Миллион запретных наслаждений

— Дилейн. Дилейн Талбот, — сказала я и вдруг страшно заинтересовалась белыми кафельными плитами на полу под ногами.

— Что ж, очень приятно познакомиться, мисс Талбот. — Он пожал мне руку и жестом пригласил сесть на смотровое кресло, а сам опустился на вращающийся стул передо мной. — Итак, чем мы можем вам помочь?

— Дилейн просто нужен общий осмотр, и она хочет узнать, что у вас есть для контрацепции, — ответил за меня Ной.

— Понятно. Что ж, хочу предложить вам форму контрацепции, которую можно не бояться забыть в самый неподходящий момент. Это укол. Желаете попробовать? — спросил он с вежливой улыбкой.

— М-м-м… — Я что-то такое читала, когда в последний раз ходила к своему доктору, но как-то не задумывалась до сих пор, поэтому не знала, что ответить.

— Действие каждого укола длится три месяца. Для многих моих пациенток еще одним преимуществом данного метода является то, что, как правило, месячные циклы проходят легче или вовсе исчезают. Последние несколько лет этот способ становится довольно популярен.

— Да, звучит неплохо, — ответила я, стыдливо кивнув.

— Тогда начнем? — Его улыбка была искренней и успокаивающей.

Ной обошел кресло и встал у изголовья. Я легла на спину и вставила ноги в «стремена». Конечно, раньше я уже бывала у гинеколога, но когда выставляешь все свои прелести напоказ перед совершенно незнакомым человеком, это напрягает. То есть гинекологи видят много всего, и ты, когда ложишься, начинаешь думать, а вдруг там отличаешься от всех остальных, может, у тебя что-то не так, какая-нибудь деформация, а ты и не знаешь.

Прежде чем в моей голове пронеслись все эти мысли, он отклонился, похлопал меня по ноге и сказал, что закончил.

— Ближайшие несколько дней можете чувствовать боль. Принимайте ибупрофен. В вашем случае возможно небольшое кровотечение, но в целом все будет хорошо. — Он, стянув с рук, выбросил перчатки. — Если почувствуете что-то необычное, обращайтесь.

Его ассистентка подошла ко мне, протерла мне руку спиртом и сделала укол.

— Я вас оставлю. Одевайтесь и можете идти, — сказал врач, направляясь к двери. — Ной, рад был повидать тебя.