Глава седьмая
Ананасики, вот вам новая глава !!!
Когда я встретилась с частный детективом Майклом Райли, отцом Рея, он говорил мне о моем прежнем жилище. Пытаясь произвести на меня впечатление тем, как много он знает о моем состоянии.
«Прежде чем переехать в Мейфэр, вы жили в Лос-Анджелесе, в Беверли-Хиллс, если быть точнее, в доме 256 по Гроув-стрит. Это поместье в полторы тысячи квадратных метров с двумя бассейнами, теннисным кортом, сауной и маленькой обсерваторией. Оно стоит шесть с половиной миллионов долларов. До настоящего времени вы числитесь единственным владельцем, мисс Перн».
И Райли впечатлил меня своими знаниями. Это было одной из главных причин, почему я его убила. Именно в этот дом мы едем после пляжа Зума. Мистер Райли забыл упомянуть о глубоком подвале в особняке. Здесь я держу свой арсенал самого совершенного оружия: автоматы «узи», гранатометы, мощные снайперские винтовки с оптическим прицелом, пистолеты десятого калибра с глушителями - эти игрушки легко купить на черном рынке в любой стране Ближнего Востока. Загружая машину, я ощущаю себя Рэмбо, который, должно быть, в прежней жизни был вампиром. Мне нравится, как этот парень ломает людям шеи. Рей в замешательстве смотрит, как я загружаю оружие.
- Знаешь, - говорит он, - я даже никогда не стрелял.
Это проблема. Если он вампир, это еще не значит, что он настоящий костолом, хотя мог бы быстро им стать после пары уроков. Что до меня, то я практиковалась со всеми видами оружия, какое только у меня есть. У меня такая квалификация, что я использую его на полную мощность.
- Хотя бы не прострели себе ноги, - говорю я.
- Я думал, ты скажешь - не застрели меня.
- И это тоже, - говорю я, испытывая неприятные чувства.
В заявлении о приеме на работу и в резюме Эдварда Фендера значится только один постоянный адрес, и это адрес его матери. Я верю, что он правильный. Дом миссис Фендер находится всего в шести километрах к западу от Колизея, в Инглвуде, пригороде Лос-Анджелеса. Когда мы останавливаемся перед ее домом, на часах четверть десятого. Я опускаю стекло, велю Рею сидеть тихо и внимательно слушаю, что происходит в доме. Телевизор включен на программе «Колесо фортуны». Пожилая женщина сидит в кресле-качалке и читает журнал. У нее слабые легкие, и она сухо подкашливает. Переднее окно полуоткрыто. Внутри дома пыльно и не прибрано. Пахнет плохим здоровьем и людьми-змеями. Недавно в доме был вампир, но сейчас его нет. Теперь я абсолютно уверена, что чудовище, которое я ищу, живет здесь.
- Он был здесь меньше двух часов назад, - шепчу я Рею.
- Он где-то поблизости?
- Нет. Но может появиться очень быстро. Он по крайней мере вдвое быстрее меня. Я собираюсь поговорить с этой женщиной наедине. Я хочу, чтобы ты припарковался дальше по улице, так, чтобы тебя не было видно. Если ты увидишь, что кто-то подходит к дому, не пытайся меня предупредить. Уезжай. Я узнаю, что он идет. Я им займусь. Ты понял?
Рей развеселился:
- Я что, в армии? Я должен выполнять твои приказы?
Я беру его за руку:
- Это серьезно, Рей. В такой ситуации ты не можешь мне помочь. Можешь только навредить. - Я отпускаю его и кладу в карман пальто маленький револьвер. - Мне надо лишь всадить ему в мозги пару пуль, и он больше не сможет делать новых вампиров. Потом мы займемся остальными. С ними все будет просто - как съесть кусок пирожного.
- Тебе нравится пирожное, Сита?
Это вызывает у меня улыбку:
- Конечно. Особенно с мороженым.
- Ты мне не говорила, когда у тебя день рождения. Ты знаешь когда?
- Да. - Я тянусь и целую его. - Это день, когда я встретила тебя. В тот день я заново родилась.
Он отвечает мне поцелуем и берет за руку, когда я начинаю выходить из машины.
- Ты знаешь, я тебя не виню.
Я киваю, хотя не вполне ему верю:
- Я знаю.
Женщина выходит сразу же, как только я постучала, и теперь стоит за рваной сеткой второй двери. У нее седые волосы и неухоженное лицо. Ее руки отмечены признаками подагры, а пальцы хватают воздух как лапы голодной крысы. У нее пустые серые глаза, которые выглядят так, словно десятки лет смотрели черно-белый телевизор. Они почти ничего не выражают за исключением разве что циничного презрения. Ее халат весь перепачкан едой и пятнами крови. Некоторые из этих пятен еще свежие. У нее на шее еще не зажившие ранки.
Ее сын пьет ее кровь.
Я быстро улыбаюсь:
- Здравствуйте. Миссис Фендер? Я - Кэти Гибсон, подруга вашего сына. Он дома?
Моя красота и хорошие манеры обескураживают ее. Я содрогаюсь при мысли о том, каких женщин Эдди обычно приводит домой к маме.
- Нет. Он работает в ночную смену и будет поздно. - Она делает паузу и критически оглядывает меня. - Как, вы сказали, вас зовут?
