Глава 8
Аврора
- Проснись и пой, Аврора, - так безумно странно просыпаться от этого. Адам уже раз пять это сказал.
- Я уже проснулась..
- Тогда вставай. Время уже восемь. Через пятнадцать минут выходим, - да он издевается! Восемь утра!
- Что? Какие пятнадцать минут?! Я же просила хотя-бы за час...
- Аврора, я начал будить тебя двадцать пять минут назад. Что ты мне говорила?
- Ещё пять минут и встану... - да, было такое. Мне остается только одеться. Я даже поесть не успею.
- Вот именно. Пять раз по пять минут, получается двадцать пять. Так что какие ко мне могут быть претензии.
Итак, на эти споры я тратить время не стала, поэтому встала с кровати и побежала в ванную. Быстро почистила зубы и умылась. Вышла из комнаты, Адам уже сидел на диване и допивал кофе.
- Две минуты и выходим, - сказал он, посмотрев на часы.
- Я даже не поела...
- По дороге купим тебе что-нибудь перекусить. Аврора, во-первых, нужно вставать вовремя. Во-вторых, ставить будильники, если от моего голоса ты не просыпаешься.
От его приятного голоса я лишь больше хочу спать. Уже через пять минут мы сидели в машине. Телефон я вчера настроила только на половину, поэтому по пути в колледж занималась именно этим.
- Может ты отлипнешь от телефона хоть на минуту?
- Да, что? - я отложила телефон и смотрела на Адама.
- Ты теперь всегда будешь в телефоне сидеть?
- Нет, просто из-за того, что я давно не заходила в сеть, накопилось несколько сообщений. Поэтому я отвечала и настраивала телефон. А что?
- Где ты хочешь поесть?
- А что есть по пути?
- Пару ресторанов, мак и какая-то забегаловка.
- В мак. Там как раз сейчас завтраки. Только мы же с собой возьмём? Я в колледже поем, а то в столовке еда не очень.
- Хорошо.
Мы заехали на макавто, я заказала макмаффин, наггетсы и раф с ванильным сиропом.
- Любишь раф?
- Обожаю, особенно с сиропчиком.
- А какое твое любимое сочетание?
- Клубнично-банановый сироп шикарно сочетается с кофе.
Мы получили заказ и поехали к колледжу.
- Держи немного налички, вдруг что-то понадобится, - он протянул мне пять тысяч. Ничего себе немного. Мне этого на неделю хватит, может больше. Вообще буду откладывать деньги на всякий случай.
- Спасибо.
Я убрала деньги в карман. Может быть куплю себе воды или ещё чего-то.
- Во сколько заехать за тобой? - спросил Адам, когда мы подъехали к колледжу.
- Где-то после двух.
- После двух понятие растяжимое.
- В полтретьего тогда.
- Хорошо, удачного дня. Звони, если что.
Адам высадил меня у колледжа и уехал. Сегодня вообще легкий день. Три пары: русский, конституционное право и английский.
Время на парах шло так медленно, но закончили мы раньше, чем я думала. Сейчас только час дня.
Я решила позвонить Адаму и попросить забрать меня сейчас.
- Слушаю, - он долго не брал трубку и наконец ответил.
- Адам? Я освободилась.
- Ты же говорила после двух, - у него было сбито дыхание, да и в целом странный голос.
- Можешь сказать адрес, я вызову себе такси и доеду сама?
- Водитель тебя заберёт сейчас. Жди на стоянке.
- Ладно, а ты дома?
- Нет, я занят, буду поздно, не жди.
- Почему? - он сбросил.
Интересно. Все равно дождусь его и всё узнаю. Посмотрим, что он расскажет.
Водитель приехал минут через пятнадцать. Я села в машину. Весенний город прекрасен. Мне нравится смотреть на голубое небо и солнце. Хочется, чтобы скорее было лето и тепло.
Мы быстро доехали. Я решила зайти в магазин, который находится прям в доме. Мне хотелось чего-то сладкого.
Я взяла пару киндеров и пошла на кассу.
Оплатила их и пошла домой.
Здесь пахнет Адамом. Я никогда не смогу объяснить этого, но запах такой родной и приятный.
Я села на огромный диван и задумалась о том, что сейчас происходит в моей жизни. Как же все изменилось. Казалось бы, одна ситуация перевернула жизнь с ног на голову. Не скажу, что это изменения в худшую сторону. Нет, совсем нет. Но ночью, когда я закрываю глаза, мне страшно. Вдруг эти люди вернутся за мной. Я вижу их лица в страшных снах. Мне кажется, что они опять меня насилуют.
