Время вышло

Вся жизнь - это урок. Мы учимся расти, учимся учиться, учимся у всех людей, с кем плотно общаемся, живем и имеем что-то общее. Мы проецируем их привычки на себя, забираем их и привыкаем. К новому себе.
Ты можешь жить спокойно, считать себя «собой», а в один момент резко осознать, что копируешь поведение, речь, манеры близкого друга или товарища. Молодого человека, даже, партнёра.
Всё это происходит незаметно и постепенно, дело даже не во времени. А в количестве и насыщенности встреч. Пересечений.
Я не испугалась.
Калиси натаскал за несколько месяцев что морально что физически достаточно для такого. Это поразило в тот момент, когда выхватив второй глок из его спрятанной кобуры, выстрелила, почти не целясь, попала в колено первого ублюдка.
Эмоции. Ты тоже их копируешь, приглушаешь, поглощаешь.
Он был сосредоточен и спокоен, что передалось сразу мне. Моментально, как только услышали звук битых стёкол, как только он подложил меня под себя, чтобы прикрыть.
Я не чувствовала себя мразью или убийцей после выстрела, как предполагала раньше, иначе для чего беспощадные «тренировки» и гонки меня в гриву? Не просто так, а готовили. Сейчас? Я спасала себя. Нас.
То же самое делал Дон. Его дикая сосредоточенность текла по венам, плавно перетекала ко мне, отчего дурманило голову и даже повысились адреналин, желание делать так, чтобы понравилось и ему и мне, чтобы он после гордился и восхищался.
Занятно. Мы копируем всё от тех людей, которые нам нравятся, безумно нравятся и которых мы хотим иметь, на которых хотим быть похожими.
Я ненавидела его. До недавнего момента. Сейчас же ощущала себя ученицей, почти лучшей, что было очень смешно. И хотелось видеть восхищение на этой наглой морде, радость, гордость. Весь яркий букет из вышеперечисленного.
Что же ты сделал, брателло?..
Я лежала под ним, всё ещё прикрытая куском скатерти из белого шёлка, рыскала глазами по углам в поисках идиотов, которые решились на такое. На глупость, тупейшую по своей природе.
Зная самую малость уже сложилось четкое представление об их семье, иерархии или как любит говорить Донато, касте. Здесь не нападают на сильных, если не уверены в победе. Дон был главным среди всех. Не просто своих, но и чужих, чьё влияние и дела происходили на территории штатов. И никто ни разу не позволял так открыто показывать дурной потенциал и идеи. Никто. Потому что всё равно найдёт и голыми руками свернёт шею за своих.
Мое восхищение. И я рядом с таким человеком. Который сначала пугал и отталкивал, а теперь тянул. Безумно притягивал.
Амадео знал как подчинить человека и заставить его дышать собой, восхищаться и тянуться за ним. Это заметно по его людям, по его подчиненным, даже по брату.
И теперь то же самое со мной, хотя, ставлю, что брателло не рассчитывал на такую отдачу.
-По правую руку за баром, сиди тихо и после сигнала выходишь,-посмотрел в глаза так, что проперло. Повело не по-человечески. Абсурдная ситуация, до безумия, здесь куча киллеров, обученных не дураками, а я восхищаюсь гребанным мужиком.
И мы вдвоём. Два лысых дяди остались по ту сторону и не имею понятия, как пропустили эту компанию идиотов внутрь.
Может, меня проверяют?
Кивнула и перевернулась на живот, задирая платье по колено, дабы быть готовой в любой момент бежать за ним.
Энергетика.
Твою мать, я ощущала как что-то его текло по венам, передавалось и безумно мне нравилось. Ощущение эйфории, адреналина и сильной уверенности в нём, в себе, что не ошибётся и не ошибся.
Амадео вынырнул из-под стола и в считанные секунды оказался у бара, один выстрел, жёсткий удар и тело упало.
С ужасом выглянула и выдохнула, когда увидела. Не он. Он на ногах жив и цел.
Улыбнулась, когда подал знак рукой и следом за ним аккуратно, рассматривая каждый угол, подошла к стойке.
Красивый ресторан, действительно, прям его. Чувствуется кто хозяин. Улыбнулась, подходя плавно, не опуская глок.
-Что смешного происходит?,-надавив на плечи, опуская нас за стойку, зашипел на меня.
Дурная, правда?
-Адреналин, Амадео.
Промолчав, мужчина цокнул и набрал кому-то по телефону. Я внимательно наблюдала за ним.
