Преступление и наказание

Герои решили вернуться в бар. Эйд шагал первым — его походка стала чуть более тяжёлой после провального преследования. Он молчал, явно прокручивая в голове исчезновение Некрасова. Эйван шёл следом, сунув руки в карманы и лениво озираясь. На его лице не было усталости, только настороженность и раздражение.

Эйван первым нарушил тишину:

— Если мы сейчас начнём дёргать людей с расспросами, нас в лучшем случае вышвырнут из бара, в худшем — кто-нибудь даст в морду. Надо действовать тоньше. - Он усмехнулся и покрутил в руках чей-то кошелёк.

Эйд машинально взглянул на предмет и мгновенно нахмурился.

— Это мой кошелёк.

— Ох.. да. - беззлобно согласился Эйван, подбрасывая кошелёк на ладони. — Он очень удобно оказался у меня в кармане, пока ты сидел повесив нос. Нужно воспользоваться моментом. Вот я и воспользовался.

Прежде чем Эйд успел что-то сказать, Эйван уже развернулся и направился к компании парней и девушек, которые ранее тусовались с Некрасовым. Их было человек шесть-семь — пара девушек с вычурными причёсками, несколько парней в дорогих куртках и модной обуви, все из разряда тех, кто ходит в бар не просто выпить, а показать себя. Видимо у Некрасова был вкус к таким компаниям.

Эйд лишь громко выдохнул и плюхнулся на диванчик у стены, наблюдая, как его подопечный подходит к группе с той самой ленивой наглостью, которая всегда выбешивала окружающих и одновременно располагала.

— Эй, ребята. - Эйван поднял бокал. — выпьем за хороший вечер. Я угощаю.

Лицо Эйда дёрнулось.

Через полчаса, и после, как предполагал Эйд, катастрофического опустошения его кошелька, Эйван вернулся, ухмыляясь. Он плюхнулся рядом.

— Ну что? - спросил Эйд, устало. — Ты хотя бы что-то узнал, пока разорял меня?

— Да! Не зря тебя разорил, папаша. Никто не знает, кто такой наш Некрасов на самом деле. Для всех он просто "богатенький чувак с тачкой, классным прикидом и неограниченным счётом". Но… - Эйван наклонился вперёд. — Ходят слухи, что он последнее время часто зависает с девушкой. Некой Мари Райт.

Эйд сразу вытянул телефон и набрал номер участка.

— Срочно установить скрытое наблюдение за Мари Райт. Полная слежка, без контакта. Выполняйте.

Он убрал телефон и посмотрел на Эйвана.
— Хорошая работа.

Эйван лишь зевнул и отмахнулся:
— Да ну тебя. Я только что выпил больше, чем за всю свою жизнь. Я домой.

Они вернулись поздно. Эйван еле добрался до дивана, устало скинул куртку и упал, не раздеваясь. Эйд успел только заставит его снять ботинки, прежде чем тот уже захрапел. На полу валялся пустой кошелёк Эйда.

Утро началось с пинка. Буквально. Эйд осторожно толкнул Эйвана.

— Вставай.

— Ага, только ещё пять лет посплю… - пробормотал тот, зарывшись лицом в подушку.

— Нашли новое тело. Поехали.

Эйван резко поднялся, будто его ударили током. Уже через пятнадцать минут они были на месте.

Тело молодой женщины лежало на асфальте. Свет фонарей делал её кожу еще бледней, почти мраморной. Тот же укус на шее. Те же пустые глаза, уставившиеся в никуда. Полиция уже оцепила район, судмедэксперты суетились рядом.

Эйд присел рядом с телом, молча осматривая улики — которых не было.

— Чисто, как всегда. - тихо сказал он. — Ни камер, ни свидетелей.

— Это Мари Райт? - спросил Эйван, хотя и так знал ответ.

— Похоже на то.

Они стояли молча ещё пару минут. Потом Эйд сказал:
— Мы сделали всё, что могли. Поехали обратно.

Следующий день прошёл в тишине. Ни звонков. Ни новых тел. Даже в участке всё было на удивление спокойно.

