12
Следующий день
— я понял, — внимательно слушает Лёша. — А ты что будешь делать?
— я понятия не имею, — пожимаю плечами, усаживаясь на диван. — Надо будет подумать над этим.
— когда встреча? — уточняет парень, складывая бумаги в папку.
— завтра, — отвечаю и откидываю голову на спинку удобного дивана, прикрывая глаза.
— прямо здесь? — кладёт папку на край стола и садится за стол, открывая ноутбук.
— да, — хмурюсь от боли в голове. — Они приедут сюда, я распишусь и уйду.
— может есть выход? — брюнет смотрит в мою сторону.
— я больше не буду рисковать, — в голову пришли моменты с той самой ночи...чёрт, надо бы забыть их. — Пусть всё забирают и валят на все четыре стороны.
— а если не отвалят? — предполагает друг.
— а если не отвалят, сюда приедет полиция, — я вздыхаю, открыв глаза, смотря в потолок. — А дальше уже их проблемы.
— ладно, пусть будет так, — пожимает плечами и смотрит на наручные часы. — Через пол часа надо ехать в центр.
— как думаешь, если после продажи этой фирмы – мне открыть новую? — предлагаю я. Интересно, как бы он поступил в такой ситуации.
— отличная идея, но где и по поводу чего? — заинтересовался Алексей.
— в подростковом возрасте, я частенько играл в покер, — улыбаюсь я, вспоминая забытые времена. — Может, подпольное казино какое нибудь?
— ответственность по статье идёт, — нахмурился он. — Может, что-то по-проще?
— ответственность будет, — уверенно говорю я, не зная, что ещё предложить.
— ну не знаю, это опять же риск, — сомнительно смотрит на меня.
— больше вариантов нет, — я встаю с дивана и начинаю медленно ходить по помещению. — По машинам надоело.
— вариантов много, просто они тебе не подходят, как ты говоришь, — он косится на меня.
— ну казино – нормальный вариант, — поворачиваюсь к другу.
— а Софья не будет против, что ты занимаешься такой работой?
— запрещённого ничего не будет, просто игры, — пожимаю плечами и задумываюсь. — Но я пересмотрю ещё варианты.
...
Прямо сейчас, я стою перед входом в дом своих родителей, где находится и моя жена тоже. После работы, меня безумно сюда потянуло. Я не мог не приехать.
Стучу по двери с опущенной головой, буд-то это чужой дом. Чёрт, что за странное ощущение? Никогда такого не было.
Дверь открывается и выглядывает отец.
— Егор! Проходи, — обрадовался он, от чего я выдохнул, пытаясь забыть про внутреннюю боль и дискомфорт.
— здорово, — мы жмём руки и обнимаемся. Я смотрю в сторону кухни. — Мама, Софья, Кира дома?
— только Софья с Кирой, — сообщает он, проходя в гостиную. — Мать уехала по делам.
— поняятно... — немного напрягаюсь, смотря на лестницу, которая ведёт на второй этаж. — Они на втором этаже?
— да, что-то там мастерят для детского сада, — улыбается мужчина, присев на диван и взяв пульт от телевизора в руку.
— я...пойду посмотрю, — неуверенно направляюсь к лестнице.
— конечно иди! — усмехается он. — Кира тебя давно ждёт.
Киваю и поднимаюсь на второй этаж, останавливаясь посередине коридора. Прислушиваюсь к звукам, в какой они комнате.
Остановив взгляд на коричневой двери, я подошёл к ней и сначала не осмелился войти. Послушав их смех около минуты, я улыбнулся краями губ и коснулся ручки двери, потянув её вниз.
Мои девочки сразу же обрушили свой взгляд на меня, как только передо мной открылась дверь. Софья удивилась, вставая с колен. А Кира сразу же побежала ко мне. Я благополучно принял её в свои тёплые объятия и заострил свой взгляд на Софье.
— папуль, наконец-то ты здесь, — девочка крепче меня обнимала, пока я стоял не двигаясь. — Вы забираете меня домой?
— нет, мы поживём с тобой немного здесь, ты же не против? — улыбнулась русая своей дочери.
— нет, — она перевела глаза на меня. — А ты, пап?
— мне надо работать, а отсюда далеко до офиса, — целую девочку в щёчку. — Я буду приезжать, обещаю.
— хорошо, — Кира захотела спуститься на ноги и я это сделал.
Прожигая Софью взглядом, я мысленно умолял её поговорить, ведь за этим и приехал. Ну и ещё, естественно, чтобы увидеть свою любимую малышку, которая в отличие от своей мамы, рада меня видеть.
— Кира, — улыбнулась ей. — Можешь поиграть внизу? Мы поговорим.
