Глава 5. Тату
Я очнулся от того, что кто-то тащил меня за ногу. Все в области лодыжки почему-то ужасно замерзло, как будто я сунулся в ледяную воду. Сначала я не врубался, что происходит, но потом, когда в голове прояснилось, я начал усиленно пинаться, пытаясь высвободится из чьей-то ледяной хватки. Но человек, казалось, даже не обращал внимания, а просто с легкостью швырнул меня перед собой. Я попытался встать, но в спину вступила резкая боль, от чего я свалился обратно. Надо мной возвышались две фигуры.
Одним был высокий мужчина. От его вида внутри у меня застыла кровь: его глаза светились белой дымкой, а изо рта шел пар, хотя в помещении было тепло. В руках у него была папка с моими эскизами, в которые он судорожно вглядывался. Другой человек был ниже и худее, глаза его горели безумием, рот искривила отвратительная полуулыбка-оскал, он смотрел прямо на меня. Я узнал их лица. Оба были моими клиентами!
— Что... что вам нужно? — заикался я, защищая лицо руками от возможного удара.
— Где она? — взревел высокий.
— Кто она? — я догадался, о чем речь, но не стал это показывать. Возможно, детектив или полиция наблюдает за салоном, и они вот-вот ворвутся сюда. По крайней мере, я на это очень надеялся.
— Книга! — зло выпалил низкий и сделал то, чего я боялся больше всего: достал откуда-то из-за пазухи огромный нож для разделки мяса, который тут же полетел мне прямо в лицо, остановившись в каком-то сантиметре от моего глаза. Затем одной ручищей он смял папку и продолжил: — Здесь недостает одного символа. Он был в книге. Где она? Отвечай, смертный кусок дерьма!
— И лучше бы тебе сказать правду, — прогудел ледяной голос высокого.
— Ее здесь нет!
— Выпотроши его сумку, Слеамгол — велел высокий низкому. Пустая трата времени. Книгу забрал Харитон. Ну и к лучшему, получится потянуть время до прибытия полиции.
Тот, кого назвали «Слянголом», или как-то так, впился мне в плечо ногтями, кажется, до крови и с лёгкостью развернул меня, хоть я и сопротивлялся. Впечатав ногой мою голову в пол, он принялся с силой дергать рюкзак.
— Идиот, лямки сними! — взревел высокий.
Послышался режущий звук, и я почувствовал, как обрезанные лямки опали на пол.
— Открой его, Слеамгол.
Но прежде, чем Слянгол успел выполнить приказ, в приемной послышался грохот. Неужели полиция?
— Я здесь! Спасите, — что есть мочи заорал я, и тут же схлопотал массивным ботинком от высокого.
— Проверь, — недовольно процедил он сквозь зубы.
Слянгол швырнул рюкзак второму грабителю и... буквально растворился в воздухе!
Вот-вот, и меня спасут, нужно только незаметно отползти на безопасное расстояние и подальше от окон, если вдруг начнется стрельба. Но постой, какая стрельба, Артур? Полиция ведь не знает, что ты здесь и в опасности!
Не успел я пошевелиться, как грабитель, который отдавал приказы, придавил мою грудь сапогом. Грудную клетку сдавило, и я начал задыхаться. А он, тем временем, принялся открывать сумку, вот только делал это очень неуклюже, пальцы его явно плохо слушались и никак не могли ухватиться за маленький бегунок. Как только же у него вышло ухватиться за брелок, тот треснул, будто стекло, и отломился. Это не на шутку разозлило грабителя, и он со злости разорвал рюкзак на две части. Что мешало ему сделать это сразу?
— Пусто? — прогремел он. — Ты солгал мне, пацан!
Вообще-то, я сказал правду...
Вдруг позади него послышался скрип металла. Стеллаж с краской накренился, обрушиваясь на грабителя. От неожиданности, он убрал ногу с моей груди и приготовился ловить металлическую конструкцию. Но, видимо, с моторикой у него действительно были какие-то проблемы, и его белые руки угодили прямиком в отверстия. Я успел отскочить прежде, чем бандита придавило к полу. Посыпались бутыли, со звоном разбиваясь и расплескивая вонючий краситель поверх мужчины. За упавшим стеллажом стоял Марк с перекореженным лицом.
— Больно, наверно... — задумчиво сказал он, а затем уже более резво добавил: — Валим через служебный!