Вечером следующего дня — понедельника, когда Эйван уже почти уснул на рабочем месте, телефон Эйда зазвонил. Он снял трубку, послушал минуту, и лицо его изменилось.

— Нашли ещё одно тело. Только на этот раз — мужчина. Пять пулевых ранений.

Они выехали тут же.

Место было в другом районе. Судя по показаниям очевидцев, произошла обычная драка. Один достал оружие и расстрелял другого. Всё выглядело банально, даже скучно.

Тело отправили в морг, а они вернулись в участок.
Эйван мрачно пробормотал:
— Что-то здесь не так.

Утром вторника Эйда позвали к начальству. Вернулся он не в духе.

— Что? - сразу спросил Эйван.

— Пули… это была не сталь. Это была кровь курая.

Эйван выругался.
— Спектр? Теперь это дело перейдёт им?

— Не совсем. - Эйд поднял глаза. — Они решили создать совместную группу. Типо для обмена опытом. Нам присылают охотника. Вместе будем вести это дело.

Эйд откинулся на спинку кресла, глядя на Эйвана серьёзно:
— Слушай, когда этот охотник приедет — веди себя нормально. Без твоих выходок. Это Спектр, они не церемонятся. И если ты опять начнёшь ерничать или нарываться, нам просто оторвут головы. - он сделал паузу, затем добавил чуть мягче. — Просто… попробуй быть вежливее. Хотя бы видимость создай.

Эйван уставился на него с каменным лицом. Несколько секунд он, казалось, обдумывал слова Эйда, а затем медленно и чётко выдал:
— Знаешь, Эйд… иди ты на хрен со своей вежливостью. - Он сказал это почти ласково, как старому другу. — И охотник твой туда же. - он встал из-за стола, поправил куртку и усмехнулся. — Но ладно. Попробую не плюнуть ему сразу в лицо. Это максимум, на что ты можешь рассчитывать.

Эйд только прикрыл глаза ладонью.

— Лучше бы ты кошельки продолжал воровать. Там от тебя хотя бы польза была.

В полдень их вызвали на первый этаж участка.
Охотник из Спектра прибыл.

В фойе вошёл мужчина в белом плаще, который будто сам по себе отталкивал пыль и грязь улиц Нео-Мидзуо. На его поясе висели ножны с тонким, необычным мечом, напоминающим нечто среднее между старинной катаной и современным боевым клинком. Волосы у охотника были чёрные с ровными серебристыми прядями у висков, а глаза — янтарные, холодные и сосредоточенные, как у хищной птицы.
Он шагал медленно, уверенно, будто точно знал, куда идти.

— Каяба Рюгоджи. - представился он, остановившись напротив Эйда и Эйвана. Голос был низкий, хрипловатый, но без лишних эмоций. — Охотник А класса из главного штаба Спектра.

Эйд протянул руку, и они обменялись крепким, коротким рукопожатием.
— Эйд Робсен. Это мой напарник, Эйван Эмия. Мы ведём дело о серийном убийстве молодых девушек. Также дело с застреленным мужчиной поручили нам.

Каяба коротко кивнул Эйвану, оценивая его быстрым, пристальным взглядом. Эйван же стоял, скрестив руки на груди, глядя на охотника с выражением лица «я тебя насквозь вижу и ты мне уже не нравишься». Впрочем, пока он молчал, и на том спасибо.

— Перейдём сразу к делу. - сухо сказал Каяба. — По предварительным данным, наш подозреваемый — курай. И, судя по всему, не из слабых, хотя посравнению с тем же Робаши, думаю наш курай слабак. Пули из крови — одна из рядовых атак кровоморфов, но может он и смешанного типа. Мне потребуется доступ к месту убийства и возможность допросить любых свидетелей.

— Хорошо, вас понял. - кивнул Эйд.

Каяба, не раздумывая, развернулся к выходу.
— Тогда начнём с третьего района.