Я знал, что она догадается. Знал, что она видит меня насквозь. Я летел сюда со скоростью 120 км/ч, чтобы с ней поговорить.
— позовёте, ладно? — она направилась к выходу из комнаты, улыбаясь нам.
— конечно, — ответила девушка. — Буквально пять минут.
— хорошо! — убежала.
— зачем ты приехал? — интересуется она, а я удивляюсь.
— мне запрещено сюда приезжать? — серьёзно, не понял.
— а... — она нахмурилась на пару секунд. — Прости, не так спросила. Ты хочешь поговорить, верно?
— да, я хочу с тобой поговорить, — уверенно начинаю я, поправив длинную чёлку назад. — Объясни наконец, почему ты мне не веришь?
Этот вопрос ломал мне голову весь день и всю ночь. Она чётко дала понять, что мне не верит, но почему? Почему тот случай на каком-то заброшенном здании, всё между нами изменил? С одной стороны, если бы он изменил только состояние Софьи. А с другой, он изменил между нами всё. Такого не должно было быть.
— в чём именно я тебе не верю? — уточняет она, присев на край кровати.
— а есть ещё случаи, кроме недавнего, где ты не смогла мне поверить? — я немного удивлён.
— нет, — отпускает голову, перебирая в руке игрушку дочери.
— почему? — вновь спрашиваю я, подходя к ней ближе. — Ты думаешь, я серьёзно ждал, пока тебя...изнасилуют? Это же глупость.
— а почему ты не рассказал мне об угрозах? — она встала с кровати, направляясь на меня. Мы смотрели друг другу в глаза, от чего моё сердце желало поцеловать её. — Почему не рассказал даже про то, что ты общался с ним?
— чтобы ты не волновалась, — сотый раз отвечаю на этот вопрос.
Она сжимает свои губы, со злостью смотря в мои глаза, а я спускаю свой взгляд на её губы и больше никуда не смотрю.
— Егор, это глупый поступок, — усмехается она и поднимает мою голову за подбородок. — В глаза смотри. Чего ты хочешь?
— понять тебя, — чётко смотрю в её глаза. — Я запутался, что между нами сейчас происходит. Ты веришь мне или нет?
— да верю я тебе! — немного психует девушка, убирая руку с моего подбородка. — Сейчас, что? Какие ещё вопросы?
У неё снова стресс, но уйти я не могу.
— возвращайтесь домой, — шепчу я, пытаясь не действовать ей на нервы.
— мне нужно время, чтобы... — русая занервничала, шарив глазами по мне. — Чтобы принять это. Пожалуйста, уходи. Разбирайся с Никитой.
Я впился в её губы, нежно прижимая девушку к краю стола сзади неё. Она не отстраняется, не сопротивляется, а так-же страстно отвечает, как целую её я. Мы не можем друг без друга, как лето без дождя, и оба это понимаем.
— я не хочу уходить, Софья, — шепчу я своей любимой прямо в губы, целуя её ещё раз. — Я хочу быть рядом с тобой, с Кирой. Я не могу ночевать дома один, всё напоминает о вас.
— Егор... — пытается отстраниться она, но я не даю ей это сделать.
— ты же знаешь меня, — тяжело дышу, смотря в её зелёные, как у меня, глаза. — Я прямо сейчас возьму и отведу вас к машине, если вы сами не поедете.
— да пойми ты меня, — девушка оттолкнула меня в сторону. — Мне сейчас тяжело, понимаешь? Мне очень тяжело.
— я постараюсь сделать всё, чтобы тебе было легче, — продолжаю уговаривать.
— ты уже сделал всё, что мог, — выдаёт она.
И вновь намёк на мой тупой поступок. Это начало действовать на меня, как лезвие по венам.
— я могу больше, — становлюсь немного растеряным, но пытаюсь собраться и забыть про тот грёбанный случай на заброшке.
— например? — девушка вздыхает.
— я помогу тебе забыть о Валиулове, — надеюсь, что помогу.
— я это сделаю сама, — уверенно сказала русая и посмотрела в окно. — Если ты хочешь побыть с Кирой, я не возражаю. Только мне нужно будет уехать.
— почему? — хмурюсь.
— потому что, — она отходит от стола и направляется к шкафу, открывая его. — Остаёшься?
— я хочу быть и с тобой, — подхожу к ней сзади. — Зачем тебе уезжать?
— хорошо, — поворачивается ко мне и вздыхает, буд-то набираясь сил произнести следующие слова. — Я хочу побыть одна.
— без проблем, езжай к нам домой, а мы пока будем здесь, — я растерялся, немного не понимая, почему она себя так ведёт.
