***
Морин стояла на той самой маленькой полянке, где во время грозы догнал ее Джон Карлайл. Надо же, тогда ей казалось, что она в глухой чаще! Сейчас, при свете огромной и абсолютно серебряной полной луны, отсюда были хорошо видны и ограда, и маленькая калитка, и беседка под резной крышей… А вот звуки музыки, смех и болтовня сюда почти не долетали. Сельва рассеивала людской гомон. Здесь царила тишина.
Повернувшись спиной к ограде, Морин закрыла глаза, раскинула руки. Накидка соскользнула в траву, а девушка этого даже не заметила. Она улыбалась, вспоминая минувшую ночь, и полуоткрытые губы беззвучно шептали имя любимого…
Боско судорожно облизал внезапно пересохшие губы. Ну и девка! При таком росте – такая фигура! А грудь? Вон, так и рвется на свободу из-под этих легких тряпочек. Да, если Джонни-бой обратил на нее свое внимание, ничего удивительного. И белобрысая хороша, ну а эта – полный восторг.
Темная похоть, грязное вожделение зажгли огонь в проспиртованной крови Боско Миллигана. Он трясущимися пальцами ослабил узел галстука, а затем и вовсе сорвал его. Торопливо и сладострастно расстегнул заранее пряжку ремня.
Она крепкого сложения и наверняка примется для начала упираться, как и тогда, в Лондоне, но на этот раз никто без стука не войдет, и все пройдет отлично. Он покажет этой рыжей ведьме, что такое настоящий мужчина!