Руки не трясутся, лицо сосредоточено, кажется, малейший шорох - поймёт сразу откуда, кто и где. Нет страха, волнения. Не первый раз, понимаю, но завораживает спокойствие. Упиваюсь им.
Фраза на непонятном языке, возможно, итальянском, полушепотом, затем взгляд на камеры под потолком и разбил смартфон.
Не поняла...
-Сзади дверь, ползёшь и выходишь на задний двор. Тебя подберёт Идрис.
Без возражений, они не принимаются. Но я была бы не собой.
-Какой Идрис?
-Без вопросов.
Колючий взгляд от которого скорчила рожицу, подмяв платье до бёдер.
Мельком скользнул, взгляд на секунду поменялся, затем вновь на серьёзный.
Ути пути.
-Я не пойду.
Поразился твердости в голосе и тому, что не отвожу взгляд. Сильнее лишь сжала глок и проверила магазин.
Отвернувшись, даже не пыталась послушаться, смотрела по сторонам и пыталась понять, как поступить и почему не пойдёт со мной. Ведь если я могу уйти - он тоже. В чем проблема?
-Мне нужен один из них живой. Трёх я положил...
-Одного я.
Ухмылка на губах, от которой он передернулся и закатил глаза, но чуток сохранил самообладание.
-Не имеет значения. Ты должна уйти.
-Нет.
-Тебя могут подстрелить, идиотка, и спасать не собираюсь...
-Какого чёрта тогда мотал по тренировкам и сейчас говоришь, что меня пристрелят?
Что, настолько безнадёжна?
-Реакция не развита. Не заметишь и...
Раскат пуль по люстрам, стёкла сыпятся прям под ноги, в волосы. В ужасе распахиваю глаза и прикрываю голову руками, чувствуя, как маленькие стеклышки впиваются в кожу.
Амадео резко накидывает на мою голову пиджак, не укрываясь сам и видно, как мелкие куски уже порезали слегка лицо. Скулы, лоб, небольшие кровоподтёки.
Поражаюсь какой раз тому, что не кидает, а пытается сохранить мой рассудок, иначе бы выковыривая осколки из волос умом тронулась точно. И всё это...
Он специально готовил, чтобы не сошла с ума. Особое проявление заботы до сих пор не понятное мне. Странный человек. Слишком странный и этим притягивает к себе. Тупой недоступностью. Знаю, что не дотянусь, но буду пытаться, поэтому и сейчас не ушла. Хочу идти вровень с ним. Быть на равных.
Замечаю движение за его спиной и даже не соображаю, как метко выстреливаю в голову крупного мужчины.
Он падает, а я, сидя в шоке от того, что попала живому человеку прямо в лоб, ожидаю панической атаки. Это ведь человек. И он буквально несколько секунд назад ещё дышал, двигался, а я не раздумывая на машинальном чём-то попала прямо между бровей. Не целясь. Ощущая не то...попала.
-Это нормально. Ты спасаешь себя. Не надо сейчас заниматься моралями, время неподходящее, птичка,-утешающе гладит ладони, сжимая их и не выпуская мои глаза из виду.
Чувствует, что может накатить и предупреждает момент.
Проворонил ублюдка, который ещё бы секунда и убил его. Точно убил бы. И глазом бы не моргнул, выстрелил.
Я опередила его и сделала то, что надо, ибо надо остаться живой, для себя. И не дать убить его...
Как же он выработал это желание оберегать его? Тоже какой-то трюк?
Зажмурившись, пытаюсь совладать с мыслями, еле сдерживаюсь от дикого крика, ибо после длительного отсутствия эмоций такое - слишком много. Слишком. Даже для меня.
Пытаюсь вдолбить молниеносно то, что нас бы убили. Нас хотят убить до сих пор и здесь не та ситуация, где надо жалеть. Они бы не моргнули глазом, а спустили курок. Не подумали бы обо мне, о нем. Им плевать.
Так же.
Надо так же.
Отключиться и взять себя в руки, он ждёт. Ждёт и не давит.
-Вставай,-резко толкнул в сторону выхода.
Сзади ещё двое. Не успеваю сказать, одному пуля от меня в грудь, Амадео выстрелил в голову. Не моргнув наблюдала словно в замедленной съёмке за шоком на лице незнакомого мужчины, пока тот падал. Не ожидал, что попаду. Сама не ожидала, но взяла себя в руки. Выдохнула, так как успели. Тяжесть глока не так ощущается, как изначально, а по мешеням стрелять тоже легче, ибо те не дышат. И редко когда двигались непредсказуемо.
