспоминать давно минувшие времена. Вот он едет на электросамокате, рядом Артём и Вася, на гироскутерах. Около дерева наркоманы ищут закладку, заказанные по ICQ синтетические вещества, «соли». Одного из нарков кусает бродячий пёс. Тот впадает в бешенство, достает ножик-бабочку и закалывает собаку на месте.

Дальше больше, доехали до киоска, такого синего цвета, как полагается с решетками и столбами по бокам, на которых были камеры и фонари, хотели купить жвачек, но вместо киоска стоит черный обгоревший кубик, отдаленно напоминающий то, чем он раньше занимался.

Воспоминание следующее – цыган во дворе просит прокатиться на электросамокате и угоняет его, Коля бежит за ним, яростно ругается матом, хватает камень с земли, кидает в грабителя, но промахивается. Электроамокат угнан. Потом он ходил писать заявление в милицию, но цыган никто так и не нашел.

Затем школа, 5-ый класс, место поодаль от здания, где нет камер. Весь бывший Колин класс, в то время Коля вместе с Жорой перешел в математический класс, а все остальные попали в обычный, так вот всей толпой народ накидывается на чужака, Игоря, задиристого второгодника, который не прошел в 6 класс и попал а ним. Он выше и сильнее, но ребят много, ведь Игорь претендовал на лидерство, а там были свои заводилы, которые Игоря признавать не хотели и подняли толпу против него. Сначала он словно великан против гномов – раскидывает несобранную толпу, но народ напирает и вот уже исполин повержен. Его пинают по телу, голове, спине. Кто-то снимает на свой Сименс, чтоб потом через ИК-порт скинуть друзьям, или выложить видео в Интертуб, тогда еще платформу для 2D-видеороликов.

Все эти воспоминания приводят Колю в себя. Он понимает, что мир жесток, был жесток и в его реальности, с той лишь разницей, что жести стало меньше к 20м годам 21го века. Хотя здесь, в мирной реальности жести было еще меньше, просто им не повезло столкнутся со всем этим дерьмом.

- Ребят, выезжаем через 10 минут! – сказал им опер Петя.

В кафе уже почти никого не было, Коля допил свой кофе и с уверенностью пошел с Назаром в номер, страх не исчез, но он принял мир таким, какой он есть и принял всю эту ситуацию. Стало легче, гораздо. Теперь его больше пугала неизвестность, которую таил в себе перевал.