Reckless [ВРЕМЕННО ЗАМОРОЖЕНО]

На следующий день настроение было ниже плинтуса, причем не только у меня одной. Гарри отбывал наказание у Златопуста Локонса, которое заключалось в разборке почты от многочисленных поклонников. Явился Гарри в гостиную почти в десять часов вечера, проклиная нового учителя по Защите на чем свет стоит, и уплелся к себе в комнату.

Палочка Рона сломалась и отказывалась слушать хозяина. На уроке Заклинаний вместо заклинания Левитации палочка создала Взрывное заклятие, которое раздербашило половину стены и отправило профессора Флитвика в «незабываемое» путешествие на шкаф. Но это не самое страшное. Миссис Уизли прислала Рону громовещатель, в котором добрых полчаса распиналась о плохом поведении сына, про разборки в Министерстве и тому подобное. После этого Рон почти весь день ходил красный как редиска и отказывался как-либо это комментировать.

Гермиона все еще обижалась на мальчишек и поэтому пряталась в библиотеке. Мне было абсолютно не с кем поговорить о своём «девчачьем». Нет, с Дафной у нас прекрасные отношения, но с ней нельзя было искать приключений на свою задницу. Да еще и эта История Магии. Бинз продолжал баюкать учеников своими речами. На его уроках я сидела и слушала песни Мэрилина Мэнсона. Это было единственным утешением среди всей этой скукоты. Иногда мне помогали led Zeppelin и AC/DC.

После происшествия на квиддичном поле Фред и Джордж стали какими-то странными. Нет, они и до этого адекватными не были, но последние их проделки потрясли весь Хогвартс.

Белобрысый Снейп и Паркинсон, орущая «Я бабочка!» — это еще цветочки. По-настоящему потряс всех Драко, который расхаживал по замку в свадебном платье, в котором, кажется, выходила замуж еще прабабка Дамблдора, и вопил «Подайте ниц, смертные, я Шаман Кинг!» Откуда Фред и Джордж знают про Шамана Кинга так и осталось загадкой. Месть Слизерину прошла на «ура». Близнецов заставили оттирать кубки в Зале Славы.

После обеда я отправилась на первый урок профессора Локонса. Но не дойдя до кабинета меня ослепила вспышка.

— Колин, блин, Криви! — взвыла я, пытаясь проморгаться. — Тебе на надоело?

— Прости, Тринити, можешь подписать мне фотографию?

Ответить я не успела. Из-за поворота, одновременно с Гарри, Роном и Гермионой вышел Малфой.

— Сальваторе раздает автографы? От Поттера заразилась?

— Скройся с глаз, белобрысый пенëк! — огрызнулась я.

Слово за слово, между нами разразилась перепалка. Дело чуть до драки не дошло, я почти вцепилась в шевелюру Драко, но нас прервал появившийся профессор Локонс. Я готова была поклясться, что услышала томный вздох Лаванды и Парвати, и не сдержала смешка. Между тем профессор, позволив Колину Криви сфотографировать себя и Гарри, пригласил всех учеников в класс. Гермиона схватила нас троих за руки и потянула к парте, что поближе к преподавательскому столу.

— На твоем лице хоть яичницу жарь, — хихикнул Рон, усевшийся справа от Гарри и с увлечением наблюдавший, как приятель строит баррикаду в виде стопки книг профессора Локонса, намереваясь спрятаться за ними от автора. — Упаси Мерлин, чтобы Джинни и Колин встретились, а то еще создадут фан-клуб твоего имени...

— Молчи, — буркнул Гарри.

В этот самый момент профессор Локонс запер дверь в класс и встал у стола, небрежно опершись о его угол.

— Итак! — улыбаясь, объявил профессор Локонс. — Я несказанно рад видеть вас всех здесь, на моем уроке. Вижу, вы приобрели все экземпляры моих книг... — Он взял «Тропою троллей» со стола Невилла и поднял ее над головой.

— Еще бы не купили, — буркнул Рон. — Они стоили целое состояние!