Спорить с ним я не стал. Только успел сообразить, что эскизы еще пригодятся и подобрал отлетевшую в сторону папку. На всякий случай схватил флэшку из раздолбанного старенького компа — на ней тоже хранились копии. Окинув взглядом мастерскую, отыскал на полу машинку, рассовал все, в том числе, скомканную папку, кое-как по карманам.
Марк и я выбежали во двор с противоположной стороны от дороги. Впереди все было заставлено разрисованными проржавевшими гаражами, так что у нас был только один путь побега — на улицу. Я рванул сразу же за Марком, немного отставая, так как ноги по-прежнему болели, шея не поворачивалась, видимо от падения, а голова все еще не прояснилась. Марк оборачивался и подгонял меня. До этого момента все было как в тумане, и только когда салон остался метрах в ста позади, я начал осознавать все происходящее в полной мере.
Внезапно впереди нас из ниоткуда материализовалась фигура. Она сбила с ног Марка, а я успел остановиться. Перед нами стоял тот низенький противный мужичок по имени Слянгол. Я инстинктивно попятился, оборачиваясь, но в ужасе обнаружил, что из салона выходил второй бандит, устремляя ледяной взор на нас. Бежать было некуда.
Раздался знакомый шум мотора со стороны салона. Красный мустанг промчался мимо бандита, чуть не сбив его с ног, и остановился рядом с нами. Дверь распахнулась, оттуда показалась женская рука, за которую схватился Марк, чтобы подняться. Пара секунд, и вот мы с ним уже сидим на заднем сидении, а девушка бьет по газам, устремляя машину прямо в Слянгола, который успевает отскочить в последний момент и снова магическим образом растворяется в воздухе.
— Вы в порядке? — спрашивает Милена, бросая взгляд на зеркало заднего вида.
— Еще бы чуть-чуть... — Марк потер содранный от падения локоть. — Арт, что им было нужно?
— Книга, — опередила меня Милена, и ее голос звучал глубже и звонче, чем обычно, как будто говорило сразу несколько Милен.
— Откуда ты знаешь? — недоумевал я.
— Какая книга? — не понял Марк.
— Какая книга? — переспросила Милена.
— Что? — я совсем запутался. — Ты же только что сама...
— Книга, в которую Анум заточил архонтов, неугодных ему, — снова заговорила Милена пространственным голосом.
— Секунду... — Марк наклонился меж двумя передними сидениями поближе к Милене. — Почему ты задаешь вопрос, и сама себе на него отвечаешь?
— Это не я. Это Иштар.
Кажется, я понял, что только что за Милену говорила сущность, которую я в нее вселил, набив татуировку. А вот Марк, похоже, по-прежнему в недоумении.
— Иштар? — сказал он. — Ты про ту божественную блудницу?
— Выбирай слова! — снова странным голосом прозвенела Милена, то есть, Иштар, бросив гневный взгляд в зеркало заднего вида. Ее карие глаза стали светлее, почти желтыми и теперь даже излучали свет, словно две фары.
— Подожди секунду. Откуда ты узнала, что Арт в опасности?
— Я не знала. Я хотела попросить его свести татуировку, — Милена сосредоточено смотрела на дорогу. — Я больше так не могу. У меня из-за нее дома бордель.
— Ой-ой, подумаешь, позвала домой пару ребят поразвлечься. У меня пять тысяч лет не было мужчины.
— Пару ребят? Пол-универа обсуждают, как я хороша в постели.
— Не благодари.
— Стоп, что?! — закашлялся Марк. — А меня почему не позвали?
— Хватит, — обиженно бросила Милена. — Моя квартира — не публичный дом. Лучше скажи, Артур, ты можешь набить символ Иштар кому-нибудь другому? Тогда она разрешит мне свести татуировку и переселится в другое тело.
— Эм, что? — голова начинала кружится от такой несуразицы. Или это от того, что я сильно ударился. — Нет, хватит с меня этого. Кажется, из-за меня погибли сотни человек. Вы все психи.
Последние слова были предназначены Иштар, и, сказав их, я тут же испугался навлечь на себя гнев полубогини. Глаза Милены загорелись, но они не отражали злобы.
— Не обобщай, красавчик, — простонала нечеловеческим голосом Иштар. — Я никого не убивала. Но если не переселишь меня в новое тело, можешь попрощаться с Миленой, потому что скоро я заберу у нее контроль.
— Я тебе не позволю, — сквозь зубы выпалила Милена.
— Помоги мне все исправить, и я набью твой символ себе.
В салоне воцарилась тишина.
— Если, будучи Иштар, ты будешь пытаться меня соблазнить, я тебя побью, — Марк будто сразу свыкся с мыслью о том, что это все правда, а не бред сумасшедшего.
