Некрополь
Повязка влагой обагрилась
На кровоточащих глазах...
Слепою Смерть ко мне явилась
Письмом в папирусных листах.
Лишь прочитавши заклинанье —
Зло охранявший манускрипт,
Незрячим агнцем на закланье
Мечусь среди надгробных плит,
Средь пепелищ и праха-пепла,
И Мойры ткут мне гибель — здесь!
Кровь на щеках суха, поблекла.
Кровь и песок — баталий смесь.
И кедр смеётся, солнце греет,
Но пальцы чувствуют снега,
Касаясь камней, леденеют
И мягкость ощущают мха.
Возлечь на этот пух могильный
И сладкой дрёмы ожидать,
И постепенно тканью пыльной
Себя позволить покрывать...
Я поступлю так, ведь Некрополь
Врата распахивает раз.
Мой срублен неокрепший тополь.
Дом мой — навеки и сейчас —
Сей мрачный город без живущих,
Сей райский ад и адский рай,
Когда-то для меня — влекущий,
Теперь — гнетущий душу край.
Туч седина однообразна,
Однообразен града лик:
Повсюду дышит mortis causa,
Где человек дышать отвык.
Труп согревает тело трупа,
Ласкает мёртвого мертвец.
Хотелось бы с горы уступа
Мне дважды встретить свой конец!
Но город этот не позволит
Умершей снова умереть.
Некрополь — это пристань боли
И пыток, коих не стерпеть...
Казалось бы, здесь мир покоя,
Обитель светлая тиши.
На самом деле только горе
Таилось в гробовой глуши!
Средь капель льда и солнца мая
Какое правит божество?
Аид, Анубис, Хель иль Кали?
Им всё равно. Мне всё равно.
Ко мне являются видения —
Воспоминания о былом.
Зачем тревожные волненья
Тут могут быть всего лишь сном?!
Нет чувств — а только безмятежность
Плывёт средь сумрачных долин.
Какая же была поспешность
Пытаться злой развеять сплин,
Прибегнув к силе древних свитков
И к магии своих отцов,
Вкусивши врановых напитков,
Обезобразивших лицо!
Я стала плакать — плакать кровью,
Изображения расплылись...
Откуда предо мной — не помню —
Посланцы Смерти вдруг взялись?..
Шептали тени тихо, сладко,
Уняли боль в глазах моих.
Прокралась Танатос украдкой,
Как мантру повторяя стих.
Людьми забытое заклятье
Меня перенесло сюда.
Смерть огласила мне проклятье:
Заточена я на года,
Века и на тысячелетья.
Ни ненавидеть, ни любить —
Слова бьют эти точно плетью:
Жить, умереть и, мёртвой, — жить...
Плющ обвивает словно путы,
А в сердце — рабская покорность.
Все бесконечные минуты
Мне — унижение, Смерти — гордость.
Сорвалась мокрая повязка,
Одежда охрой обагрялась.
Кровь — как обрядовая краска.
Танатос нежно улыбалась...
Январь 2009