К счастью, преподаватель слов Рона не услышал.

— Сейчас я проверю, как вы готовы к уроку. Устроим небольшой тест. Не волнуйтесь, он будет совсем простым, — подмигнул профессор Локонс. Гермиона нетерпеливо заерзала на стуле, а я закатила глаза. — Сейчас я раздам вам листки с вопросами, и в течение следующего получаса вы будете на них отвечать. Все просто, верно? — он снова ослепительно улыбнулся. -Намного проще, чем одолеть баньши.

— Индюк надутый, — пробурчал Рон.

— Павлин, — согласилась я с приятелем, разворачивая листочек с заданием.

1. Какой любимый цвет Златопуста Локонса?

2. Какова тайная честолюбивая мечта Златопуста Локонса?

3. Каково, по вашему мнению, на сегодняшний день самое грандиозное достижение Златопуста Локонса?

Всего вопросов пятьдесят четыре, и все они составлены в том же духе.

— Это что ещё за хреновина такая? — воскликнула я на весь класс, таращась на лист пергамента.

— Это не хреновина, юная леди, следите за словами, — оскорбился профессор Локонс. — Будьте добры ответить на все вопросы. Вы должны знать все о своем преподавателе.

— Знать все? — ужаснулся Рон. — Мерлин всемогущий, да он рехнулся!

— Тише! — Гермиона ткнула Рона локтем в бок: преподаватель прохаживался по классу в опасной близости от первых парт.

Обреченно застонав, Рон повалился на парту. Гарри, судя по его слегка ошарашенному виду, готов был последовать примеру друга. Гермиона принялась усердно строчить ответы на вопросы. Я взяла черную шариковую ручку и принялась разрисовывать пергамент, изредка отвечая на вопросы...

* * *

— И после этого ты еще защищаешь его? — возмутился Рон.

Мы пришли в Общую гостиную, сообщив пароль Полной Даме, и направилась к своему любимому уголку возле камина. Я устроилась в кресле, поперек него, закинув ноги на подлокотник, и свесилась вниз головой. Гермиона села на пол и взяла в руки одну из книг Локонса, что заставило меня закатить глаза и цокнуть языком, совершенно не скрывая этого.

Неужели ей так нравятся эти книги? На вкус и цвет товарищей нет, но написанное там... Слов нет, чтобы описать весь спектр эмоций, когда я открыла первую книгу и, пробежавшись по двум главам, закрыла сие безобразие, так как мои глаза были не способны выдержать написанное там... Нечто.

— По-моему, урок был неплох, — высказала свое мнение Грейнджер.

— Он натравил на нас этих сумасшедших пикси! — Рон вытаращил глаза. — Заставил нас собирать их по классу! Да у меня щека опухла! — пожаловался он, потирая лицо. Одному из синих мохнатых существ понравилось хлестать Рона по щекам.

— Это была попытка показать нам реальную жизненную ситуацию, — сухо прокомментировала Гермиона, к моему ужасу, перелистывая страницу.

— Ни фига себе! — воскликнула я, таращась на Гермиону. — Ну да, я каждый день сталкиваюсь с полчищами безумных маленьких существ, норовящих оторвать мне уши.

— Все возможно. — Гермиона пожала плечами.

— Он просто сам не знал, что с ними делать, вот и заставил нас их ловить, — пробурчал Гарри, потирая уши. — Бедняга Невилл из-за них вообще в Больничное крыло угодил!

— Ну, ему не привыкать, — хохотнул Рон и затих под моим гневным взглядом. — Да я вовсе не это имел в виду.

— Как это он не знал, что с ними делать? — возмутилась Гермиона. — Он же совершил столько подвигов! Конечно, он все знал, просто дал нам шанс проявить себя и попробовать свои силы. — Девочка кивнула сама себе и снова уткнулась в книгу.

— Ну, как вам наш очаровательный профессор? — ехидно спросил голос за спиной.

