- Отлично, Остин! Просто отлично!
После успешной сцены и щекотливой ситуации с комплиментом от Оскара, работа на площадке продолжилась. Но внезапно, когда все готовились к следующему дублю, Оскар остановил съемку.
– Стоп, стоп, стоп! – воскликнул он. – У меня тут, кажется, возникла небольшая творческая пауза. Нужна свежая идея! (Наверное, Оскар просто устал, и решил устроить себе перерыв за счет остальных.)
Все переглянулись. Оскар часто устраивал такие паузы, чтобы обдумать детали или просто передохнуть. (Или, как поговаривали на площадке, чтобы попить кофе и придумать что-нибудь совсем безумное.) Но на этот раз он выглядел особенно задумчивым.
– Эй, Остин, – внезапно обратился он к актеру, – а ты как думаешь? У тебя же, вроде, тоже есть какие-то идеи? (Наверное, Оскар просто забыл, что Остин – актер, а не сценарист и режиссер в одном лице.)
Остин, который до этого момента просто стоял в сторонке и изображал заинтересованность (на самом деле, он просто пытался не упасть в обморок от скуки), опешил.
– Э-э... Ну, вообще-то... – начал он, не зная, что сказать. (В голове у него проносились тысячи мыслей: от "Я не знаю, что сказать!" до "А вдруг, я сейчас скажу что-то гениальное, и меня позовут в Голливуд?!") – Я...
– Да ладно тебе! – перебил его Оскар. – Мы же одна команда! Давай, расскажи свою идею! (Наверное, Оскар просто решил проверить, насколько далеко он может зайти, заставляя людей делать то, что они не умеют.)
Остин, подбадриваемый взглядами остальных членов съемочной группы (которые, втайне, надеялись, что Остин облажается, чтобы было над чем посмеяться), нервно почесал затылок.
– Ну... – протянул он. – Я тут подумал... А что, если... добавить немного экшена? В смысле, чтобы моя роль была не просто "придурок", а чтобы я еще и... дрался? (Остин решил, что его роль слишком проста, и что ему не хватает адреналина.)
Все замолчали. Оскар удивленно поднял брови. (В голове у Оскара проносились мысли: "Драка? Это же гениально! А вдруг, получится новый "Кровавый спорт"?!")
– Дрался? – переспросил он. – Интересная идея... Тайлер, что скажешь? (Тайлер, готовься к очередному хаосу на площадке!)
Тайлер, который всегда был готов к экспериментам (и, возможно, к бесплатному кофе), улыбнулся.
– Почему бы и нет? Это может быть интересно. (Лишь бы это не затянулось на всю ночь, а то он не выспался.)
Оскар обратился к Эйве.
– Эйва, ты как? Готова к драке? (Эйва, готовься выпустить всю свою злость на Остина!)
Эйва, которая уже привыкла к выходкам Оскара, кивнула.
– Готова ко всему! (Даже если придется драться с самим Остином!)
Оскар, сияя от восторга, хлопнул в ладоши.
– Отлично! Значит, добавляем экшен! Остин, ты будешь режиссером этой сцены! (Остин, готовься к самому безумному дню в своей жизни!)
Остин опешил еще больше. (В его голове проносились мысли: "Я? Режиссер? Но я же даже камеру в руках не держал!")
– Я?! Режиссером?! – воскликнул он. – Но я же... я же актер! (И я не знаю, как это делается!)
– Да ладно тебе! – отмахнулся Оскар. – Это всего на один дубль. Ты же знаешь, как это делается! (Ну, или хотя бы должен знать, ведь он читал сценарий!)
И, к удивлению всех, Оскар передал Остину сценарий и камеру.
Остин, дрожащими руками, взял в руки камеру. (Кажется, его руки дрожали больше, чем у оператора-новичка.) Он немного помялся, но потом, вдохновленный поддержкой остальных (и, возможно, страхом перед Оскаром), глубоко вздохнул и начал руководить процессом.
Он, конечно, не был профессиональным режиссером, но его энтузиазм и желание сделать все хорошо (несмотря на отсутствие опыта), заражали всех вокруг. Он давал указания, предлагал новые ракурсы, а иногда даже сам показывал, как нужно драться. (Кажется, Остин был больше похож на клоуна, чем на режиссера, но это было неважно.)
Сцена получилась смешной, нелепой, но в то же время и очень забавной. Все смеялись (кроме Остина, который был слишком занят работой), но при этом старались сделать все как можно лучше. (Кажется, это был самый веселый день на съемочной площадке!)
Когда съемка закончилась, Остин, мокрый от пота и переполненный эмоциями, передал камеру Коулу, их оператору. (Наверное, у него теперь будет бессонница от пережитого.)
– Ну как? – спросил он, задыхаясь.
Оскар, просмотрев отснятый материал, широко улыбнулся.
– Отлично, Остин! Просто отлично! – воскликнул он. – Ты прирожденный режиссер! (Оскар просто хотел подбодрить Остина, ведь ему еще придется с ним работать.)
И, хотя Остин, скорее всего, не станет режиссером в будущем, этот момент запомнится ему надолго. (И, возможно, он будет рассказывать эту историю своим внукам, добавляя все новые и новые подробности.)