...
«Заткнись», – скомандовала Поппи своему внутреннему голосу. Вслух же она произнесла:
Почему Фил не должен знать о твоем приходе?
Джеймс бросил ветровку в кресло и сел на край кровати Поппи.
Понимаешь, я просто не хочу, чтобы нас прервали, – сказал он, словно извиняясь. – Как боли, npошли?
Прошли, – ответила Поппи. – Разве это не удивительно? Прошлой ночью они даже не разбудили меня, как обычно. И еще кое-что. Мне кажется, я… я начинаю читать чужие мысли.
Джеймс улыбнулся, совсем чуть-чуть, уголками губ.
Это хорошо, а то я волновался.
Он поднялся, чтобы включить музыкальный центр.
Я боялся, что вчера ты получила мало крови, – тихо сказал Джеймс. – Сегодня ты должна получить больше, в я тоже.
Поппи почувствовала внутренний трепет. Ее решимость испарилась, она по-прежнему боялась, но теперь уже последствий того, что они делают. Ее пугали изменения, которые происходили в ней самой.
Единственное, чего я не понимаю, почему ты не делал этого раньше, – она легко произнесла эти слова, но, выговорив их, осознала, что вопрос этот важный.
– Я хочу сказать, ты ведь делал это с Микаэлой и другими девушками, да?
Джеймс отвел взгляд, но ответил не раздумывая:
Я не обменивался с ними кровью, хотя и пил их кровь.
Но не мою.
Да, это так. Как тебе это объяснить?
Он взглянул на нее.
– Дело в том, Поппи, что кровь можно пить по-разному. Мы делаем это только, чтобы не умереть от голода. Так гласит Закон, и Старейшины строго следят за его соблюдением. При этом полагается испытывать только удовольствие от охоты. И это все, что я чувствовал… раньше.
Поппи кивнула, хотя и осталась недовольна этим ответом. Она не отважилась спросить, кто такие Старейшины.
Кроме того, это очень опасно. Если это делать с ненавистью, то можно убить человека.
Поппи стало почти смешно.
Ты не способен на убийство.
Джеймс пристально посмотрел на нее. На улице было облачно, и по комнате разливался тусклый белесый свет. Джеймс казался необычайно бледным, его глаза вновь приобрели серебристый оттенок.
– Я убил, – мрачно, без всякого выражения сказал Джеймс – Я убил человека. Мы не обменялись кровью, и этот человек не смог стать вампиром.