Overlord | Повелитель | Властелин

— Великолепная битва, — похвалил Аинз преклонившего колено Коцита.

— Благодарю.

— Так-то оно так, но, думаю, ты понимаешь, что сейчас мы показали им кнут, но теперь тебе следует дать им пряник. Не начинай правление страха.

— Хорошо.

Аинз кивнул и посмотрел на остальных Стражей:

— Отлично. Стражи, слушайте внимательно. Я уже сказал в Тронном зале, что деревней людоящеров будет править Коцит. Если ему что-то потребуется, окажите ему помощь. Коцит, надеюсь, ты сможешь вырезать верность Назарику глубоко в сердцах людоящеров... и предоставишь им элитное образование... Я полагаюсь на тебя. Дашь мне знать, если потребуются особые предметы вроде «Пера Небес». А пока я одолжу тебе несколько «Костюмов силы».

В Иггдрасиле имелась возможность поменять расу, но это не значило, что её можно менять по желанию. Требовалось выполнить несколько условий, и изменения были необратимыми.

Одно из условий — особый предмет. Например, необходима «Книга смерти», чтобы стать личем. Чтобы превратиться в беса, необходимо «Падшее семя». А «Перо Небес», которое упомянул Аинз, нужно для превращения в ангела.

Может быть, изменение расы доступно и в этом мире. Вот почему он не удержался и поделился с остальными своими мыслями.

— Когда время придёт, я попрошу вашей помощи, владыка Аинз. Могу я спросить, что вы собираетесь делать с теми людоящерами?

— Какими?

— Двумя по имени Зарюсу и Сасурью.

С двумя, которые дрались до самого конца. Их тела всё ещё должны быть на болотах. Но почему он их упомянул?

— А, ясно. Соберите трупы, я использую тела в качестве материала для создания нежити моей особой способностью.

— Это было бы печально.

— Хм, что ты имеешь в виду? Они настолько ценны?

Когда Аинз наблюдал за битвой через Зеркало удалённого просмотра, то видел абсолютное господство Коцита, там не было больше ничего примечательного.

— Они слабы, но я увидел их воинский дух и бесстрашие перед сильным. Печально использовать их в качестве материала. Думаю, они станут даже сильнее, намного сильнее. Владыка Аинз, вы ведь ещё не проводили эксперименты по воскрешению мёртвых, так почему бы не испробовать это на них?

Ему понравились эти ящеры?

Откровенно говоря, услышав термин «воинский дух», Аинз не знал, что и думать. В книгах и манге он натыкался на термин «намерение убийства», и когда он предупреждал об этом Нарберал, та ответила, что ей всё ясно, потому Аинз особо об этом не задумывался. Точно так же он не мог понять, что такое «резонанс» между воинами.

Потому что хоть он сейчас и выглядел как лич, изначально был простым служащим. Было бы опасно, если бы обычный гражданин Японии понимал, что такое воинский дух. Будь это духом замечательного служащего, он, может быть, и понял бы немного.

— Ясно... это и вправду расточительно.

Но на самом деле Аинз недоумённо считал:

Даже если ты говоришь, что это печально, я не понимаю

.

Но если спокойно подумать, Коцит говорил дело.

Аинз уже давно хотел провести эксперименты с воскрешением, а использовать людоящеров в качестве подопытных будет довольно выгодно. И по сравнению с ерундой, которую Коцит говорил в Тронном зале, сейчас он сделал чёткое и краткое предложение. Если это — признак улучшения, то Коцит с задачей справился.

Подумав над этим немного, Аинз осознал, что у него замечательные подчинённые. И понял, что сейчас они стоят молча вокруг него, как подобает слугам.

— Альбедо, скажи своё мнение.

— Я думаю так же, как вы, владыка Аинз.

— Демиург?

— Полагаю, владыка наиболее прав.

— Шалти, а ты?..

— Думаю так же, как Демиург, и ожидаю вашего решения, владыка Аинз.

— Аура?..

— Да, я думаю как и все остальные.

— Мар?..

— Эр, эм, да, я тоже.

Сказав так, они словно вообще не ответили, у Аинза заболела голова.

Обдумав всё, Аинз пришёл к выводу: наверное, Стражи не считают это дело большим. А это также значит, что какое бы он решение ни принял, это не окажет на них никакого существенного влияния.

Конечно, мнение стражей может стать проблемой.

Проще говоря, если кто-то заявит, что сто миллионов для него мало, проверить будет трудно. Это — разница в восприятии ценностей.

Какая досада... ну, полагаю, ничего плохого не случится, если я их воскрешу? Хотелось бы, правда, обсудить это со Стражами. В последнее время я совершаю слишком много ошибок. Но ничего не поделаешь.

Не имея иного выбора, Аинз взвесил все плюсы и минусы сам.

— Мы решили править людоящерами, но есть ли у них подходящий представитель? Или группа, что будет их представлять?