Но я знаю одно: это всё моральные последствия изнасилования. Как ей помочь? Чем ей помочь? Я впервые в такой ситуации. Мне просто стоит дать то, что ей необходимо, наверное, и со временем это пройдёт, ведь так?
Спустя время моя жена уехала, а я остался с Кирой и отцом, который на первом этаже.
Меня убивало внутри буквально всё, что сейчас происходит с Софьей. Я не могу смотреть на то, как она страдает. Я уверен, она плакала этой ночью, поэтому я хотел поехать сюда в пол второго ночи, чтобы быть рядом и знать, что с ней, но сдержался и остался в машине.
Так-же вина разрывает моё сердце. Каждый час я вспоминаю те моменты, от которых до сих пор мурашки по коже. Их не забыть, но воспоминания могут утихнуть в голове. А когда это произойдёт – неизвестно. Нужно больше радовать девушку, поддерживать и тогда, может быть, этот момент настанет, и она перестанет быть такой сломанной.
Около двух часов, я провёл время с дочерью. Пытался быть для неё весёлым, натягивая улыбку, но она всё равно спрашивала, что у меня случилось. Не отвечал. Ответить ей нечего.
Входная дверь на первом этаже хлопает и я это прекрасно слышу, продолжая строить шалашик в комнате с Кирой. Девочка протягивала мне простынь и показывала, куда мне нужно закрепить тот или иной угол ткани, а я это с радостью выполнял.
В комнату заходит девушка и оглядывает нас с нежной улыбкой. Я не мог улыбнуться в ответ, пытаясь найти в её глазах ответ, почему она вернулась счастливой, если уезжала сломанной. Кажется, она просто пытается забыть того урода.
— что делаете? — она кладёт сумку на кровать и снимает с себя кофту, осматривая наше строительство.
— о, мама! Мы строим шалашик! — радостно ответила девочка, протягивая мне в руках скотч и ножницы.
— ух-ты... — русая направляется в мою сторону и аккуратно проходит мимо построенного, чтобы случайно ничего не отвалилось. — Красиво.
— я знаю, — малышка обнимает свою маму и отходит в сторону, чтобы она проходила дальше.
— как себя чувствуешь? — я подошёл к ней и крепко прижал её к своей груди.
— нормально, — отвечает, обнимая меня в ответ.
— не надумала возвращаться домой? — надеюсь. Я ещё надеюсь и буду надеяться, что она передумала, пока была наедине со своими мыслями.
— Егор, пожалуйста, пойми меня, — она приблизилась ко мне ближе, продолжая говорить шёпотом. — Мне очень...стыдно перед тобой, что ты...такое увидел. Я...мне сложно быть рядом с тобой, потому, что я постоянно вспоминаю об этом и...мне становится мерзко.
— подожди, — перебиваю её, касаясь её плеча правой рукой, чтобы она не отошла. Я удивлён тем, что она объяснила. — Почему ты винишь себя? Почему ты думаешь, что стала мне неприятной? Я понимаю, тебе плохо и больно от воспоминаний, но то, что произошло – не изменило мои чувства к тебе.
Только что, она наконец объяснила, почему уехала из дома. Винит себя, ей стыдно передо мной и думает, что я теперь буду к ней плохо относиться. Что за бред?
— а если честно?
Видно, что она готова к словам про неприязнь к ней, но, чёрт, я пока не отсталый и понимаю, кто в чём виноват и её вины здесь нет. Она не одевалась как-то вульгарно, с ней так поступили из-за моей глупости, моей уверенности в себе не в нужное время, и из-за «потянуть время». Я же тянул его до последнего, вот это и случилось.
— я клянусь, Софья, — я положил руку на сердце, всматриваясь в её изумрудные глазки. — Я люблю тебя и буду любить даже на другом свете. Давай поговорим сегодня вечером об этом? Наедине.
— хорошо, — она обнимает меня, а я кладу голову на её плечо и прикрываю глаза от наслаждения. Обожаю такие моменты с тем, кого люблю безумно. — Я тоже люблю тебя.
...
— как это произошло? — брюнет сосредоточился на моём лице. — Что ты сделал не так, что её изнасиловали и не раз?
— один человек захотел выкупить у меня фирму за сто миллионов рублей, — я вздохнул, отпустив глаза на свои руки, которые лежали на столе. — Ты же должен понимать, что этого мало, чтобы купить все салоны с офисом?
— мало, — кивает, тоже отпустив глаза вниз, на стол. — Что дальше?
— я отказал, а он начал угрожать, — пожимаю плечами, пытаясь не обращать внимание на то, что внутри меня проснулся зверь.
Я убью его когда нибудь, обещаю. Задушу собственными руками эту мразь, что посмела тронуть мою жену.
