Эпилог
* * *
— Это был последний раз, Кол. Я уже говорила, что я тебе не жилетка и уж тем более не девочка по вызову, — пробурчала Кэтрин под нос, натягивая узкие джинсы на бедра под пристальным взглядом лежащего на кровати парня.
— В последнее время, Кэти, ты такая ворчливая стала. Где моя прежняя конфетка, у которой было меньше требований и больше азарта? — он резко дернул ее за руку, отчего она снова упала на кровать рядом с ним.
— Твоя прежняя конфетка не изменилась. Просто она уезжает. — Кэтрин закусила нижнюю губу в ожидании его реакции. Кол в недоумении свел брови, и она загадочно улыбнулась. — Ты же знаешь, я не могу надолго осесть на одном месте. А здесь я непростительно долго.
— И все это время ноешь по поводу своего статуса «девочка по вызову». А ты сама чем лучше? Называешь меня другом... Остальным людям, которых ты нарекаешь друзьями, стоит опасаться.
— В твоем случае, когда я говорю друг, я имею в виду «друг», — протяжно произнесла девушка, хитро прищурив глаза, чем вызвала заливистый смех Первородного.
— Ну, знаешь, и ты для меня не девочка по вызову.
— Так, докажи. Поехали со мной.
Широкая улыбка Кола плавно переросла в теплую, он посмотрел в горящие ожиданием почти черные глаза девушки, запуская пальцы в идеальные кудри, привлек к себе, целуя в губы. Она улыбнулась сквозь поцелуй, осознав его негласный ответ.
* * *
— Кэролайн, милая, пока ты возилась здесь, Элайджа и Донна уже уехали вместе с детьми, — оповестил девушку Клаус, заходя в комнату. Она сидела у зеркала, медленно проводя гребенкой по волосам, когда он подошел сзади и поцеловал ее в макушку. — Дети побудут с ними некоторое время. Мы одни. Кол тоже давно не объявлялся, даже не звонил, — задумчиво заключил он, прижавшись и сомкнув руки на ее животе.
— Ты же не станешь делать вид, что не знаешь, где он и с кем? Твои вездесущие гибриды не упустят такой важной детали.
— Я знаю, где он и с кем, но не могу выразить радости по этому поводу.
— Брось, Ник. Конечно, я понимаю твое недоверие и сама слабо верю, что Кэтрин может кого-то осчастливить. Но... Как бы парадоксально это ни звучало, твой брат счастлив. А если Кол счастлив, то и мы должны быть счастливы за него. Просто задвинь подальше всю свою подозрительность и порадуйся за брата! — Кэролайн шутливо встряхнула его.
— Ладно-ладно, я подчиняюсь, — улыбнулся Клаус, отмечая игривое настроение любимой.
— Хм... Подчиняешься? — она вопросительно вздернула бровь и толкнула его на кровать, следом плюхнувшись рядом. — Значит, больше никакого манипулирования, шантажа и закалывания кинжалом при первом же разногласии?
— Ну... Я бы не торопился с этим. К примеру, ты теперь не такая хрупкая, как раньше. Зато стала гораздо более надоедливой. Так что... — с деланным серьезным видом многозначительно протянул он, за что получил весьма ощутимый удар кулаком в бок, заставивший его согнуться. — Эй, полегче! Не забывай, что ты больше не «малышка Кэри», — процитировал он младшего брата, резко подмяв девушку под себя, припал губами к ее шее. Она звонко засмеялась от его манипуляций и еле собрала силы, чтобы вырваться из его каменных объятий.
— А между тем я говорю серьезно. Позволь им решать самостоятельно, не вмешивайся. Это касается не только твоих братьев, но и наших детей.
— Что ты имеешь в виду? Что детям тоже нужно позволять все? Ну, Финну я позволяю рисовать прямо на моих картинах — это огромная жертва, согласись. И Бекке позволяю бить Кола и вырывать его волосы. Возможно, поэтому он уехал — сбежал от малышки Бекс, — смеялся Первородный, особенно над хмурым взглядом девушки. — Брось, Кэр! Куда девалась вся твоя игривость?
— Моя игривость вернется сразу же, как только мы закончим этот разговор, — с деланной строгостью ответила Кэролайн, но не сдержала улыбки, когда он невинно развел руками, будто говоря «сдаюсь». — Я видела твой взгляд, когда Донна сказала, что Финн и Бекка унаследовали от тебя ген оборотня. Так вот, даже не думай делать их гибридами. Хотя бы позволь им самим решить, хотят ли они жить вечно или предпочтут оставаться людьми.
— Даже не проси об этом, милая, потому что этого точно не будет. Наши понятия о свободе воли сильно расходятся. И в этом случае свобода воли будет грозить им опасностью, а ты знаешь, что я этого ни за что не допущу.
— Ник, послушай... Я уверена, что придет время, когда они обязательно захотят стать полностью похожими на нас. Но мне важно знать, что ты будешь считаться со мной и с ними, а не решать все за всех. Ты не можешь больше возвращаться к этому, ты ведь понимаешь?
Кэролайн смотрела на него глазами, полными теплоты и мольбы, что заставляло его таять, отторгнув все внутренние протесты. Его взгляд смягчился, отчего на лице девушки расцвела счастливая улыбка.
— Я в тебе не сомневалась, — с гордостью произнесла она, млея от его восхищенного взгляда. — Никогда не сомневалась. Кто бы что ни говорил, в моих глазах ты всегда был самым любящим и заботливым.
— Я не всегда таким был, милая. Просто... Ты вернула меня назад, Кэролайн. — Он смотрел на нее с какой-то бережливостью, словно она — его святыня. Кэролайн невесомо провела пальчиками по его щеке.
— Я люблю тебя, ты в курсе? — игриво произнесла она, сверкая искорками в глазах, когда увидела улыбку на любимом лице.
— Я это подозревал, — подыграл он ей и склонился к ее губам. Она ответила ему, накрыв ладонью его затылок, притянула, углубляя поцелуй.
— Значит, дом полностью в нашем распоряжении... — сквозь поцелуй прошептала Кэролайн. — Что ты там говорил о подчинении? — с азартом поинтересовалась она, когда его рука скользнула к ее животу, чтобы развязать шелковый пояс на халате. Поймав вызов в его глазах, она перекатила его на спину, резко прибив запястьями к подушке, начала покрывать его шею и скулы поцелуями. Нетерпеливо зарычав, Клаус вырвал руки из ее оков и, снова подмяв под себя, прижался к ее губам жадным поцелуем, уносящим обоих в их собственный мирок, где есть место только счастливой вечности вместе.
Then I'll see your face
I know I'm finally yours
I find everything I thought I lost before
You call my name
I come to you in pieces
So you can make me whole