— Группы нет, но один представитель есть.

— О? Кто это?

— Белый людоящер, что не принимала участие в битве. Кажется, она обладает силами друида.

— А, эта! Хм, должно сработать...

Если это она, то её можно использовать

, — подумал Аинз. Он может сделать из неё шпиона.

Однако осуществить такую идею Коциту, который будет править людоящерами, самому будет трудновато. Так что же делать? Аинзу вдруг пришла на ум идеальная мысль.

Не будет ли быстрее просто спросить? Хотя только что я не получил полезных ответов...

Аинз поделился планами с Коцитом, и тот с ним согласился.

Было трудно понять, сказал ли это Коцит, чтобы задобрить мастера, но Демиург и Альбедо никак не отреагировали. Это расслабило Аинза и убедило, что проблем возникнуть не должно.

— Очень хорошо. Сколько времени тебе потребуется, чтобы привести её сюда?

— Простите за наглость, но я подумал, что владыка Аинз попросит привести её, потому я приказал ей подождать в соседней комнате.

Аинз невольно перевёл взгляд на Демиурга и увидел, как тот покачал головой.

Великолепно, Коцит принял решение сам без каких-либо указаний, и не похоже, что эта идея кого-то другого.

Наверное, именно так себя чувствует начальник, когда видит рост подчинённого, на который и надеялся. Аинз подумал об этом с довольным лицом. Впрочем, от головы у него был лишь череп, так что выражение лица на самом деле не изменилось.

— Нет-нет, ты замечательно потрудился, Коцит. Тратить время понапрасну глупо, ты сделал правильный выбор. Что ж, тогда приведи её сюда.

— Ах, пожалуйста, подождите!

— Что такое, Аура?

— Я думаю, что это место слишком убогое. Хотя мы будем принимать представителя ящеров, что нам покорились, оно не под стать вашему статусу, владыка Аинз. Я считаю, что лучше провести встречу в Тронном зале Назарика.

Все Стражи за исключением Мара медленно кивнули в знак согласия.

— Мои извинения... я упустила этот момент, пожалуйста, простите меня!

— Ах...

Аинз никогда об этом не задумывался.

Как бы сейчас отреагировать?

Вдруг он кое-что вспомнил.

— Аура.

— Да!

— Я ведь говорил тебе, что место, которое ты построила... место, наполненное твоими чувствами, столь же хорошо, как и Назарик, так ведь? Я и вправду это имел в виду. Коцит, приведи её. Я приму её здесь.

— В-владыка Аинз!

— Аура, уступи.

— Альбедо! — запротестовала Аура с покрасневшим лицом. — Почему ты меня останавливаешь?

Однако Альбедо просто бросила на неё взгляд, а затем посмотрела на двери. Взволнованной Ауре ответил Демиург:

— Всё, что говорит владыка Аинз, — закон. Раз владыка сказал, что это место столь же хорошо, как Назарик...

— ...Это должно быть правдой, — продолжила Шалти.

Я никогда не считал свои слова законом. Правда, в этот единственный раз это сильно помогло, хоть мне и не хочется так думать.

— Аура, скажу снова. Ты одна из самых надёжных подчинённых, одна из Стражей. Это место, в которое ты вложила столько усилий, находится на том же уровне, что и Назарик. Это так даже сейчас, когда строительство ещё продолжается... ты поняла?

— Владыка Аинз... спасибо огромное, — Аура низко поклонилась, остальные Стражи последовали её примеру.

Не нужно быть... такой эмоциональной... это смущает.

— Ну что ж, тогда впусти её, Коцит.

— Да!

Через несколько мгновений Коцит привёл в комнату белого ящера. Девушка стала на колени перед Аинзом и опустила голову к полу.

— Назови своё имя.

— Да, Высший Властелин Смерти... Аинз Оал Гоун. Я — представительница ящеров, Круш Лулу.

Какой невероятный титул. Аинзу стало интересно, кто же его придумал, но он повёл себя как спокойный король и сказал:

— Хм... рад встрече.

— Да. Господин Гоун, пожалуйста, примите клятву верности от нас, ящеров.

— Хм... — Аинз присмотрелся к Круш.

Чешуйки красивые. Ярко сияют под магическим освещением. Интересно, какие они на ощупь?

У Аинза возник научный интерес. Когда он посмотрел поближе, то заметил, что у Круш дрожат плечи. Коцит должен был деактивировать свою морозную ауру, так что это, должно быть, они дрожали по какой-то иной причине.

Аинз ненадолго задумался и нашёл очевидный ответ.

Если она опечалит Аинза, то все людоящеры будут убиты. Вот почему она так осторожно выбирала слова. И неестественное молчание Аинза посеяло семя ужаса в Круш, что находилась под таким давлением.

Аинзу не нравилось запугивать слабых. Без нужды он не будет вредить другим, но для пользы Назарика он пойдёт на любую жестокость.