Они вышли из участка и направились к машине. Эйван плёлся рядом с Каябой, бросая на него косые взгляды. Прошло едва три минуты, как он начал:
— Это что у тебя за меч? Сам сделал или выдали? - не дождавшись ответа, продолжил. — Как давно в Спектре? А пули из крови — это больно? А как ты понял, что кровь, а не обычные пули? Или вы там на запах определяете?

Каяба не отвечал ни на один вопрос. Шёл молча, как будто рядом с ним просто гудит надоедливый кондиционер.

Эйд в какой-то момент не выдержал и тихо буркнул:
— Я же просил…

Эйван, не глядя, только фыркнул и продолжил засыпать Каябу вопросами.

Третий район встретил их привычной разрухой: облупленные стены, переулки, в которых пахло сыростью, канализацией и прогорклым жиром.
Каяба остановился на перекрёстке двух узких улиц и глубоко вдохнул.

— Здесь. - коротко сказал он. — Обычно такие, как наш курай, держатся поближе к этим трущобам. При достаточном терпении можно вытащить из них информацию.

Они начали методично прочёсывать переулки.
Прошло больше получаса, когда из тени между развешанными бельевыми верёвками вышел высокий мужчина. Кожа его была сероватой, глаза — тусклыми и запавшими. Одежда — когда-то дорогая — теперь была грязной и изодранной. Его походка выдавала голод, изнеможение и что-то ещё… что-то нечеловеческое.

Эйд даже не успел крикнуть предупреждение — мужчина-курай бросился на них стремительным прыжком. Ногти вытянулись в острые когти, а челюсти разошлись шире, чем позволяет обычная анатомия.
Эйван, мгновенно отскочив, вытащил пистолет, но Каяба уже среагировал.

С лёгким щелчком охотник выдернул меч из ножен. В тот же миг лезвие начало меняться — разрастаясь, изгибаясь и искрясь тонкими линиями биосинтетической материи. Оно стало шире и приобрело странную, органическую форму.

Каяба скользнул вперёд с такой скоростью, что воздух зашипел. Несколькими быстрыми ударами он отрубил кураю обе руки, а затем сшиб ноги. Тот рухнул на землю, захрипел, пытаясь встать на обрубки.

Не теряя ни секунды, Каяба вытащил из внутреннего кармана небольшой ампуло-инъектор и вколол жидкость в шею курая. Курай тут же забился в судорогах, после чего обмяк.

— Яд, блокирующий регенерацию и способности. - кратко объяснил охотник, поворачиваясь к Эйду и Эйвану.

Каяба присел рядом с кураем и, спокойно глядя тому в глаза янтарными зрачками, начал допрос:
— Ты знаешь человека, который был убит несколькими выстрелами из крови курая? Или того, кто способен на такое?

Курай лишь злобно прищурился, не проронив ни слова.

Каяба, не теряя хладнокровия, добавил негромко:
— Если ответишь — отпущу. Мне не нужен твой труп. Только информация.

Какое-то время курай колебался, затем со злостью выплюнул:
— Не знаю я ничего про это. Не слышал, не видел.

Прежде чем Каяба что-либо ответил, к нему вперёд подскочил Эйван. Он присел на корточки напротив изувеченного существа, ткнул фотографию ему в лицо и резко спросил:
— А Николая Некрасова знаешь?

Услышав это имя, курай заметно вздрогнул, его глаза округлились. Он испуганно прохрипел:
— Этот… чёртов Псковец. Появился недавно в пятом районе. Всех в подполье крышует. Обычно ошивается около берега или у "Неонового волка"… Также периодически шляется в подполье пятого района. Говорят, что иногда его видят в третьем.

Каяба молча выслушал ответ, встал на ноги и без лишних слов отсёк кураю голову одним точным взмахом меча.
Эйван вскочил:
— Эй, ты же сказал, что отпустишь его!

Каяба даже не обернулся:
— Я сказал это, чтобы он заговорил. Такие твари не заслуживают жизни.

Он спокойно вытер лезвие и холодно добавил:
— Кто такой Николай Некрасов?

Эйд коротко ответил:
— Главный подозреваемый в деле о серии убийств девушек.

Каяба кивнул и направился дальше по переулку.