Придётся проработать момэнтик с психологом. Иначе капитальный ремонт крыши явно откладывается надолго.
-Толкай!
Он спиной ко мне, пока пытаюсь отпереть чугунную дверь. Получается плохо, ногти мешают, пот стекает ручьём от страха, но уверена, не зря. Всё, что сейчас - не зря.
И в голову полезли мысли, огромным снежном комом всё накатило, а главное, что я поняла - один раз побывав в таком адреналине, где тебя распирает от различных по своей сути эмоций, где рядом человек, который действует машинально, потому что знает, чувствует на инстинктах и передаёт свои привычки тебе, назад пути не будет. Ровно в этом пике дверь открылась, и восприняла как знак с выше. Я не просто в жопе, а в полной жопе. Начинаю привязываться и полноценно проникаться другим миром, другими людьми.
Другим человеком.
Потому что сейчас, пусть не в самый подходящий для такого сравнения момент, он дарит, сам того не понимая, эмоции, целый вагон новых для меня ощущений, на которые я слишком падкая.
Будь другая жизнь, другое детство и другие люди раньше, не произошло такого. Вот, сука, не произошло бы. Но увы и ах.
Даже и не заметила, как клюнула.
-Быстрее!
Подтолкнул ладонью в голую спину, мурашки пробежали табуном от его действия, в комбо с сложившейся ситуацией, оторвало голову мне. Оставила ее там вместе с осколками хрустальных люстр и панорамных смежных окон. И больше всего пугало, что действительно испытывала долю наслаждения и восторга от самой себя, что смогла, хотя гордиться чисто с человеческой гуманной точки зрения нечем.
За углом кирпичного здания стоял чёрный Тахо. Заметив его, мы одновременно сорвались с места, Амадео бежал как рысь, а я как несчастная сбежавшая принцесса, ибо платье то и дело путалось, мешало с нормальной скоростью развить бег.
Была тренировка с Доменико, не помню когда, но он заставил надеть обтягивающее свадебное платье (и где только достал?..), туфли, даже сумочку в руки всучил, а затем команда «беги». И пока я не пробежала двести метров с нужной скоростью и пока циферки на секундомере не показали нужные цифры, не угомонился. Чуть не сдохла в тот день. Ссадины, синяки, разбитые локти-классика. Ныла и дулась долго. Ещё бы. От такого забега выть хотелось.
Ну и впрочем, даже не знаю, насколько тренировка оказалось полезной. На деле всё куда страшнее, чем Доменико и таймер. Вот куда страшнее.
После того как мужчина славянской внешности с яркими голубыми глазами и непроницаемым лицом открыл нам дверь и мы туда залетели, Амадео обратился к нему с просьбой куда-то отвезти. На непонятном языке. Татарский какой-то. За что? Хотя бы уважение поимели к даме. И мы поехали. Сорвались с места. Дон сидел сзади, рядом со мной, а одинокий Идрис внимательно отслеживал ситуацию на дороге и гнал почти под сто километров.
Все чувства начали просыпаться и сочиться по пути в дом. Я пялилась в окно, жевала губу и съедала себя изнутри.
Я убила человека.
Совсем не думая об этом, когда нажимала на курок. Совсем. Четко определила лишь то, что если не я, то он меня. Либо ты, либо тебя. Так сказал Амадео на автодроме с мотоциклом. И это осело в подсознании, но воспринималось тяжело. Кто я такая, чтобы отнимать чужую жизнь? Кто? Кто они такие, что забирать мою? Вопрос, который съедает душу, потому что здесь, по сути, нет виноватых. Точнее, им сказали убить, они пошли. Так же поступает команда Калиси. Ровно так же. Даже не думая о том, кого заказали, зачем и почему.
Я была на их месте. Но и спасла себя.
Ценой чужой жизни.
Внутренний конфликт самый тяжёлый, мы подаёмся ему в момент изменения личности. И я менялась. Ещё бы. Весьма очевидно и ожидаемо.
-Мы едем в пентхаус, поэтому, поговорим уже там,-проинформировал Дон, сидя в ноутбуке. Как только удаётся сохранять такое хладнокровие? В отличие от потрёпанной и побитой меня, выглядел почти идеально, не считая мелких ссадин.
-Я...не знаю почему так сделала,-уткнулась в ладонь, еле сдерживая слёзы.
Не стыд. Вовсе не он.
Совесть, которая замучает, если не вывалю куда-то. Или во что-то.