- Кэти. - У меня нежный, мягкий и до странного убедительный голос. - Я не планировала заходить так поздно. Надеюсь, я вас не побеспокоила?
Она пожимает плечами:
- Я смотрела телевизор. Почему Эдди никогда раньше вас не упоминал?
Я смотрю на нее:
- Мы познакомились всего несколько дней назад. Нас познакомил мой брат. - Я добавляю: - Он работает вместе с Эдди.
- В клинике?
Женщина пытается подловить меня. Я хмурюсь:
- Эдди не работает в клинике.
Женщина слегка расслабляется:
- На складе?
- Да, на складе.
Моя улыбка становится шире. Мой взгляд глубже; проникает в нее. Эта женщина психически не устойчива. У нее есть тайные извращения. Она не дрожит под моим взглядом. Она любит молодых девушек, даже маленьких девочек, насколько мне известно. Интересно, как насчет мистера Фендера. Я спрашиваю:
- Можно мне войти?
- Простите?
- Мне нужно позвонить. Можно, я позвоню с вашего телефона? - Я добавляю: - Не бойтесь, я не кусаюсь.
Я попала в точку. Она любит, когда ее кусают. Сын пьет ее кровь с ее согласия. Даже я, бессмертное чудовище, никогда не доходила до инцестных отношений. Конечно, мы не говорим об инцесте в буквальном смысле слова. Но нормальным людям здесь не место. Она открывает сетчатую дверь.
- Конечно, - говорит она. - Пожалуйста, входите. Кому вы хотите звонить?
- Брату.
- О.
Я вхожу внутрь, обоняние напряжено. Эдди недавно спал в этом доме. Она, должно быть, позволяет ему спать днями, не спрашивая насчет непереносимости солнца. Я надеюсь, что моя терпимость к солнцу станет козырем в игре против этого создания. Даже Якша, во много раз более сильный, чем я, с гораздо большим трудом переносил солнце. Я молю про себя, чтобы Эдди не мог в дневные часы выходить из дома без защитного экрана силой не меньше ста единиц, как это делает Рей.
Хотя мои органы чувств изучают обстановку внутри дома, мои уши «остаются» снаружи. Я больше не могу позволить захватить себя врасплох, как уже бывало. Миссис Фендер ведет меня к телефону около своей качалки. Ее чтиво частично накрыто грязным кухонным полотенцем - это старый выпуск «Мэд Мэгэзин». Вообще-то «Мэд Мэгэзин» мне нравится.
Я набираю несуществующий номер и говорю ни с кем. Я в доме Эдди. Его здесь нет. Я на несколько минут опоздаю. До свидания. Положив трубку, я снова пристально смотрю на женщину.
- Эдди сегодня вечером сюда звонил? - спрашиваю я.
- Нет. С чего бы ему звонить? Он ушел всего пару часов назад.
Я делаю шаг к ней:
- И никто не звонил?
- Нет.
- Она лжет. Звонили из ФБР, возможно, сам Джоэл. Но ни Джоэла, ни кого бы то ни было еще - за исключением самого Эдди - в доме в последнее время не было. Я бы учуяла их запах. Рано или поздно власти захватят этот дом. Ничего особенного при этом может и не произойти. Эдди нелегко заманить в ловушку, и он уж точно не встречается со своим войском в этом доме. Ключевое место - это склад. Мне нужен адрес. Я делаю еще один шаг вперед, заставляя женщину сдвинуться в простенок, отделяющий убогую гостиную от замусоренной кухни. Мои глаза захватывают ее, это все, что она видит. Времени на тонкую обработку нет. В ее груди нарастает и страх, и благоговение. У нее злая, но слабая воля. Я останавливаюсь всего в полуметре от нее.
- Я сейчас собираюсь навестить Эдди, - мягко говорю я. - Скажите, как отсюда проще всего добраться до склада.
Она говорит безучастно:
- По бульвару Хоторп на восток к Вашингтон. Потом направо по Уинстон. - Она моргает и кашляет. - Это там.
Я придвигаю свое лицо к ее лицу. Она вдыхает мое дыхание, мой одуряющий запах.
- Ты не запомнишь, что я здесь была. Нет никакой Кэти Гибсон. Нет никакой красивой блондинки. Никто не приезжал. Даже из ФБР не звонили. Но если они позвонят, скажешь им, что давно ничего не слышала о своем сыне. - Я кладу ладонь на лоб женщине и шепчу ей на ухо: - Ты меня поняла?
Она уставилась в пустоту:
- Да.
- Хорошо. - Мои губы скользят по ее шее, но я не кусаю. Но если Эдди еще раз меня разозлит, то, клянусь, я задушу его мать у него на глазах. - До свидания, миссис Фендер.
Уходя из дома, я чувствую холодную волну воздуха из задних комнат. Чувствую вибрацию компрессора и запах охладителя. В доме близ одной из задних спален есть большой холодильник. Я почти готова развернуться и проверить. Но я внедрила свои предложения, и мое возвращение может нарушить деликатное иллюзорное состояние женщины. К тому же я знаю, где расположен склад, а найти Эдди - это сейчас главное для меня. Если понадобится, я смогу позже вернуться и обыскать часть дома.