Антихрупкость

- Не знаю, - тихо сказала я вслух. Звук собственного голоса успокаивал меня. - Это просто комната без окон и с железной дверью. Здесь холодно и сыро. Возможно, подвал. Не имею понятия, сколько я была без сознания и какой сейчас день, но... это Акрам, Морис. Акрам Аббас.

Дрожа, я обняла себя за плечи и закрыла глаза.

«Ты ранена? Я чувствую запах твоей крови», - вамп очень зол.

- Нет. Просто слишком острые ногти сделала в этот раз, - я посмотрела на капли крови, стекающие по моей ладони.

«Девочка моя, подойди к двери».

Заставив себя подняться на ноги, я исполнила просьбу Мориса.

«Проведи ладонью по металлу. Чтобы он испачкался».

- Сделано.

Я тихо зашипела от боли в раненой руке.

Почти минуту Морис молчал, будто смакуя вкус моей крови. Мгновения утекали мучительно медленно. Вдруг вамп сказал:

«Кажется, я жалею, что не дал тебе снять кофту».

- Действительно, жалко. Потому что это единственный теперь для тебя вариант увидеть, что под это кофтой находится.

«Да неужели?» - в голосе Мориса отчетливо сквозила ирония.

- Хочешь поспорить? - усмехнулась я.

«Я сделаю все, чтобы заставить тебя изменить свое мнение».

На самом деле, вамп спас меня тогда. Наш разговор отвлекал меня, и страх таял. Но даже мой рыжий демон не мог изменить реальность.

В самый разгар спора о наших с вампом сексуальных отношениях я услышала скрежет открывающихся замков.

- Морис? - вскочив на ноги, я прижалась к стене.

«Да?»

- Кто-то заходит, - прошептала я.

«Мы почти на месте», - рычит Морис. И я знаю, ему не нравится слово «почти».

***

А я считаю, что «почти» в данном случае — это прекрасно. Но делать что-то нужно именно сейчас.
«Морган?»
- Просто давай быстрее, хорошо?
Я притаилась за дверью, лихорадочно расстегивая замок толстовки. В одной тонкой футболке я мгновенно озябла еще больше, но выбора особо нет.
Кто-то ступил в комнату — и я не стала терять времени. Резко выскочив из-за двери, я кинула толстовку на лицо вошедшему, толкнула его в сторону и бросилась бежать по узкой деревянной лестнице вверх.
- Морган!
«Морган!»
Знакомый голос.
Морис и Джайлз произнесли мое имя почти одновременно. Я обернулась, шокированная, - и увидела, что в бетонную комнату действительно вошел Джайлз.
Двусущий выглядел усталым и злым. Он отбросил мою толстовку, и его зрачки расширились при виде моей почти обнаженной груди, прикрытой лишь тонкой тканью.
- Какого хера? Ты что, помогал своему дяде в похищении?
Мне очень хотелось скрестить руки, но для скромности времени не было. Настороженно наблюдая за Джайлзом, я поднялась еще на две ступени и взялась за ручку деревянной двери.
- Успокойся. Я пришел помочь.
Склонив голову к плечу, я посмотрела на двусущего. Почему выбор так сложен? Я могу ему довериться.
А он может вновь отдать меня в лапы Акрама.
- Не глупи. Там много охранников. Ты не выйдешь.
Джайлз медленно поднимался ко мне по лестнице.
Я повернула ручку и приоткрыла дверь.
«Я уже здесь».
Дверь распахнулась полностью, и на пороге возник Морис. Я знала его слабость к хорошему оружию, но сейчас случай был особый. Молниеносно вамп ударил основанием ладони Джайлза в нос, и двусущий, не успев увернуться, упал назад.
У меня подкосились ноги, и очень вовремя Морис прижал меня к себе. Я уткнулась в его плечо, и будто издалека услышала голос:
- Прости. Немного опоздал.