За окном пролетали огни ночного города, мы пересекали центральную улицу Нью-Йорка, на которой гуляла куча людей. Все веселились, кричали и пели песни, откровенная беззаботность, которая раньше была у меня.
Сейчас я напоминаю себе больше сломанную куклу. И ощущаю так же.
-Мы поговорим в спокойной обстановке на эту тему,-не пропустила нажим в его тоне, но ясно поняла, что сейчас надо держать себя в руках. Момент такой. И ужин класс. Просто охуенный. Стекла нажралась.
Идрис затормозил у трёх огромных высоток. Новые дома были отстроены недавно, я гуляла тут с Кейси пока велась стройка. Даже шутила, что когда-то побываю здесь.
Бойся своих желаний. Вот и время пришло.
-Можешь заехать на паркинг,-выгнув недоуменно бровь сказал Дон, откладывая ноутбук, а другой рукой расстёгивая костюм.
Шикарный мужчина. Блять, ну почему именно он в моей голове? Именно сейчас?
-Код?
Идрис смотрел то на меня, то на Амадео через зеркало заднего вида явно оценивая кто ж я такая. Мы ещё не пересекались. Но Дон позвонил именно ему в самой что ни на есть дерьмовой ситуации... логика, ты где?
-Идрис,-тяжёлый вздох и глаза выражали неприкрытое недовольство от тупости,-ты перегрелся в Италии?
Фыркнув, стрельнула глазами на недовольного водителя, который заговорил на басурманском языке и вслед которому Дон кивнул, тоже что-то проворчав.
Мы проехали шлагбаум, а затем увидела огромные титановые раздвигающиеся двери.
Вышка за безопасность. Хер проедешь, даже если очень хочешь.
Преодолев несколько ярусов, машина остановилась у стеклянных дверей.
Не задавая вопросов, открыла дверь и вывалилась на парковке, чуть не упав носом в бетонный пол. Усталость, а может, жёсткий стресс и страх за саму себя брал верх. Набирал обороты. Ещё немного и проведу время в обнимку с туалетом.
-Сюда,-Дон взял меня за руку, но от этого жеста прошёл ток по телу.
Он взял не как обычно. А именно за руку.
Подняла на него взгляд, но лицо не выражало ровным счётом ничего. Подумав, что отложим этот интересный вопрос на потом, сжала мужскую ладонь и шагнула за ним в огромный лифт.
Двадцать второй этаж. Огромный холл в светлых серых тонах, ярко белая подсветка в углах освещала коридор.
Амадео тащил меня за собой до самой крайней двери, затем приложил палец к двери и та открылась.
Новые технологии, всё на высоте, в его вкусе. Что тоже сильно привлекало, потому что ему это шло. Прям его. Владеть и обладать самым лучшим.
Укольчик совести резко кольнул, но благополучно пропустила его. Совсем плевать. Я чуть не умерла полчаса назад, убила человека и в моих волосах осколки. Не до этого. Не до морали. Я живая, еле стою на ногах в огромной квартире с видом на ночной город, панорамные окна, камин, гигантский диван и маленькая лестница к кухне, смежной со столовой. Всё в красно-бежевых тонах, все еле освещено. И тут мой взгляд падает...
-Арес, ко мне.
Ледяной приказ и чёрный бес поднимается с лежанки. Я опешила.
Кобель в холке мне чуть ли не по пояс, истекает слюнями и машет хвостом в знак приветствия хозяина.
Даже собака слушается беспрекословно.
-Нельзя,-снова послушался, и перестал рычать на меня. Взгляд у пса тоже поменялся, не блестели глаза. Спокойно сел и уставился изучающе на моё тулово.
-Это...доберман?
-Помесь добермана и кане-корсо,-довольно протянул мужчина, искренне улыбаясь и поглаживая собаку между ушей.
-Кобель?
-Да. Чужих не любит. Баб ещё не видел вот и в ахуе сидит. Не понимает что к чему.
Не видел баб? Но собака же тут живет и он его хозяин...как это?..
Он сейчас серьезно?
Никто так в тупик ещё не ставил мою персону...
-Не верится,-фыркнула и скинув туфли, пошла в кухню.
Кафель в кофейных тонах, вид из окна убийственный, всё как на ладони, камин...огромный дубовый стол по левую руку от окон и ещё лестница на второй этаж. Включила подсветку у плиты, нашла холодильник.
Мне нужно вино.
-Достань виски.
Послушалась.