— что тронет Софью? — уточняет брюнет.
— да, — сглатываю ком в горле, чтобы продолжить. — Перед этим отец мне сказал, что ему не нужны девушки и он по-любому не собирается её трогать. Я поверил ему, ведь папа должен знать его лучше, чем я. Потом, я решил тянуть время и дотянул до того, что оказался на заброшке вместе с Софьей и самим Валиуловым.
— и дальше...это произошло, да? — хмурится, наверное, представляя это.
— на моих глазах, — сжимаю губы, смотря в сторону.
Данил замолчал, нервно осматривая стол перед собой. Я хмурился и смотрел на улицу, где мимо ресторана, в котором мы находимся, проезжали автомобили разных марок.
— а...сколько раз? — с осторожностью интересуется парень, чтобы не задеть меня.
— около пяти, — буквально выталкиваю из себя эти слова.
Брюнет удивляется, стараясь не показывать мне этого, но я всё равно чувствую его реакцию.
— ладно, а...потом? — парень берёт стакан с горячим чаем в руку и пьёт содержимое.
— он нас отпустил, — смотрю по сторонам. — После этого, Софья закрылась в себе и только сегодня ответила, почему решила уехать к родителям.
Друг напротив меня поднял голову, даже не спрашивая, глазами показывал, что ждёт объяснений дальше.
— она думает, что стала противной для меня, — до сих пор не понимаю, откуда у неё такие глупые мысли.
— загоняется, — задумчиво произнёс парень, смотря куда-то вдаль. — Ты хотя-бы показываешь, что это не так?
— за дибила меня считаешь? — возмущаюсь я. — Конечно. А теперь буду в два раза больше это показывать, раз у неё остаются сомнения.
Брюнет покивал головой, соглашаясь со мной.
— она так и осталась у родителей? — поинтересовался, поправив футболку на себе.
— сегодня вечером мы поговорим и надеюсь, что они уедут со мной, — решаю открыть меню, лежащее передо мной.
— да, правильно, — вновь покивал он головой. — Разговор ещё никогда никому не мешал. Особенно в счастливой семье, когда происходит что-то плохое.
— а вы как? Помирились наконец? — усмехаюсь, поворачиваясь в сторону барной стойки, мимо которой бегает официант.
— ещё вчера, как только я зашёл домой, — голубоглазый широко улыбнулся. — Она же получила не большой подарочек.
— и какая была реакция? — интересуюсь, думая о таком же подарке Софье, но немножечко более эффектным.
— офигенная, — он развёл немного руками. — Она и плакала, и радовалась, и ругала меня за это, мол, зачем просто так. А я такой: «ну я же как-то должен был загладить вину», и она начала, мол, но не так же, можно было по-другому. В общем, советую.
Мы посмеялись.
— не говори Юле про то, что произошло с Софьей, ладно? — прошу я друга, который, скорее всего, и так собирался молчать, чтобы не напрягать свою жену, которая сейчас круглосуточно занята дочерью.
— не буду, — обещает парень, взяв в руки меню. — Будешь что-то заказывать?
...
Срывая с друг друга одежду, я проходил внутрь комнаты, страстно расцеловывая девушку в местах, до которых я только дотягивался. Вся хрупкая шея зёленоглазой была в красных пятнах, которые я ставил без раздумий, даже не замечая.
Случайно разорвав лифчик на Софье, я на секунду остановился от неожиданности, но потом резко продолжил, не дав ей что либо произнести. Тихо постанывая, она поддавалась моим действиям и выполняла всё то, что мне было нужно.
Оказавшись на кровати обнажёнными, она приняла меня в себя и сжала мои плечи, задирая голову. Я прижался губами к её шее, чувствуя запах ванили. Она фантастически пахнет, от чего мне сносит крышу. Чёрт, да я дышу ею.
— прости за то, что позволил тому ублюдку тронуть тебя, — шепчу в её грудь, лаская нежную кожу языком. — Прости...
— не напоминай, — прошипела она не от злости, а от сдерживания потрясающих стонов. — Я всё тебе прощаю.
Девушка прогнулась в спине и ухватилась за мою шею, прижимая меня ближе к себе. Я не мог сопротивляться её желаниям.
— чувствую себя дерьмом, — выдал я, ухмыльнувшись.
Она чуть отодвинула мою голову от своей шеи, заглянув мне в глаза. Я перестал двигаться, не понимая её реакции.
— забудь, пожалуйста, — милая впивается в мои губы, нежно пробираясь пальцами в мои волосы.
Если бы ты знала, как мне сложно после такого чувствовать себя любящим мужем. Во мне буд-то совесть говорит, что я поступил, как последняя мразь. Начинаю ненавидеть себя.