***

- Морис...
Вамп молча обнял меня еще крепче и накинул на плечи свою кожаную куртку. Я всхлипнула и ударила Мориса по плечу.
- Какого вообще...
- Морган!
Я резко обернулась. Из глубины коридора к нам быстро приближался отец. Вамп тактично уступил Патрику Аддерли право обнимать и утешать меня.
От меня не укрылось, как внимательно двое самых дорогих мне мужчин рассматривали меня в поисках ран и повреждений, и взгляды их в этот момент были одинаковы. Они обещали смерть.
- Родная, все закончилось, - отец гладил меня по спине, успокаивая.
Я изо всех сил старалась держать себя в руках, потому как понимала, что мои истерики сделают отцу еще хуже.
- Со мной все хорошо. Акрам не успел причинить мне вред, - слабо улыбнулась я в ответ.
Кстати сказать, пришло время разобраться с моими неудавшимися похитителями. Морис уже приступил к решению задачи: четверо мертвых двусущих лежали в коридоре.
Воины Мориса (среди которых, к огромному моему удивлению, я увидела того самого здоровяка с ледяными глазами) подняли уже успевшего очнуться Джайлза и повели в большую гостиную, мимо трупов. Там же под бдительным надзором охранников отца находился Акрам. Мужчина, со связанными за спиной руками, сидел на диване. При моем появлении он вскинул голову и тихо зарычал. Очевидно, ему безумно хотелось броситься на меня, но он лишь двинулся — и его лицо исказила гримаса боли.
Это означает, подумалось мне, что веревки, которыми связаны его руки, - не просто веревки.
Мать твою, неужели опять кровь вампиров?
Я посмотрела на Мориса. В ответ вамп едва заметно отрицательно покачал головой.
- Не трогайте Джайлза, - сказала я. - Думаю, он действительно хотел помочь мне.
Разумеется, мои слова приняты во внимание. Но никакое заступничество не спасет Акрама.
- Мистер Аддерли, сэр, позвольте мне, - улыбка Мориса не предвещала ничего хорошего.
Джайлз, который сидел в соседнем со мной кресле, прищурился, глядя на вампа.
Отец, явно довольный, кивнул.
Морис не стал призывать Лоа. В этот раз он справился сам.
Вамп, сжав горло Акрама, рывком поднял двусущего на ноги. Всего несколько почти незаметных касаний, которых и ударами назвать никак нельзя, - и Акрам, закатив глаза, падает на пол.

Отдавая должное выдержке и силе мужчины, скажу, что во время экзекуции он не проронил ни звука.
- Что ты с ним сделал? - спросил Джайлз. Он неотрывно смотрел на дядю, и, готова на что угодно спорить, печали в его глазах не было. Запекшаяся на лице кровь на лице двусущего казалась китайским красным лаком.
- Одна сторона его тела теперь парализована. - Вамп жестко усмехнулся. - Теперь ты — глава рода. Ты ведь этого хотел, правда?
Джайлз молча обвел всех взглядом.
И тут я все поняла. Вот ублюдок. Он чужими руками убрал главную преграду. Умно, мать твою.
Морис, подошедший ко мне, сжал мои пальцы, призывая к молчанию.
«Обсудим это позже».
- Это поможет налаживанию взаимопонимания между расами, - спокойно говорит двусущий.
- Отличная идея, - одобрил Морис. - Я и сам лично намерен внести лепту в это благородное дело.
Джайлз удивленно изогнул бровь. Мы с отцом переглянулись, и Патрик Аддерли нахмурился.
- Мистер Аддерли, - сказал вамп, - я прошу у вас руки вашей дочери.

***

Отец казался столь же шокированным словами Мориса, как и я. Воины вампа оставались невозмутимыми, а парень с ледяными глазами, кажется, ухмылялся. Джайлз — на Джайлза я даже боялась смотреть.
Решил сыграть на факторе неожиданности, рыжий демон?
- А знаешь, я согласна, - громко заявила я, скрестив руки на груди и откинувшись в кресле. - Если ты сможешь объяснить мне, где ты пропадал все это время. И почему не мог дать мне знать, что ты, мать твою, жив.
На самом деле, эти упреки сказали о моих истинных чувствах больше, чем даже сакраментальное «я согласна». Но я хотела, чтобы Морис знал правду.
На самом деле, мое сердце купалось в сладости меда. Этот вамп меня любит. Теперь уж ему не отвертеться.
Морис подошел ко мне и наклонился над креслом, чтобы взять меня на руки. Наверное, я могу расценивать это как согласие дать мне объяснения.
«Несомненно».
Я прижалась к вампу и обвила шею руками.
Отец поднял ладонь, давая своим охранникам команду не вмешиваться.
- Папа, ты не против, если мы...
Патрик Аддерли молчал несколько мгновений, будто оценивая ситуацию, а затем кивнул.
- Вам действительно многое нужно обсудить. Я разберусь здесь со всем.
Оставив Джайлза и неподвижного Акрама на попечение отца, мы с Морисом (который все еще держал меня на руках) вышли на улицу. Кажется, сейчас был поздний вечер. Я огляделась. Небольшой дом из темного кирпича, в котором меня держали в плену, был ничем не примечателен, как и узкая улица пригорода. Очевидно, что постоянно Акрам здесь не жил. Я вздрогнула. До сих пор не могла поверить, что он решился на похищение.
Осторожно усадив меня в джип, Морис вернулся к своим воинам, которые вышли на улицу за нами, а я пока просто закрыла глаза, стараясь успокоиться после пережитого. Так много событий, так много эмоций. Я почувствовала себя очень усталой. Но счастливой.
Когда Морис сел в машину, я молча склонила голову на его плечо. Наконец я могла рассмотреть вампа. Его кожа стала темнее, скулы были очерчены еще резче, и на шее и руках определенно прибавилось шрамов. Но все же — это бы мой Морис. Заметив этот взгляд, вамп склонил голову и коснулся губами моего виска.
По дороге к его дому мы заехали в кафе и взяли с собой по сэндвичу с голубым сыром, шоколадный торт — и вино, разумеется. В конце концов, нам есть что праздновать.
- Итак, настало время откровений, - сказала я, когда мы вновь оказались в машине. Достав из пакета предусмотрительно открытую бутылку вина, я сделала большой глоток. Затем передала бутылку Морису.
- Все дело в опытах, - сказал вамп, принимая вино.

