LVII
Я мечтала о ванной и чашке горячего отвара. Я даже готова была рискнуть съесть кукурузные лепешки, приготовленные Виллом, лишь бы они были горячими. Но я и в страшном сне не могла представить, чем закончиться этот вечер.
Сона тут же принялась визжать от ужаса, когда увидела меня. За последние дни вид ее из цветущего превратился в крайне неряшливый. Как признался Вилл, она изводила его мелочами и нытьем по поводу отсутствия ее горничной.
— Ты увидишь сама, — сулил он мне, — что с ней можно иметь дело только, если предварительно вогнать в нее приличную дозу "ФД".
Ему не нравилось, что Сона все время пыталась повиснуть на его шее, по-хозяйски обнять за шею и разговаривать с ним как законная супруга. Очень деспотичная законная супруга.
И ей абсолютно не понравилось, когда Вильгельм-Август оттолкнул ее.
— Я разберусь с ней, — устало проговорил он. — Можешь пока принять ванну.
Это были самые сладкие слова, которые он мог произнести!
Ванная в загородном поместье Кордо была изготовлена из белоснежного фарфора и покоилась на золоченных львиных ножках. Чистая вода, хоть и без куска мыла, постепенно очищала мое тело от грязи и пыли, а голову от тревог. Казалось, что я могу часами лежать в ней, разглядывать сложные узоры восточной плитки и размышлять о чем угодно, кроме "Фриды", Тодда, Вилла и моей революции.
Тем не менее, это не могло длиться вечно.
Закутавшись в пушистый халат, я прошлепала босыми ногами в столовую, соединенную с кухней. Именно там я слышал голоса. Не то чтобы мне хотелось видеть или говорить с кем-то из четы Кордо, но одиночное заточение в Штольне сделало меня голодной к человеческому общению.
Впрочем, жажду человеческих голосов я утолила очень быстро. Скандал нарастал как снежный ком.
Соне не понравилось, что я принимаю ванну. Соне не понравилось, что я вымыла голову. Соне не понравилось, что я позаимствовала одежду у Вильгельма-Августа. Соне не понравилось, что он отварил грибной бульон для меня. Соне не понравилось, что ей его даже не дали попробовать. И в целом Соне не нравилось, что на нее не обращают внимание.
Я была готова согласиться с Виллом: с его женой можно иметь дело только когда она под большой дозой "ФД".
Она была королевой драмы. Изначально я была настроена по отношению к ней дружелюбно и даже с большой долей сочувствия. К концу вечера сочувствия не осталось.
Сона угрожала рассказать, что Вилл укрывает меня. Рвалась позвонить страже и в газеты. На худой конец, семье Кордо.
Она угрожала уйти от Вилла на совсем. Затем угрожала, что навсегда останется с ним. Последней ее угрозой было убить себя, если я не уберусь из ее дома.
Именно этого заявления нервы Вилла не выдержали. Он резко поднялся со стула и бросил о каменный пол поднос с бесценным сервизом.
— Почему ты ей просто не прикажешь заткнуться? — спросила я.
— Это моя кара за то, что я ее обратил, — мрачно проговорил Вилл. — Но видимо придется так и сделать. Заткнись и сиди молча! — в контроктаве приказал он.
Сона замерла, а дальше вела себя тихо, как старательный мим. Изредка она бросала испепеляющие взгляды то на Вилла, то на меня.
— И как нам теперь дальше действовать? — спросила я у Вильгельма-Августа. — Если я не смогу тебя сопровождать...
— То тебе придется доверять мне, — подсказал Вилл и сам усмехнулся нереальности такой перспективы.
— Боюсь, это невозможно.
— Тогда твоей революции крышка, — подвел он итог. — Сразу примешь "ФД" или подождешь, пока тебе в этом помогут стражи?
Я фыркнула.
— Ты же знаешь, у меня нет обратного пути.
Вилл пожал плечами.
— Ты можешь вернуться к Тодду на тех же условиях. Я самолично прослежу, чтобы он тебя надежно защищал от властей.
— Не думаю, что я смогу жить как прежде. Или что я хочу жить как прежде. Нет. Это обман.
— Так оставайся тут. В этом доме, — уточнил Вилл, видя мое недоумение. — Я могу приказать никому здесь не появляться. Или выстрою второй дом в лесу.
— Зачем тебе это?
— Ну, может я тебе благодарен за то, что ты очистила меня. Я много размышлял эти пять дней. О своих желаниях, о своем будущем. Под "ФД" у меня никогда не появились бы такие мысли.
Блеск в его глазах был алчным, но я не придала этому значения. В конце концов, чего такого мог хотеть Кордо, чего он уже не имел?
— Что-то мне подсказывает, что в Штольне я буду в большей безопасности, чем под твоей опекой, — ответила я. — И я не собираюсь отказываться от своих планов.
Вилл кивнул.
— Ты можешь занять место Соны. В высшем свете модно густо пудрить лицо. Думаю, при должной сноровке ты смогла бы замаскировать шрам. А Сона... — он повернулся к супруге и прервался на полуслове.
Она сидела неподвижно на софе, склонив голову к мягким подушкам. Казалось, она задремала. Но прежде, чем я поняла, что произошло, Вилл кинулся к ней. Он перевернул неподвижную жену, бил ее по щекам и попытался вызвать у нее рвоту. Прошло несколько минут, и он бессильно опустил ее на землю.
Сона была мертва. В руках у нее был пустой графин из-под "ФД".