Спасибо Миру за тебя

- Что это, Деймон? - кружка дымящегося чая с жасмином не успела коснуться губ, рука Кэтрин осторожно возвратила ее на стол, сомкнутые пальцы разжались и потянулись к выцветшим чернилам на желтой поврежденной бумаге.

- Занимательное чтиво, найденное мною в том самом заброшенном домике, о котором я ранее вам поведал.

- И чем же эта пыльная книжка должна привлечь наше внимание? - Елена, не видевшая в предмете перед собой никакого интереса, пытливо взглянула на Сальваторе.

- А тем, что она есть ключ, точнее, разгадка к легенде о мертвой вдове, в которую многие так искренне верят, включая мою сестру.

Керолайн нисколько не смутилась словами брата. Как и Кэтрин, она полностью увлеклась рукописью, правда корявый почерк и полустёртые слова значительно затрудняли чтение обеим. Елена же пребывала в явном недоумении, о чем свидетельствовала милая складка на идеальном лбу.

- Дамы, позвольте прочесть. Тогда вы поймёте, о чем я говорю.

Деймон аккуратно взял хрупкий дневник и с важным видом принялся излагать написанное в устной форме, акцентируя внимание там, где считал это крайне необходимым.

К концу прослушивания восьмой дневниковой записи Керолайн, отличавшаяся нетерпеливостью натуры, попросила Деймона остановиться.

- Я ошибалась, братец. История о вдове действительно вымышленная. - таким вот умозаключением поделилась Форбс, выдержав краткую паузу.

Легенда была сказкой, не более. На самом деле в лесу никогда не стояла деревушка. Этого места вообще никогда не касалась цивилизация. Был лишь один небольшой дом, в котором жила обыкновенная бедная семья. Муж, жена и две девочки-близняшки (пожалуй, единственная деталь в легенде, которая оказалась чистой правдой). Со временем глава семейства скончался от сердечного приступа, неоднократно терзавшего его худощавое тело. Детей взял рак легких, известный своей неизлечимостью. Мать от горя покончила с собой. Способом суицида традиционно было вскрытие вен. Неизвестно каким чудом, но до людей за пределами леса дошли вести о кончине четырех человек, живших в глуши. И похоже гибель той несчастной семьи создала немало шума, раз ее интерпретация, довольно жуткая кстати, дошла до наших дней.

Теперь же истина стала очевидна, а не затуманена шепотками, слухами, глупейшими предположениями. Теперь же ребята могли встать из-за кухонного стола и разойтись по комнатам, чтобы хоть чуточку выспаться и наутро быть бодрыми, как никогда.

Часом позже из спален доносилось еле слышное, но хорошо различимое в абсолютной тишине сопение.

******

Ночь - это пора, когда можно наслаждаться звёздами. Как поэтично. В некотором смысле даже глупо - вот так стоять под открытым небом и таращиться куда-то ввысь, будто эти холодные ночные светила взглянут на тебя в ответ. Можно подумать, им есть до тебя дело. Вряд ли. Словно соглашаясь с Еленой, по щекам резко ударил порыв ветра. По телу пробежала дрожь, мгновенно сменившаяся напряжением, потому что сзади, Елена чувствовала это затылком, определенно кто-то стоял.

- Тоже мучает бессонница? - наконец спросил мужской голос, который Елене не составило никакого труда распознать.

- Я думала, ты, как и все, сладко спишь. Очевидно, я ошиблась. - уклончиво ответила Гилберт, не потрудившись обернуться лицом к собеседнику.

Послышались шаги. Фигура хорошо сложенного парня остановилась близ Елены. На секунду Елена переключила внимание на Деймона, но затем вновь вернулась к наблюдениям за ночным небом. Они молчали некоторое время, но это не было одним из тех неловких моментов, когда молчание крайне нужно разрушить, иначе так и будешь чувствовать жуткий дискомфорт. Просто слова пока что никому не требовались. Однако "пока что" - понятие не растяжимое. Конечно, они не могли молчать вечно. Секунды неумолимо текли. Деймон заговорил первым.

- Каждый раз, как я оказываюсь здесь, я непременно хотя бы одну ночь не сплю. Временами мне удается застать звездопад.

Деймон краем глаза заметил слабую улыбку на слегка бледном, в свете луны, лице Елены.

- Было бы здорово сейчас увидеть звездопад. По правде, мне ни разу за прожитые годы не посчастливилось это сделать.

- Ты многое упустила. - без капли смущения подчеркнул Сальваторе. Елена отважно встретила его взгляд, взгляд серых выразительных глаз. Настроившись решительно, Елена сухо, без тени эмоций на лице завела разговор о том, что по какой-то неведомой причине тревожило её с тех пор, как она выбралась из леса.

- Деймон, я хотела бы поговорить с тобой о том случае в лесу.

- Конкретизируй.