***

- Звучит очень серьезно.
Этот разговор я решила отложить до того момента, пока мы окажемся в безопасности.
В доме Мориса все осталось таким же, как и в день последнего моего визита. Я не смогла спрятать свои воспоминания о том, как одна предавалась мечтам о нашем сексе на его кровати. Не смогла — да и не хотела. Эмоции вампа, когда он видел движения моих пальцев между бедер, были потрясающими.

Пока Морис принимал душ, я сервировала для нас стол. Затем настал мой черед смыть с себя плохие воспоминания. Выйдя из ванной, я самовольно присвоила себе одну из футболок моего вампа и его льняные домашние брюки. В конце концов, он уже почти мой муж.
Собирая волосы в хвост, я внимательно рассматривала себя в зеркале. Будто ничего не изменилось. Но... Муж. Я никогда не представляла себя замужем.
Впрочем, я готова была попробовать.
Ледяной дождь хлестал в окно, а в доме было удивительно уютно. Морис разжег камин, и мы сидели на диване, ужиная и разговаривая. Нам многое необходимо было сказать друг другу.
Я рассказала о том, как сильно скучала по нему. Рассказала о волнующем опыте общения с Элекуном и о том, как оставленные Морисом подсказки помогли мне не впасть в отчаяние. Я рассказала о том ритуале, который провел для меня отец, и потребовала объяснений — что произошло там, в Намибии?
- Как я говорил, все дело в опытах.
Морис еще до своей поездки на Черный континент имел договоренность с одним из сильнейших брухо — колдуном, практикующим Вуду. Целью было установление связи с теми коварными Лоа, взаимодействие с которыми чаще всего вызывает безумие у вампов.
- Я не хотел подвергать тебя опасности, когда я в подобном состоянии. Любое общение со мной могло причинить вред человеку.
Я нахмурилась.
- Ты что, Суперменом себя возомнил? Ты собрался спасти Диких ценой своей жизни? Я видела, что происходила с твоим телом при взаимодействии с этими Лоа.
В глубине души я гордилась Морисом. Его силой и его желанием помочь своей расе. Я знала, что он не был счастлив убивать своих собратьев. Но, конечно же, я взяла с Мориса клятву всегда быть откровенным и честным со мной.
- Не бойся говорить мне правду — я справлюсь.
Вамп склонил голову и коснулся моих губ поцелуем.
- Знаю. Ты только выглядишь хрупкой.
Осталась еще одна тайна.
- Я вернулся сразу же, когда узнал, что тебе грозит опасность. И сказал мне об этом Ноа.
Конечно же, я потребовала объяснений. Как выяснилось, Ноа — это и есть тот самый здоровяк с ледяными глазами.
- Он проводник Барона, - сказал мой вамп.
Некромант. Все, что мертво, все, что ушло, от нежных и светлых воспоминаний до грязи разложения и тлена, - его дорога. Ноа, приглядывающий за мной, как и Элекун, увидел мой разговор с Джайлзом, взяв в руки тот самый флакон духов. Он не смог допустить, чтобы его командир лишился своей женщины, и взял на себя риск оторвать Мориса от его благородных занятий.

Наверное, все должно было сложиться именно так. И Элекун, и Ноа не предотвратили моего похищения, потому что Морису пришло время вернуться. В любом случае, Лоа я должна быть благодарна за то, что Морис успел вовремя дымом пройти сквозь зеркало.
Я забралась на колени к своему вампу и посмотрела в его глаза.
- Давай, скажи это.
Морис проявлял чудеса актерского мастерства, делая вид, что он совершенно не понимает, о чем идет речь.
- Ну давай. Не упрямься. Говори. Иначе замуж за тебя я не выйду.
Откровенный шантаж сработал. Морис обнял меня талию, привлекая к себе так близко, что я слышала биение его сердца.
- Люблю тебя. Ты же знаешь об этом.
Довольно улыбнувшись, я кивнула.
- Знаю.
В первый раз в ту ночь наш секс был болезненно-нежным. Морис входил в меня, глубоко, медленно, и наши поцелуи были ласка и боль вместе. И он говорил мне "люблю".
После, выйдя на кухню, чтобы позвонить отцу, я подумала, что уже знаю, что надену на церемонию. Белоснежный брючный костюм со смокингом. И обязательно — золотые цепи и жемчуг.