— Людоящеры будут под моей властью. Однако править ими вместо меня будет Коцит. Есть возражения?

— Никаких.

— Это всё. Можешь идти.

— Э? Всё? — удивилась Круш, продолжая кланяться. Словно от неё потребовали нечто неразумное, что может свести её с ума в любое мгновение.

— Пока всё. Круш Лулу. С этого дня твои ящеры вступают в эру процветания. Будущие поколения будут благодарны за то, что вы стали моими подданными.

— Мы не смеем надеяться на это, мы уже благодарны Высшему за дарованное милосердие, хотя мы сопротивлялись изо всех сил.

Аинз медленно поднялся с трона. Он подошёл к Круш, присел и положил руку ей на плечо. Она дрожала.

— У меня есть для тебя особое задание.

— Как верный слуга господина Гоуна, я сделаю всё возможное...

— Не как слуга. Я хочу, чтобы ты кое-что для меня сделала в обмен на воскрешение Зарюсу.

Когда он назвал услышанное от Коцита имя, Круш тут же подняла голову, её лицо исказилось от потрясения.

Ликуя от этого «джек-пота», Аинз продолжил наблюдать за Круш. Наверное, она пыталась это скрыть, но у неё на лице было написано сомнение. Трудно судить о её эмоциях, поскольку выражения её лица сильно отличались от человеческих, но это должно немного помочь.

— Нечто такое...

— Я тот, кто управляет жизнью и смертью. Для меня смерть — это состояние бытия, — ответил Аинз, услышав, как Круш затихла. — Это то же самое, что и отравление или болезнь, но я не могу продлить срок жизни смертных.

Обычными средствами это невозможно, но сверхуровневая магия «Загадать желание», может быть, на это способна... но лучше не говорить об этом вслух.

— Что вы хотите от меня, вашего смиренного раба?.. Моё тело?

Аинз потерял дар речи.

— Нет, это немного...

Рептилия — это слишком. Аинзу захотелось убежать, но он заставил себя играть свою роль. Сбоку кто-то заскрежетал зубами, но он просто его проигнорировал.

— Кхе-кхе! Нет. Я хочу, чтобы ты просто следила за тем, попытаются ли людоящеры восстать.

— Здесь нет таких людоящеров, — с уверенностью ответила Круш.

Аинз рассмеялся:

— Я не настолько глуп. Я не знаком с тем, как думают людоящеры, но у людей предательство — обычное дело. Вот почему мне нужен агент изнутри, который будет за всем следить.

Лицо Круш снова потеряло всякие эмоции, заставив Аинза внутренне запаниковать, что задумка может провалиться. Был запасной план, не включающий воскрешение Зарюсу, но целью всё-таки было связать Круш признательностью. Что ему делать, если она откажется?

Не следовало быть слишком жадным и идти ва-банк... Вот что значит поговорка «слезами горю не поможешь».

— Перед тобой лежит шанс на чудо. Но он не будет тут вечно. Если не схватишь его сразу же, он исчезнет навсегда.

По лицу Круш прошла судорога.

— Я не собираюсь использовать раздражающие ритуалы. В этом мире ведь существуют заклинания воскрешения? Вот его-то я и буду использовать.

— Легендарное... — проглотила слова Круш, после чего Аинз высокомерно, но мягко сказал:

— Круш, что для тебя важнее всего на свете? Подумай над этим.

Когда Аинз увидел у неё в глазах, что она начинает колебаться, ему показалось, словно он завоевал клиента на деловой встрече.

Теперь осталось заставить Круш понять, что чудо не бесплатно. Любой заподозрит неладное в бесплатных услугах, но совсем другое дело, если заплатит за них соответствующую сумму денег.

— Я всего лишь хочу, чтобы ты наблюдала за людоящерами из тени. В зависимости от обстоятельств, тебе придётся принимать трудный выбор. Чтобы предотвратить предательство, я наложу на воскрешённого Зарюсу особую магию. Если я заподозрю тебя в предательстве, то его жизнь сразу же оборвётся. Может быть, тебя это обеспокоит, но воскрешение Зарюсу это не то, что можно получить в справедливой сделке, верно?

На самом деле такой магии не существовало.

Аинз повёл себя так, будто уже закончил, и медленно поднялся. А затем развёл руками, глядя, как Круш борется с собой.

— Ах да, скажи это воскрешённому Зарюсу вместо меня. Я оживил его, потому что он для меня полезен. Обещаю, я не буду упоминать твоего имени. Так что, Круш Лулу? Выбирай. Это последний шанс вернуть назад твоего любимого Зарюсу. Что ты скажешь? Да? Или нет? — Аинз медленно протянул к Круш руку. И в то же время сказал Стражам: — Не делайте ничего, даже если она откажет. Ну так что, готова ответить, Круш Лулу?