— Заманчиво, — наконец, сказала Иштар губами Милены. — Я ещё не бывала в мужском теле. Но ты не в том положении, чтобы ставить условия. Меня и Милена устраивает. Правда, она все ещё сопротивляется. Но это ненадолго.
— Если откажешься, я выпущу его.
— Кого? — не понял Марк.
— Кого? — настороженно повторила Милена.
— Поверь мне, — осторожно сказала Иштар. — Ты не хочешь этого делать.
— У меня не будет выбора.
— Тогда я просто убью тебя на месте, — она резко дала по тормозам. По инерции я врезался в переднее сиденье лбом, в шее что-то больно хрустнуло. Иштар протянула руку к моей шее, и ее длинные когти, длиннее, чем любой самый вульгарный маникюр, впились мне в кожу. Я замер, вжавшись в заднее сиденье, сглотнул. Марк в ужасе застыл.
— Отпусти его, — крик Милены заставил хватку ослабеть. Девушка отдернула руку.
— Хватит! — неестественно высоко воскликнул Марк. Мы все здесь на одной стороне. Никто никого не убьет. Мы найдем компромисс, но сначала нужно разобраться с той жестью, которая творится. Скольких ты выпустил, Арт?
— Около тридцати... Я и не считал толком.
— Тридцать! Малыш, ты же в курсе, что я не самый сильный архонт?
— Я всё сделаю сам. Только отвези меня домой.
— А как же книга? — спросила Иштар.
— Она не у меня.
— А у кого?
— У Харитона.
— Если хочешь, чтобы не стало ещё хуже, нужно срочно ее забрать.
— Я знаю. Но сначала, мне нужно домой.
— Ладно. — устало вздохнула Иштар. — Красотка, вези нас к нему.
Но добраться без приключений нам, конечно же, не удалось. Машина, ехавшая впереди произвела экстренное торможение, раздался визг колес, скользящих по асфальту. Милена среагировала слишком поздно, и мы въехали в зад «Солярису». Тряхнуло знатно, и моя шея, которая и так еще не отошла от взбучки, которую ей устроили гребаные архонты, колющей болью отдала в спину.
Милена высыпала проклятием на незнакомом языке; она вроде не пострадала. Марку повезло меньше, он сидел сзади и теперь лежал между передними сиденьями.
— В чем дело? — выдавил он, возвращаясь в нормальное положение и потирая ссадину под глазом.
— Надо проверить, не нужна ли им помощь, — сказал я, открывая дверь. Моему примеру последовали сначала Марк, затем, немного поколебавшись, и Милена.
Водитель «Соляриса», казалось, не пострадал. Он вышел из машины, и его внимание было устремлено куда-то вперед, вероятно, на то, что и послужило причиной аварии. Я поспешил туда. Приближаясь, я тут же услышал хрипящий голос. Недостаточно громкий, чтобы разобрать слова. Но, как только я обошел автомобиль и поравнялся с его водителем, который меня не замечал, я увидел мужчину, на четвереньках сгорбившегося посреди дороги. Его худощавые черты лица показались мне до боли знакомыми. Он был одет в изодранные лохмотья, весь в пыли, а волосы его были мокрые, пропитанные чем-то черно-красным... Запекшейся кровью. Похоже, он был ранен.
— П... пи-и-ить. Х... хочу... пи-и-ить.
— Кто-нибудь, принесите воды! — закричал водитель «Соляриса». — И вызовите скорую! Мужик, ты в порядке? Я тебя задел?
Водитель протянул руку пострадавшему, и тут случилось то, чего я никак не ожидал. Вцепившись ногтями в вытянутое предплечье и широко разинув рот, вонзился зубами в кожу руки. Готов поклясться, я видел, как кровь брызнула фонтаном. Толпа застыла в изумлении. Водитель орал от боли и пытался отдернуть руку, но безуспешно: обезумевший вонзил в нее свои зубы по самую кость и не собирался их отнимать.
Тут, мужчина из толпы, который оправился от шока быстрее всех, устремился к сумасшедшему, дав команду другим: «Разнимай их, мужики!», которой тут же последовали остальные, и вот уже трое из толпы хватают его за руки и шею, удушающим захватом пытаются остановить безумие. Внезапно, больной отпускает водителя, тот мешком валится с ног. Раздается пронзительный вопль, и трое разнимавших мужчин отлетают на два метра и, потеряв равновесие, тоже падают на землю.
---Глава в работе---