Падение
Кыш и Пыш любили гулять по крыше, смотреть на пролетающих птиц или звёздное небо. А как захватывающе было наблюдать за жизнью города с высоты! Это любили делать все кошки. В каждом доме крыша имела специальные плоские площадки и чердачный выход к ним.
При наступлении холодов иногда происходило обледенение крыши. В этот период запрещалось прогуливаться по верху дома. Родители закрывали чердачные выходы на ключ и прятали его.
Во время гололёда Пыша очень возмущал запрет на прогулки по крыше. И это несмотря на то, что в доме имелось несколько балконов и подзорная труба, хорошо приближающая все объекты. Ему объясняли, что кошачьи лапки могут заскользить по льду и когти не задержат падение.
Когда сосульки под крышей стали представлять опасность, родители для их сбивания пригласили известного верхолаза и альпиниста Лаки. Необычайно крепкие когти и специальные железные насадки на них позволяли ему безопасно передвигаться по льду, скалам и высотным зданиям. Лаки был бессменным лидером чемпионатов Баст по лазанию по деревьям. Зимойон подрабатывал сбивателем сосулек.
Когда он сделал свою работу и ушёл, то оставил ключ от чердачного выхода на тумбочке в прихожей. Это заметил пронырливый Кыш.
— У меня есть ключ! Идём гулять по крыше! — сказал котёнок брату, когда родители ушли вечером в гости к родственникам.
— Это может быть опасным, — ответил рассудительный Пыш.
— Мы ненадолго, только выглянем с чердачного выхода и посмотрим, можно ли где пройти! — заверил брата Кыш.
И тут Пыш задумался, ведь он тоже соскучился по верхним прогулкам. Тем более сегодня должен быть первый день полнолуния и ночью можно хорошо рассмотреть спутники Баст, Ситру и Ярет (кошки любили использовать древнеегипетские имена богов, фараонов и цариц с далёкой Земли). В этот день луны напоминали поэтическим личностям два ярко-жёлтых кошачьих глаза, светящихся в ночном небе. Поэтому явление одновременного полнолуния называли глазами Баст. Длилось оно пять дней. Пышу так хотелось посмотреть на него в подзорную трубу с крыши.
— Иначе я пойду сам! — заявил Кыш. Это заставило Пыша прервать колебания и согласится с ним. Ведь не мог же он позволить пойти непоседе на крышу одному. А то, что Кыш обязательно полезет туда, не вызывало у него сомнений. Пышу казалось, что он может проследить за братом. Как же он ошибался.
Всё начиналось вполне безобидно. Котята вышли на ближайшую площадку и стали смотреть на луны в подзорную трубу. Кыш утверждал, рассматривая Ярет, что на ней видна фигурка кота, тянущая свои лапы к камбале. А вот пятна на Ситре было сложно собрать в какую-либо картинку даже котёнку с богатым воображением. Братья стали вырывать трубу друг у друга из лап, пытаясь подобрать, на что они похожи. Эта игра их очень увлекла. И вот наконец-то Кыш уверенно воскликнул: «Это же раскрывающиеся бутоны чая Баст!». Тут котёнок сделал неосторожный шаг вперёд и поскользнулся. Пыш бросился за ним, пытаясь поймать брата, но эта попытка закончилась их обоюдным падением. Котята упали с площадки и заскользили по крыше с криками.
Падение было коротким и болезненным. Некоторое время Пыш лежал на мёрзлой земле, приходя в себя. Затем он позвал брата. Кыш находился рядом и не шевелился. Как потом оказалось, он сломал себе переднюю лапу и потерял сознание от боли. Пыш отделался только ушибами и трещиной в рёбрах. Он, игнорируя боль, встал на лапы и пошёл в дом, откуда вызвал скорую помощь. Затем котёнок вернулся к брату и очень обрадовался, что тот пришёл в себя.
В больнице котятам оказали всю необходимую помощь и вызвали родителей. Врачи сказали, что Кышу несколько дней лучше провести здесь для наблюдения процессов заживления и их стимулирования специальными процедурами. Пыша отпустили домой, но целую неделю он должен был приходить на осмотр и принимать выписанные препараты.
Современная медицина могла запускать кошачью регенерацию по максимуму и любая проблема со здоровьем решалась довольно в короткие сроки. Только коту, потерявшему часть тела, приходилось ждать, когда вырастят новую, и до этого пользоваться временными протезами.
Кышу было очень одиноко и неуютно в больнице. Он раньше никогда не ночевал вне дома. Перед сном ему включили записи хорового мурлыканья, имеющие медитативные и терапевтические эффекты. Котёнок и сам не заметил, как заснул.
Следует сказать, что мурлыканье занимало особое место в жизни кошек. В школах практиковалось хоровое совместное мурлыканье, укрепляющее социальные связи. Кошки любили вместе помурлыкать, собравшись у камина вечерком. Это благотворно действовало на внутрисемейные отношения. Мурлыканье могло выражать целую гамму чувств и быть песней без слов. А ещё — с помощью мурлыканья кошки могли лечить не только себя, но и других.
— О чём ты думал, когда лез на крышу и подбивал на это брата? Ведь вы могли оба разбиться! — говорил утром Кышу отец, когда мама и Пыш уже вышли из палаты. — Если ты не жалеешь себя, то пожалей хотя бы мать. Твоя мама плакала от испуга, когда нам позвонили врачи. Она всю ночь не сомкнула глаз, хоть ей и говорили, что у вас будет всё в порядке.
Кышу было неимоверно горько осознавать, что он стал причиной маминых слёз. Иногда он с ужасом думал о том, что мог разбиться сам или остаться без брата-близнеца. Второе его ужасало не меньше, чем первое. После этого случая котёнок стал наконец-то проявлять здоровую кошачью осторожность.