- О том, что случилось, когда мы с Керолайн нашли тебя. Я... кхм-кхм, - Елена приложила ко рту ладонь, прочистила горло и только после этого продолжила. - я тогда кинулась тебе на шею, если можно так выразиться.

- И что же ты хотела сказать по этому поводу? - Деймон пристально глядел на Елену, ожидая дальнейших действий.

- Хотела бы прояснить одну вещь, чтобы потом не возникло недопонимания. В лесу я повела себя неосознанно. Это был всего-навсего порыв.

- Порыв? Правда? - Сальваторе сдержанно улыбнулся, потом, на удивление, засмеялся. Но смех этот был полон иронии. - Теперь девушки это так называют?

- Прекрати, это несмешно, - обратилась Елена к Деймону. Тон её был непреклонен и возражений не подразумевал. Деймон перестал смеяться, вмиг посерьезнев. На лице застыло странное выражение, от которого у Елены перехватило дыхание. В глазах отображалась твердая решимость вперемешку с не то яростью, не то...

Елене не хватило времени закончить мысль, потому что через мгновение её губы оказались накрытыми губами Деймона, и мозг категорически отказывался над чем-либо размышлять. Зрачки расширились; Гилберт ждала от Деймона чего угодно, но не такого уж точно. Она не углубила поцелуй, но и отстраниться была не способна. И не потому, что цепкие пальцы Деймона задержались на её талии; скорее, потому, что Еленой тогда овладела растерянность. В голове творился беспорядок. Сердце глухо билось в груди. Елена слабо сообразила, что Деймон уже выпустил её из объятий и отступил на шаг, не отрывая глаз от девушки. Если минутой раньше Гилберт абсолютно не контролировала себя, то теперь её разум бешено работал.

- Что это было? - Елена говорила, одновременно стараясь привести дыхание в норму.

- Пардон, - в голосе Деймона сквозила ничем не скрываемая издевательская усмешка. - Всего-навсего порыв.

Елену переполнила отчаянная злоба и в некоторой степени обида, от которых её саму передёрнуло. Казалось, из ушей сейчас повалит пар.

- Черт возьми, кто тебе давал право так себя вести?!

Один шаг, и дистанция сокращена. Взмах руки. Удар. Пощечина выдалась отменной, но при этом кожа Деймона даже не покраснела. Да и вообще ни один мускул парня не дрогнул. Он будто бы воспринял пощечину обыденным делом, не иначе. Глубокие серые глаза приковались к голубым глазам Гилберт, отчего той внезапно захотелось съежиться или отвернуться.

- Тебе бы лучше идти спать. - Сальваторе искусно вышел из положения. - Поздно уже.

- Мне не нужна твоя забота. - коротко, но уверенно проговорила Елена.

- В таком случае, я пойду. Спокойной ночи, Елена.

И после, Елена осталась наедине с прохладным ночным воздухом, временами приносящим легкие дуновения ветров. Наедине со звездным небом над головой. Таким безмолвным и необъятным.

******

Следующий день протек незаметно и никаких исключительно особенных событий не принес. Елена оставшийся день до возвращения домой чувствовала себя не лучшим образом в обществе Деймона. Она старалась не оставаться с ним наедине и, по возможности, вообще не попадать в его поле зрения. Не то, чтобы обида засела глубоко внутри; с Деймоном в последнее время ей было неловко, как-то не по себе... Деймон же, напротив, держался беззаботно. Его отношение к Елене ни в коей степени не пострадало. Он всё так же, как и раньше, бросал остроумные шутки в её адрес, мило улыбался и способен был заговорить с Еленой, если бы она изъявила на то желание.

Впрочем, напряжение между этими двумя ни Керолайн, ни Майкл не уловили. Зато мимо наблюдательной Кэтрин это, разумеется, не проскользнуло. Она помалкивала целый день, пока Елена и Деймон изображали дружелюбие, но вечером, в гостиной, как раз тогда, когда осталась с глазу на глаз с Еленой, не упустила шанс докопаться до истины.

- Рассказывай, Елена. - в тихом голосе Кэтрин присутствовали требовательные интонации.

- Не понимаю, о чем ты.

- Нет, ты прекрасно понимаешь. Речь о тебе с Деймоном. Что стряслось? Еще вчера вечером вы хорошо ладили, а сегодня вдруг стали другими, неестественными...

- Неужели? Я такого в упор не заметила. Вполне обычно себя ведем. Что тебя не устраивает, Кэт? - Елена невозмутимо глядела на подругу, тем самым убеждая её, что всё правда в порядке. Разговор дальше вести незачем.

- Елена, ведь ты что-то не договариваешь. - настаивала Пирс.

- Ошибаешься. Я была честна с тобой. И если это всё, что ты хотела мне сказать, я пойду спать. Устала. Спокойной ночи, Кэт.

Елена поднялась с дивана и размеренными шагами прошла к лестнице. Затем она скрылась из виду, напоследок даже не обернувшись.

