Где Т/и родная сестра Ханны.
Тяжело наблюдать за любимой сестрой, что, можно сказать, стоит над пропастью, но все же держится и не падает. Тяжело понимать, что помочь ей ты не можешь, ведь боишься сделать хуже, а сказать другим… тоже страшно, ведь ты совершенно не знаешь последствий. Но все это бездействие свелось к одному. К смерти Ханны.
– Все хорошо? – Т/и как и всегда заходит в комнату старшей сестры, с уже привычным для обеих вопросом, но только ответа нет, как и Ханны, которая постоянно отвечала «да, дорогая». Но не было ничего хорошего, ведь все проблемы после перевода в новую школу свалились на Ханну, да и на Т/и, как снежный ком, который разрастался по мере падения с горы. – Знаешь, сегодня я поняла, что все еще скучаю по тебе, хоть и знаю, что должна тебя отпустить, ведь это не дело, постоянно жить одними воспоминаниями, да, Ханна? – на глазах младшей Бейкер появились слезы, которые она отчаянно сдерживала, – Я помню столько классных моментов в нашей жизни, столько счастья и радости… Ханна, почему ты не хотела поделиться со мной этой проблемой, мы бы придумали другой выход. Хотя, я хороша, ничего сама не предприняла, – голос становился тише, а рыдания с каждым разом громче, отчего теперь было очень трудно дышать. – Я так тебя люблю, – эти слова стали последними за день от Т/и, ведь она провалилась в сон, который так давно жаждала увидеть.
– Ты не виновата, милая, – голос Ханны звучит так успокаивающе, словно вот она, живая, и помогает справиться с проблемами, как раньше. – Ты ведь это понимаешь?
– Я могла спасти тебя, но не сделала этого. Посчитала, что все будет хорошо, как ты всегда и говорила, – на глазах вновь появилась пелена из слез. – Я так тебя люблю, так сильно. Прости меня, прости, что никогда не говорила, прости, прошу тебя.
– Я никогда не держала на тебя обиды, милая. Просто прими тот факт, что ты не виновата, - рука Ханны гладит младшую сестру по волосам и та потихоньку перестает плакать. – Я тоже тебя люблю, Т/и. Все будет у тебя хорошо, я обещаю, – Т/и поворачивается и видит сестру, что сидит напротив и, прекращая сдерживать себя, обнимает, так сильно, как только можно, вкладывая всю свою любовь. Ханна, немного растерявшись, обнимает сестру в ответ и тоже начинает плакать, вероятно, коря себя, за то, что оставила сестру и за то, что родителям сейчас очень тяжело.
– Все тебя очень любят. Как бы я хотела, чтобы ты сейчас была в своей комнате и красила ногти, а также напевала какую-нибудь дурацкую песню.
– Ты справишься и без меня, принцесса. Помни, я тебя очень сильно люблю, – после этих слов последовала пробуждение младшей Бейкер, теперь же на ее лице была улыбка, пусть и со слезами, но улыбка, которую подарила ей Ханна, ее Ханна.