Отрыла в недрах бара уже знакомую бутылку, достала лёд, стакан, себе бокал, поставила всё на островок из чёрного мрамора.
Мрачный интерьер, слишком темно, но красиво и со вкусом, нравилось.
-Назвал собаку в честь Бога войны?,-из голоса не пропала смешинка.
Он выхватил бутылку с вином и сам налил в бокал.
-Ну да,-выражение на лице Дона стоило миллиона. Детская невинность. Смутился, когда заливисто рассмеялась, удерживая верх платья ладонями.
-Да...самооценка до небес, Амадео, честно...
-Тебе надо переодеться и промыть волосы,-неожиданно произнёс, сидя напротив меня, внимательно вглядываясь в лицо.
Не сломаюсь. Уже переварила почти кашу.
-Почему я уехала в ресторан, а не на приём?
Всё казалось странным. Сперва ресторан, потом всех гостей убрать вон (не исключено что с целью поиметь мою персону прям там, скинув всё и вся, ну ладно), затем перестрелка, словно проверял навыки. Так что без ответа точно не уйду.
-Хотел поговорить, но отложим тот разговор.
Ты шутишь сейчас?
-Нет,-с грохотом поставил бокал и резко встал, удаляясь куда-то за главную комнату с камином.
Оставил снова по привычке душу несчастной дамы в недоумении и шоке. Традиция такая.
-Послезавтра вылетаем в Италию частным рейсом. Вещи купим там, всё что понадобится. Светиться нельзя, поэтому тихо просидим пару дней тут. Ясно?
От взгляда и эмоций, исходящих от него, решила согласиться. Вновь эта подавляющая Волна неизвестно чего, что визжать хотелось. Ну не наседай...
-Ясно,-фыркнув, медленно поднялась чтобы отправиться на поиски ванной, однако меня остановила крепкая рука, удерживающая за горло.
Какого опять черта?
-Отпусти!,-прошипела в лицо этому ненормальному, в попытке отодрать руку,-сколько можно так делать! Есть рот, чтобы сказать, не обязательно хватать ещё и за горло!
С псами своими пусть так обращается. А меня не трогает. Уже навёл диссонанс внутри, мало? Что ещё надо? Сломалась, доброе утро! Можно оставить несчастную в покое, казалось бы. Только у больного на всю голову другие планы.
-Ты не светишься,-с диким напором в голосе и опуская не хотя руку вдоль бедра. Ему далось тяжело это действие,-пожалуйста.
Нет, ну не знаю что сказать.
Просто пиздец.
-С головой дружишь, Дон?,-обхватила вновь руками верх платья, чтоб не падал, а то пытается уползти вниз последний час,-что за качели? Зачем сначала играть в нежнятину, а затем быть мудаком полным? Не попутал? Где вообще твоя Сандра эта? Почему я поехала в этот ебучий ресторан и попала в какую-то перестрелку?
Честно, хотелось держаться. Хотелось не подпускать к себе и не показывать ему свои слабые места, а тем более переживания. Не знаю продумал ли он данный шаг, но из меня сочилась ненависть. Непонимание разбирало изнутри и тоже было видно невооружённым глазом.
Ещё и в Италию поехать, после того, как нас чуть не убили. Меня чуть не убили по той простой причине, что я отправилась по их Братской воле на какое-то «простое задание». И Кейси так и не понятно где. А почему?
А потому.
-Сандра в доме.
Короткое пояснение и сорвалась.
-Ты блять понимаешь что делаешь? Ты понимаешь какого сейчас мне, нет? Я убила человека, даже бровью не повела, когда нажимала на курок. И стреляла я интуитивно! Я чувствую все это от тебя. Чувствую и беру, но не хочу, я хочу уйти навсегда после того, как вернётся моя полоумная подруга. Полоумная, потому что с такими как вы ничего хорошего ждать нельзя, абсолютно ничего. Ну и ты тому пример...просто захотел - поиграл, намёки подавал, в ванной полапал, комплименты поделал, а дальше снова иди ты на хуй, деточка. Знаю эту схему, ещё давно в вас выучила, мужики. Все под копирку, вот все. И когда вам говорят: не трогай, всё равно лезешь. Ещё и людей убиваете, просто... как вообще свела судьба так? Как? За что я расплачиваюсь, она за что платит? Я даже не знаю где она, с кем она, толком ни черта не знаю, потому что не говорите. И почему? А? Ты кто? Ты, блять, кто вообще такой? Бог? Власть? Закон? Кто?