Эти мысли заставляют меня плакать. И я плачу. Просто сижу и реву. Я не хочу, чтобы Адам видел то, что мне плохо. Будет лучше, если он будет думать, что все хорошо.
Я вытерла слёзы рукой и пошла в комнату переодеться.
Увидев свое тело в зеркале, я захотела помыться. Мне казалось, что все их прикосновения до сих пор на моем теле. Я очень грязная. Но мне не отмыть это, как бы я не старалась.
Кожа покраснела от горячей воды и от мочалки, которой я без остановки терла каждую часть своего тела. Я со слезами опустилась на дно душевой кабины. Все то, что я пытаюсь держать в себе вырывается наружу. Вода стекает вместе со слезами. Тяжёлые капли бьют по лицу.
Долгое время после душа сижу и пытаюсь прийти в себя. Меня трясёт. Я залезла на кровать под теплое одеяло, но даже оно не в силах согреть меня.
Через какое-то время слышу как открылась дверь. Адам дома. Вытираю лицо, на случай, если остались слёзы.
- Привет, у тебя все хорошо? - он зашёл в спальню. На нем белая рубашка.
- Да, конечно, - лёгкая улыбка должна спасти меня.
- Почему ты сидишь тут? - он подошёл ближе и сел на край кровати.
- Я после душа. Здесь теплее, - я осматриваю его и замечаю красные пятна на рукавах его рубашки. - Что это?
- Где? - он осматривает место, на которое я показала. - Наверное испачкал где-то, пойду переодеваться.
- Это кровь. Адам? - я остановила его. Когда-то я уже видела пятна крови на рубашках и это точно оно. Что он сделал? На его лице небольшой порез, прямо около нижней губы.
- Все хорошо.
- Нет, не хорошо. Все совсем не хорошо, понимаешь? Все плохо.
- Почему ты так говоришь, Аврора?
- Что ты сделал? Почему у тебя кровь на рубашке?
- Скажи сначала, что с тобой?
- Все хорошо.
- У тебя заплаканные глаза. Лицо красное. Ты плакала, это я вижу, но хочу знать из-за чего. Если хочешь, чтобы я тебе все рассказал, ты тоже должна мне все рассказать. Правда за правду, Аврора. Ты рассказываешь мне всю правду, всё, что тебя беспокоит, я в ответ тоже расскажу тебе правду.
- Мне очень плохо, - я смотрела ему прямо в глаза. - Я боюсь оставаться одна. Когда тебя нет рядом, в моей голове происходит все то, что со мной сделали. Ночью я тоже возвращаюсь в ту комнату. Даже во сне меня преследует страх быть снова использованной, - на глазах скопились слезы. - Я не могу смотреть на свое тело в зеркало. Мне сразу хочется помыться под кипятком, содрать с себя кожу мочалкой.
- Иди ко мне, - Адам раскрыл свои объятия. Я вылезла из под одеяла и села к нему на колени. - Я вылечу все твои раны. Буду рядом с тобой. Главное, чтобы ты не плакала и была счастлива, - он гладил меня по волосам и поцеловал в висок. - Аврора, жизнь порой очень несправедлива. Я знаю это, но всегда рядом будет тот, кто поможет тебе со всем справится, кто восстановит справедливость, которой на самом деле нет. Идём в ванную к зеркалу.
- Зачем?
- Меньше вопросов. Ведь меньше, чем через минуту ты сама все узнаешь. К чему эти лишние расспросы? - он взял меня и понес в ванную комнату. - Ты под халатом одета? - спросил Адам, когда поставил меня на пол перед зеркалом. Я кивнула. И пусть на мне лишь топ и трусы, все равно. Не голая ведь буду перед ним.
Адам медленно развязал халат и снял его с меня.
- Не боишься? - я помотала головой в ответ. Я боялась лишь смотреть ему в глаза. Стою перед ним почти в чем мать родила. - Тебе придется говорить со мной, - мы стояли напротив зеркала, которое было в полный рост. Адам стоял прям позади меня. Он поднял мою голову так, чтобы я смотрела прямо на себя.
- Где по-твоему твое тело грязное?
Я показала на свои плечи. Помню, как меня раздевали, потом как будто нежно гладили мои плечи. От этих воспоминаний опять захотелось плакать. Адам встал сбоку и нежно поцеловал мое плечо. Я вздрогнула. А потом он сделал тоже самое со вторым плечом.
