Глава 8: Лёд под кожей
Деревня просыпалась медленно. Лёгкий ветер шелестел листьями. Солнце ещё не пекло — только касалось травы.
Даня проснулся в пять утра.
Он не спал почти всю ночь. Сердце было как будто натянутой струной — готовой лопнуть от любого прикосновения.
Он решил просто... пойти за чаем. Тихо. Без звука. Не думая ни о чём.
Дом был тихим. Все спали. Почти.
Он проходил мимо комнаты Лёши, когда услышал:
шорох.
стон.
приглушённый смешок.
Он замер.
Дверь была чуть приоткрыта. Совсем чуть-чуть. Но этого было достаточно.
Катя лежала на спине, волосы растрёпаны, футболка задралась вверх.
Лёша был над ней.
Целовал её.
Двигался.
С закрытыми глазами.
Он не замечал ничего. Он был весь в этом — в ней.
И Даня смотрел.
Пять секунд.
Десять.
Пятнадцать.
Что-то внутри оборвалось. Без крика. Без боли. Просто — стало пусто.
Он хотел закричать. Вырвать себя из этого дома. Из этого лета. Из этой жизни.
Но он просто стоял.
А потом — развернулся и ушёл.
⸻
Через пару часов он всё же вернулся. В комнату. За вещами.
На лестнице стояли Лена и Игорь.
— О, твой принц всё ещё не умер, — сказал Игорь. — Удивительно.
— Давай, Даня, порежь себя красиво. Можно на видео. Монтаж сделаю, — хихикнула Лена.
Он прошёл мимо. Молча. Как будто не слышал.
Внизу, у кухни, уже собралось человек пять.
Катя пила чай. Волосы были мокрые после душа. Улыбалась. Победно.
Лёша сидел рядом, подавленный. Уставший. Молчаливый.
— Смотри, Даня пришёл, — протянула Катя сладким голосом. — Опоздал на завтрак. Или ты просто решил... помешать нам снова?
Даня не ответил.
Он посмотрел на Лёшу.
Тот тоже смотрел на него.
Их взгляды пересеклись.
На одну секунду — в них всё ещё было то, что было прошлой ночью.
Но потом — Лёша опустил глаза. И сказал тихо, как будто чужим голосом:
— Хватит уже. Уйди, псих.
Даня замер.
Катя захлопала ресницами. Остальные переглянулись.
— Вот это да, — пробормотала Алина. — Наконец-то ты его поставил на место.
Лёша поднялся и прошёл мимо Дани, не глядя. Просто прошёл — как будто его не знал.
А в груди Дани — стало ледяным.
Не холодным.
Именно мертвенно ледяным. Как будто сердце погрузили в снег и оставили там.
Он не почувствовал ничего.
Ни злости. Ни боли.
Только пустоту.
"Хватит уже. Уйди, псих."
От него. От единственного, кто смотрел когда-то иначе.
Он вышел.
За порог.
На улицу.
Под яркое солнце.
И в этот момент понял — он больше не человек. Он — тень. Лишённая даже права на обиду.