К нам подошли Фред и Джордж. Я была искренне рада видеть мальчишек, улыбка озарила мое лицо впервые за весь день, да и нет ничего плохого в том, чтобы пообщаться с ними — расслабить мозг.

— «Правда, он душка?», — копируя девчачью манеру говорить, пропел Джордж и очаровательно захлопал ресницами. — «Локонс так хорош»...

— «Так красив»... — подхватил Фред.

— «И смел»...

— «И отважен»...

— «Его улыбка незабываема»...

— Да, Гермиона? — поддел Фред. — Судя по тому, с каким увлечением ты читаешь его книжонку, можно смело ставить диагноз: влюбилась по уши.

Гермиона прижала книгу к груди и возмущенно уставилась на Фреда, на его лице была ухмылка.

— Ни в кого я не влюблена, — процедила она и вернулась к книге.

— Оно и видно, — фыркнул Джордж. — Половина младшекурсниц сохнет по этому придурку с куриными мозгами.

— Ну, знаешь, братец Фордж, у куриц и то мозгов побольше, чем у этого самовлюбленного кретина, — высказался Фред.

— Не смейте... — начала было Гермиона, но Фред снова ее перебил:

— Жду не дождусь завтрашнего урока. Похоже, зрелище будет просто незабываемое.

— У вас хоть вопросов не будет. «Какова мечта Златопуста Локонса», тьфу, — выругался Гарри.

Близнецы переглянулись.

— Что, серьезно были такие вопросы? — хихикнул Джордж. — Точно крыша поехала.

— Он просто хотел проверить, как хорошо мы ознакомились с его книгами, — высказалась в защиту преподавателя Гермиона.

— Только не говори мне, что написала тест на «отлично», — ужаснулся Фред. Гермиона кивнула, и он картинно грохнулся в обморок.

— Ты что, читала его книги? — с выражением крайнего ужаса на лице спросил Джордж. — Но это же...

— Грейнджер, ты меня убиваешь. Из-за тебя я когда-нибудь точно умру. — высказался Фред, слегка приподнявшись, чтобы выхватить из-под бока Рона подушку и снова упасть на пол, удобно устроив на ней голову.

— Не ты один, — буркнул Рон. — «Мисс Грейнджер просто молодец! Десять очков Гриффиндору», — он передразнил профессора Локонса. — Не поэтому ли ты так упорно его защищаешь? Того и гляди станешь его любимицей...

— Бери пример с Трин, она вообще чуть не довела Локонса до инфаркта, — подхватил Гарри.

Я широко улыбнулась, прикрыв глаза. Мое «искусство» заставило профессора Локонса завизжать от ужаса на весь класс. Дело в том, я разрисовала пергамент черепами, крестами, символикой рокеров и готов, записями о смысле бытия. Прочитав вслух фразу: «Если вскорости я попаду за решетку, то душу согревает сокровенная мысль о том, то автографы раздавать не придется», профессор хлопнулся в обморок и был доставлен в Больничное крыло, не успев снять с Гриффиндора баллы.

Курт Кобейн был гением, определенно.

— Молодец, Сальваторе, — мы с Джорджем дали друг другу «пять», но парень не собирался меня отпускать, судя по всем, устроив свою тяжёлую голову у меня на плече. — Учись, Гермиона.

Гермиона поджала губы.

— Ай-яй, Трин чуть не довела профессора! О времена, о нравы! — заголосил Фред, за что получил поджопник новым конверсом. — Ауч!

— Прости, — я потянулась и снова свесилась с кресла.

Гермиона встала, прижав книгу к груди, и выпалила:

— Вы только и можете, что осуждать его! Да, он не идеален, но его подвиги с лихвой окупают некоторое самодовольство. И я горжусь тем, что он ведет у нас уроки! Он может многому нас научить! А вам не мешало бы прочитать его книги, может, тогда перестанете сомневаться в его мужестве и храбрости.

С этими словами девочка покинула Общую гостиную под реплику Фреда:

— Точно влюбилась.

Я закатила глаза. Фред прав, что-то Гермиона действительно на нем помешалась. Не к добру это.