- Ещё где?
Я дотронулась до своей шеи. Их руки душили меня. Адам почти не касаясь, словно боясь, поцеловал каждый сантиметр моей шеи. В этих поцелуях не было ничего пошлого. Он целовал тело, но на самом деле лечил мою душу.
- Смотри в зеркало и показывай дальше, - он был спокоен. Настолько, будто проделывал это сотни раз.
Запястья, талия, спина. Он целовал так нежно и невесомо. Я чувствовала, что он боялся напугать меня своими действиями. Но мне не было страшно. Я, после каждого его поцелуя, забывала то, что меня беспокоило. Его поцелуи были излечением. Он лечил мои душевные раны, а я почти не дыша наблюдала за ним. Я показала на губы. Когда мой палец коснулся губ, я вспомнила о том, что они делали с моим ртом. И оттолкнула Адама.
- Тише, все хорошо, - он обнял меня.
Я не могла говорить, не хотела, но это было и не нужно. Он и так все понимал и знал.
- Я хочу, чтобы ты помнила только о том, как я отношусь к твоему телу и к тебе. Если я целую каждый сантиметр, значит ли это, что ты использована? И губы твои я тоже поцелую, - он медленно коснулся моих губ своими.
Так нежно. Я закрыла глаза и вся паника и нелюбовь к себе ушли на второй план. Адам был на первом. Он всегда будет первым. Я думала только об этом. Он быстро отстранился, будто пришел в себя.
- Что ещё тебя беспокоит, малышка?
- Все хорошо.
- Мы договорились на правду. Я хочу слышать от тебя её.
- Я не могу, Адам. Не могу тебе показать и сказать.
Да, больше всего я боялась за то, что они отобрали у меня. Мою невинность. Это было самой большой болью. Самым большим секретом. Конечно Адам все знал, для него это не было секретом. Но мы не говорили об этом.
- Я знаю о чем ты. И не буду тебя трогать там. Когда ты скажешь, тебе станет легче.
- Как сказать это?
Мне было тяжело. Я боялась, я не хотела. Слёзы застелили глаза.
- Можно мне халат? - Адам молча накинул на меня халат и повел в спальню.
- Ложись, - он снял халат с моих плеч и откинул одеяло. Я легла, а он накрыл меня. Адам сел рядом. - Как ты себя чувствуешь?
- Мне легче, спасибо. Твои поцелуи как лекарство.
- Я исцелую все твое тело, чтобы исцелить тебя, если будет нужно.
- Больнее всего там. Ты понимаешь это, я знаю. Но ты не исцелишь меня.
- Всему свое время, маленькая. Я сделал сейчас то, что мог. Если надо будет, то мы повторим это ещё сотню раз. Твое тело запомнит поцелуи и забудет о том, что было.
- Спасибо. Твоя очередь? Скажешь мне правду?
- Скажу. Я отомстил. Отомстил им за тебя. Все кончено.
Он говорил это спокойно. Но я не знала, что говорить, что спрашивать. Как себя вести в этой ситуации?
- Что с ними сделал?
- Тебе не нужно этого знать.
- Нужно! Мне это нужно. Может быть так мне станет легче. Ты обещал.
- Они мертвы. Все трое. Их больше нет. Тебе нечего бояться.
- Как ты их убил? - мне правда стало интересно. Надеюсь, что он их долго пытал.
- Ты готова к любой правде, какой бы она ни была?
- Да.
- Зрелище было не из приятных. Я отрезал им один очень важный орган. Кажется они не умели им пользоваться, - мой рот открылся в немом крике. Я не могла ничего ответить на это. Слишком шокирующая правда. - Мне было не жалко их. И ты тоже не должна жалеть или просто думать о том, что я ужасно поступил. Разве они не заслужили этого?
- Заслужили, - я вспомнила о том, что они делали этими своими штуками. Теперь никто не пострадает.
- Потом пустил пулю в висок и все. Я передал им то, что они сильно ошиблись, когда решили тронуть тебя.
- Спасибо, - я обняла его. Он такой теплый. - Можно тебя поцеловать?
- В щеку.
Я поцеловала его в щеку, а потом ещё в шею. Он так приятно пахнет.
- Давай ложиться спать. Завтра все будет хорошо.
- Ты же будешь спать в кровати, да? Рядом со мной..
- Да.
Он сходил в душ и вернулся ко мне уже в пижаме. Я легла к нему на плечо, а моя рука лежала на его животе.
- Спокойной ночи, Аврора.
- Спокойной ночи.