Так пролетели три дня на озере. Утром рано встали все без исключения. После завтрака начались сборы. И в этой суматохе Кэтрин не нашла двух минут для Елены, хотя планировала еще разок переговорить с подругой. Но Гилберт, само собой, была довольна всеобщей занятостью - ни у кого попросту не останется времени донимать её ненужными расспросами.

Вдалеке показался знакомый издавна дом. Елена заерзала на сидении, предвкушая встречу с отцом, так живо представляя картину, будто она уже ворвалась в прихожую и в этот самый момент стояла там, ожидая появления пожилого мужчины, невзирая на возраст, полного жизни. Приблизительно это дальше и произошло. Елена простилась с друзьями, любезно поблагодарила за три чудесных дня на отдыхе и поспешила к дому. Громко хлопнув дверью, она убрала ключи в задний карман шорт, поставила тяжелую сумку на пол и крикнула так, что отец обязательно должен был услышать Елену независимо от того, на первом он сейчас этаже или на втором.

- Па-а-ап, я дома!

Через минуту в дверном проеме, ведущем в гостиную, показался мистер Гилберт. Вокруг бедер его был обмотан кухонный фартук - видимо, он что-то готовил. "Секундочку... папа же не умеет готовить" - вспомнила Елена, но вслух не произнесла.

- Ну что ты развопилась, Елена? Нет бы тихонько зайти, поздороваться, как культурный человек. Никакого воспитания.

Елена не придала особого значения ворчливому замечанию. Девушка без промедления развела руки для крепких объятий и заключила в них любимого старика.

- А ты бы лучше меньше ворчал и больше радовался моему приходу. - сквозь улыбку прошептала Елена.

Мистер Гилберт только неловко обнял дочь в ответ. Семейную сцену прервал тонкий голосок, который Елена наивно предполагала не услышать в ближайшие лет так десять, а то и всю жизнь.

- Елена, дорогая моя сестричка! Может, и меня заодно обнимешь?

- Кейси? - Елена отдалилась от отца и повернулась туда, откуда исходил этот ненавистный голос.

В груди теплилась надежда, что если она повернется, то не увидит абсолютно ничего, кроме пустого коридора, и рассмеётся, поражаясь, какую злую шутку способно сыграть воображение. Но нет, коридор был отнюдь не пуст. Слух не обманул. Воображение ни при чём. Это действительно она. Кейси Флемминг небрежно опёрлась о стенку и уставилась на Елену. Пышные ресницы, ярко выраженные карие глаза, бледная кожа. Всё тот же маленький идеальный нос. Черные шелковистые волосы длиной до предплечий с проглядывающими кое-где фиолетовыми прядками. Одежду неизменно составляли кожаная куртка, узкие темные джинсы и белый топик. На ногах ботинки на платформе. Кейси предстала перед Еленой точь-в-точь такой же, какой запомнила её Гилберт. Дрянной девчонкой. За год этот образ не стёрся из памяти.

- Конечно, это я! Ты ожидала кого-то другого? - Кейси широко улыбалась, но её улыбка не сулила ничего хорошего.

- Нет. Сегодня увидеть тебя я точно не ожидала. Катись обратно в Даллас. Тебе здесь не рады.

- Елена! - мистер Гилберт повысил тон, обращаясь к дочери. - Не груби кузине. Где твои манеры?

- Я говорю с Кейси ровно так, как она заслуживает. - Елена вспыхнула, услышав омерзительный смех Флемминг. Кейси не расстроилась - она веселилась.

- Гилберт, а ты, я смотрю, стала очень приветливой. Не беспокойся, дядюшка, я не обижена на неё. Мы с Еленой обязательно подружимся, вот увидишь.

- С какой стати мне дружить с тобой? И зачем ты приехала, скажи на милость?

- Кейси просто хотела повидаться с тобой. - отец Елены изо всех сил старался снять всеобщее напряжение. - Извини, я не сумел предупредить тебя. Письмо от твоей тётушки Дженны пришло совсем недавно, два дня назад, когда ты отдыхала на озере с друзьями. А Кейси приехала вчера днём. Неудобно вышло.

- Неудобно не то слово. - вставила наигранно-невинным голоском кузина.

Елена больше и словом не обмолвилась. Если она позволит потоку гадостей вырваться в присутствии отца, то он не на шутку рассердится. Поэтому, бросив на Кейси взгляд, говорящий "держись от меня подальше", Елена без промедления поднялась вверх по лестнице, чтобы закрыться у себя в комнате. Ужас сдавил горло, когда на собственной кровати она увидела чемодан Кейси. Эта девчонка посягнула на Еленину спальню, разместила чемодан прямо на её постели, прекрасно понимая, что Елена будет недовольна. Покоя от Кейси нет! Сидела бы в Далласе, рядом с родителями, и не совалась бы в Мистик-Фоллс! Эта семнадцатилетняя дама может принести уйму проблем. Скорее бы она свалила. Кстати, когда она собирается уезжать?