Реакция на то, что...
(Картинки мне не принадлежат)
Осаму Дазай
Сердце Дазая пропустило удар от увиденного. Осаму догадывался, что у тебя было тяжелое прошлое, но он даже не мог предположить, сколько боли и страданий тебе пришлось испытать. Он не стал донимать тебя вопросами. Дазай понимал, что тебе нужно время, чтобы открыться ему. Он был готов ждать. В таком состоянии ты еще не видела своего парня. Этот хмурый взгляд, в котором читалось отчаяние, смятение и даже боль, ты запомнишь навсегда.
— Почему все дорогие мне люди вынуждены страдать? — еле слышно произнес Осаму, нежно проведя по твоей щеке рукой и глядя в твои глаза. В ту ночь он прижимал тебя к себе, словно боясь, что ты исчезнешь, что он вновь лишится своего смысла жизни и останется совсем один.
Чуя Накахара
В тот момент Чуя хотел лишь найти тех мерзавцев, что посмели такое сотворить с тобой. Он бы растерзал их без сожаления собственными руками.
С легкой дрожью в руке он немного провел по одному из шрамов.
— Почему ты не сказала? Почему молчала? — тихо произнес Чуя, смотря в твои глаза, словно пытаясь найти ответы на все свои вопросы. — Больше никто и никогда не посмеет тронуть тебя и пальцем. Я переломаю им каждую кость за одну такую мысль... — пообещал тебе в тот день Накахара. После этого дня Чуя стал еще больше тебя оберегать. Он бы не простил себе, если бы ты вновь пережила тот ужас.
Ацуши Накаджима
Парень был готов заплакать. Ему было больно смотреть на все твои раны. Ацуши не понимал, кто и за что заставил тебя пройти через весь этот кошмар. Накаджима нежно обнял тебя, словно боясь причинить тебе боль. Он даже начал винить себя за то, что не встретил тебя раньше, что не спас тебя. Ацуши считал: уж лучше страдает он, чем ты.
— Если бы я мог, я забрал бы всю твою боль себе. Ты не должна так страдать! Никто не должен! Обещаю, что даже ценой жизни я буду защищать тебя! — говорил Ацуши, обнимая тебя и не сдерживая слезы. Эспер тебя любит. Ты всегда ему будешь дороже всего. Даже собственной жизни.
Акутагава Рюноске
В тот момент Рюноске, словно отключился. Он осмотрел каждый шрам, каждую рану. Тебе даже стало не по себе от его пристального взгляда, и ты уже собиралась встать и одеться, чтобы скрыть ту часть своего прошлого, о которой ты давно мечтала забыть, но эти кровоточащие шрамы были вечным напоминанием о нем. Акутагава тут же остановил тебя.
— Не прячь, — прошептал темноволосый парень, к твоему удивлению нежно прижав тебя к себе. — У нас с тобой похожие шрамы. Я знаю, каково это — жить с постоянными воспоминаниями о прошлом, — сказал мафиози. Он не стал расспрашивать тебя о том, откуда твои раны. Акутагава без слов всё понимал и не стал давить. Эспер поклялся, что больше никто и никогда не посмеет причинить тебе боль. Не пока он жив.
Рампо Эдогава
Эдогава, как и Дазай, догадывался о твоем непростом прошлом. Он мог предположить, что твое тело усеяно шрамами, которые ты пыталась скрыть под кучей одежды. Но Рампо даже не мог представить, сколько их, сколько ты страдала. В зеленых глазах отразилась печаль.
— Значит, я был прав... Не за чем стыдиться их. Ты прекрасна, а ты знаешь, я никогда не ошибаюсь, — заверил тебя Рампо, прекрасно понимая, как ты стыдишься их, что они — это вечное напоминание о том, что ты хотела бы забыть как страшный сон. Эдогава станет твоей опорой и поддержкой. Он сделает всё, чтобы твои мрачные воспоминания покинули тебя, и ты начала жизнь с чистого листа.
Федор Достоевский
Федор знал о них. Он знал, что ты пережила, но никогда не спрашивал и не давил на тебя. Однако он не мог не смотреть на них без злости и отвращения в глазах. Все прикосновения Достоевского были осторожными, словно прикосновения к коже крылом бабочки. Все те, кто когда-то заставили тебя пройти девять кругов ада, давно покинули эту жизнь. Их муки были в разы дольше и больнее.