Слёзы текли по щекам, но я внутри не плакала, я ревела от ярости, от безнадежности и безвыходности. Ещё никогда не была загнана настолько в тупик.
-Я Дон.
-Долбаёб ты, Амадео, самый что ни на есть долбаёб, который сломлен внутри по какой-то причине и ломает все и всё вокруг. Даже сейчас, я открыта тебе, ты это сам видел ещё пару дней назад, итог?
Он стоял и будто не дышал. Стоял и смотрел сквозь меня, от взгляда становилось душно. Нет, не коснулся, но словно всё-таки что-то делал. Нельзя с такими людьми напрямую, нельзя и мне Донато сказал про это...но я посчитала сейчас очень подходящим момент. Зря. Очень.
Сделав машинально шаг назад, словно избегая опасности, не разрывала зрительный контакт и ждала...удара. Уверена, он мог ударить. Потому что никому не позволяет вести себя с ним вот так.
А я потеряла инстинкт самосохранения. Прекрасно. Куда бежать?
-Ты говоришь слишком много и тебе это обернётся боком в конце концов, девочка,-плавный шаг в мою сторону, снова ступила назад, совсем чуть-чуть, чтобы не заметил,-и ты права, если думаешь о том, что не стоило сейчас говорить некоторые вещи. Уходи наверх.
От спокойствия в голосе мужчины, стоящего передо мной, становилось ужасно на душе, просто отвратительно, словно вырывают часть меня.
Я не хотела уходить. О, я стояла и смотрела ему в глаза, показывая отпор и нежелание, я хотела, чтобы видел: перед ним стоит обычный человек, но который умеет говорить «нет». Хотела показать и в то же время безумно боялась. Поэтому, все ещё удерживая верх ободранного платья, решила всё-таки послушаться и побежала по лестнице вверх.
Именно побежала и страх догонял сильнее. Мне казалось, что он пойдёт следом. А дальше подумать...
Забрав подол платья в руки, чуть не разодрала куски ткани, преодолевая последние ступени.
Второй этаж дома был не большим. Достаточно просторный коридорчик с несколькими дверьми по бокам. Пошла к самой крайней. По классике, это гостевая, и была с замком. Могла там закрыться и прятаться до отлёта в Италию, лишь бы не контактировать с ним.
Вновь много лишнего. Вновь много ненужного ни ему, ни тем более мне. А что сейчас?
Открывая дверь, снизу донелись звуки рёва, от которого мурашки пошли по спине и застыла в ступоре, не зная куда идти. Звук бьющегося стекла, удары, маты на все апартаменты. И я, стоящая у двери, которая могла спрятаться. Потенциально, хотя бы на миг. На какое-то время.
Не было желания выслушивать, потому что морально подавить возможно любого, главное слова подобрать. Учитывая нынешний пиздец внизу, осилил бы и даже не подумал о последствиях.
И вдобавок, не имела понятия, сможет ударить или нет, а попадать под горячую руку не особо любила.
Скрепя сердце, дёрнула несчастную дверь на себя и завалилась в уютную комнату с аналогичными, что внизу, панорамными окнами. На улице шёл дождь. Картинка ночных огней размыта и видно отчётливо каждую капельку на стекле.
Как же сейчас схожи наши эмоции с чёрным небом. Оно плачет тихо. И я так же, незаметно и внутри.
На каком-то инстинкте добралась до ванной. Так же медленно сняла платье, кинула его в угол, даже не обратив внимание на выключатель, хотя свет включился автоматически. Не думаю ни о чем, включила кипяток и уселась голой задницей на дно ванны. И заплакала.
Я окончательно потеряла свой рассудок и не знала как возвращаться в прежнюю себя. Я ничего не чувствовала и даже кусала губы, чтобы хоть как-то ощутить...щипала...
Вино и прочий алкоголь вырабатывал те нужные эмоции, но фальшивые, временные, в последствие выдающие такие картинки в памяти о поступках, хоть вешайся...
Вытащив все осколки, промыла волосы триста раз найденным шампунем, вроде тот подходил, отмыла часть кровавых пятен, небольшие царапинки на ногах старалась не трогать, ибо щипало. Но всё же привела более менее своё тело в порядок.
Даже не сушила голову, проползла до кровати и скинув жесткое покрывало в сером цвете, как и всё здесь, положила голову на подушку.
Мысли о всём самом плохом плавно перетекли в надежды на лучшее, слегка морило в сон, и в конце концов, уснула. Последнее, что почувствовала, это лёгкое касание пальцев о мои скулы.