Миллион запретных наслаждений

Лицо у меня горело. Казалось, что в любую секунду я могу разреветься как дура. Нет, я все равно не позволила бы себе такого, чтобы не показаться еще более слабой и еще более ранимой. И все же я была рада, что выплеснула все это, прежде чем наступил полный и окончательный нервный срыв. Трудно в такое поверить, но я была очень и очень близка к этому.

Полли, кажется, прониклась моей историей и — удивительное дело — слушала, не перебивая и не требуя подробностей. Словами не описать, насколько я была ей благодарна.

Она, потянувшись через стол, взяла меня за руку с ободряющей улыбкой.

— Бедная, тяжело тебе, да?

— Не хочу я об этом говорить.

Мы с Полли одновременно рассмеялись. Но смех-то был не самым веселым, ведь обе поняли, как по-дурацки прозвучало мое заявление после того, как я так распиналась.

— Да не волнуйся, милая. Ты выдержишь. И потом, мало ли что может произойти. Ной ведь тоже не железный. По крайней мере, мне так кажется. Наверняка этот неприятный маленький прокол с Джули выбил его из колеи только на время и он не останется бесчувственным до конца своих дней.

— Да-да, ты ведь собиралась мне об этом рассказать. Так что там произошло между Ноем и этой девицей?

— Ну, начать с того, что она сука, каких свет не видывал, — презрительно усмехнулась Полли. — Ной встречался с ней около двух лет. Ее отец — доктор Эверетт Фрост, близкий друг семьи, так что понятно, как они познакомились.

— Я… я встречалась с доктором Фростом, — кивнула я.

— Эверетт — нормальный человек, я не сужу о нем по его дочери. Короче, Ной как-то раз уехал по делам, решив (где только была его голова?) сделать ей предложение, когда вернется. Ему отчего-то почудилось, будто он любит ее. Не уверена, что он вообще тогда знал, что такое любовь, и сомневаюсь, что знает это сейчас. В общем, вернувшись домой, он застал ее со своим лучшим другом, когда тот пялил ее в зад.