— Жалкие грешники хотели сломить твою волю, очернить твое тело этими шрамами, но у них не вышло. Ни к чему проливать слезы, — нежно стер слезинку с твоих щек Федор, глядя в твои глаза. Его голос был глубоким, и казалось, что сердце пропускало удар от каждого его слова. — Ты, мой ангел, больше не одна. Мир накроет тьма, и я буду рядом, чтобы спасти тебя...
Николай Гоголь
— Моя птичка, — с легким шоком проговорил Гоголь, окинув все твои шрамы взглядом, — потому ты, так же как и я, живешь в этой позолоченной клетке... Твои крылья давно отрезали... — с грустью в тоне сказал эспер. В этот момент его маска треснула и рассыпалась на осколки. Страсть угасла. Осталась лишь боль двух несчастных душ.
В тот день вы лежали в обнимку, изливая свою боль. Казалось, что сама вселенная свела вас вместе.
Пусть вы заперты в клетке, лишенной своих крыльев, но вы есть друг у друга, и большего не надо.
Эдгар Аллан По
Он испугался. Он не мог передать словами те чувства, которые испытал, когда увидел твои шрамы. Ты для него была музой, хрупкой и нежной девушкой. За что с тобой так обошлись? Почему именно ты? Эти вопросы никак не покидали голову эспера. Он не смог сдержать и крепко обнял тебя. Его тело дрожало. Слезы были готовы пролиться из его глаз.
— Никто... Больше никто и никогда не посмеет сделать тебе больно! Обещаю, что не позволю этого произойти во что бы то ни стало... — говорил уверенно По.
Эдгар очень переживает за тебя. Он стал к тебе более внимателен. Каждый раз его сердце замирает, когда ему кажется, что тебе больно.
Сигма
Глаза парня расширились от удивления. Он не знал, как отреагировать. Сигма просто замер, не веря в то, что видит. Слова застряли в горле. Ты решила надеть футболку, чтобы скрыть свои шрамы от глаз парня, но он нежно перехватил твои руки в свои, взглянув в твои глаза.
— Не надо... Они... Болят? — спросил Сигма, нежно протянув руку к одному из шрамов. — Какой изверг сотворил это с тобой? Я не могу исцелить твои раны, но я попытаюсь исцелить твою душу. Ты не одна... Я разделю с тобой твою боль. Я люблю тебя, — сказал владелец казино, в чьих глазах горел огонек надежды и любви, когда он смотрел на тебя. Его слова грели твое сердце...
Дзено Сайгику
Дзено не увидел твоих шрамов, но он почувствовал. Один, второй... Каждая рана, каждая царапина. Повисло молчание. Безумный ритм твоего сердца раздавался в ушах. Ты боялась, что он разлюбит тебя, что уйдет, и на этом всё закончится.
— Они еще болят? — неожиданно спросил Сайгику, выводя тебя из твоих размышлений. — Можешь не говорить, откуда они. Расскажешь, когда будешь готова... — с тем же спокойным тоном продолжил эспер. Дзено не ушел. Он остался с тобой, нежно прижимая тебя к себе. Сайгику больше не поднимал тему твоих шрамов. Он остался с тобой, нежно прижимая тебя к себе. Сайгику больше не поднимал тему твоих шрамов. Он ждал, когда ты будешь готова. Ищейка будет рядом, чтобы выслушать и утешить.
Теттэ Суэхиро
Маска спокойствия буквально исчезла на твоих глазах. Впервые ты увидела в глазах Теттэ шок, смешанный со страхом.
Ты уже хотела накинуть одежду и скрыть свои шрамы, посчитав, что парню противно на них смотреть, как вдруг почувствовала нежное прикосновение губ Суэхиро на одном из шрамов.
— Не нужно прятать их, — спокойно произнес эспер, прислонив свой лоб к твоему и тихо вздыхая. — Это символ твоей силы и стойкости... Это часть тебя, и я не стану любить тебя меньше. Это лишь дает мне стимул становиться сильнее, чтобы защитить тебя от всех бед и невзгод, — прижав ладонь к твоей щеке, сказал эспер, оставив нежный и быстрый поцелуй на твоих губах, словно закрепляя свое обещание.
(1226 слов)
Ну... Всем привет... На часах половина первого ночи и я тут свалилась вам на голову. Не ждали не гадали, не надеялись на возвращение и тут я...
Я извиняюсь за отсутствие. Учеба в университете навалилась и просто нет времени что-либо писать.
Я надеюсь, что у вас все хорошо♥️