ПОСЛЕДНИЙ

Ривер Уиллоу считала себя серьезным человеком и редко предавалась мечтаниям, однако сегодняшняя встреча с Крисом Келлером унесла ее в школьные воспоминания. Глаза девушки радостно блестели, она то и дело самозабвенно опускала веки, обращая лицо к пасмурному небу, которое вот-вот должно было обрушить на Лоренс новый снегопад. Из головы Ривер все не шло странное слово «толстосум», которое она использовала, бросив в Криса снежок полтора года назад. Ей отчего-то казалось, что теперь это только их слово: оно приобрело новое, никому доселе неизвестное значение, связавшее их какой-то особенной нитью. Сейчас Ривер считала это слово лучшим в мире.

Как глупо, — подумала она, но ее улыбка сделалась только шире.

До дома оставалось около пятнадцати минут ходу. Пятнадцать минут мыслей о Крисе. Еще утром Ривер бы одернула себя и не стала грезить о том, чего никогда не будет, но теперь... почему бы не помечать хотя бы четверть часа? Она представляла себе встречу в кафе с беспечными разговорами, воскрешала в памяти улыбку Криса и вспоминала, как упорно он уговаривал ее провести с ним время. В школе Ривер о подобном и помыслить не могла: ей тогда казалось, что обратить на себя внимание президента страны проще, чем внимание Криса Келлера.

По дороге на глаза Ривер попадались знакомые люди, приветственно машущие руками. Она улыбалась и махала в ответ, но в разговоры предпочитала не вступать, решив, что оставшуюся дорогу до дома посвятит лишь себе и своим мечтаниям.

Вдруг ее внимание привлек человек, идущий навстречу по той же улице. Молодой мужчина в длинном черном плаще шагал неспешно и разглядывал окрестности безразличным, почти апатичным взглядом. Он являл собой странное сочетание привлекательной и одновременно отталкивающей наружности. Ривер не могла объяснить, чем именно незнакомец ее настораживал. Лоренс, конечно, был большим городом, и девушка знала в нем не так уж много людей, но этот человек сразу же произвел впечатление чужака. Было в нем что-то не от мира сего. Ривер даже подумала, что такой человек будет чужаком в любом уголке земного шара — слишком уж отстраненно он держался, словно отгораживался от мира невидимой стеной.

Мысли о мрачном незнакомце сумели оттеснить на второй план мечтания, предвкушение будущей встречи с родителями и праздничное настроение. Ривер не заметила, как начала идти медленнее, стараясь детально рассмотреть странного человека. Столь пристальное внимание не укрылось от него, он перевел на Ривер взгляд, и она могла поклясться, что увидела в его глазах ярко-синее люминесцентное свечение, которое буквально заставило ее оцепенеть. Помутнение длилось всего секунду, а затем из-за угла вылетела черная металлическая громада и понеслась в сторону пешеходной дороги...

Все смешалось в одну сумасшедшую вереницу.

Ривер не поняла, как и когда успела отскочить. Впрочем, ей опасность грозила меньше, чем находившемуся в нескольких футах от нее незнакомцу. Улица наполнилась грохотом, металлическим лязгом, криками и резким стуком, которому предшествовал оглушительный визг тормозов. А затем один ужасающий удар отбросил незнакомца на приличное расстояние. Он упал на спину в пяти шагах от Ривер.

На окружающий мир легла звенящая пелена оглушения. Лишь через десяток ударов сердца Ривер поняла, что всем телом вжимается в здание за спиной, а справа от нее шипит остановленный стеной черный внедорожник. Водитель исчез в подушке безопасности, его лица не было видно. Незнакомец в плаще лежал на асфальте без чувств, и Ривер не могла понять, дышит он или нет. До нее постепенно начинали долетать отрывистые выкрики людей, стягивавшихся к месту происшествия.

— Мисс? — окликнул кто-то. — Вы не пострадали, мисс?

— Вызовите скорую! — воскликнула Ривер, приходя в себя. — Я в порядке, но людям нужна помощь!

Какой-то мужчина в толпе подхватил ее клич:

— Кто-нибудь, проверьте водителя! Что с ним?

Несколько человек уже направлялись к пострадавшему пешеходу. Ривер отчего-то решила, что должна опередить их. Ее отец был врачом, и, пусть она сама обладала в медицине минимальными познаниями, ей хотелось по крайней мере не дать никому навредить этому человеку еще больше. Молниеносно преодолев расстояние, разделявшее их с пострадавшим, Ривер присела на колени возле него и постаралась оценить повреждения.

— Мисс, вы врач? — спросил кто-то.

Ривер не ответила. Она склонилась над мужчиной, стараясь услышать его дыхание. Прикасаться к нему она не стала, побоявшись причинить вред, хотя видимых травм — открытых переломов или кровотечения — заметно не было. Едва слышное сиплое дыхание все же донеслось до уха Ривер, и она немного отстранилась от пострадавшего.

— Сэр, — обратилась она осторожно. — Сэр, вы меня слышите? Лежите, не двигайтесь, скорая уже едет.

— Кто-нибудь звонил 911? — спросила женщина в пополняющейся группе зевак.

— Звонили! Скорая уже едет. Водитель не отвечает, похоже, он без сознания. Дверь заклинило, открыть не получается.

— Лучше оставить это спасателям...

Пострадавший издал какой-то звук, похожий на едва слышный стон.

Боже, да он же, наверное, весь переломался от такого удара, — в ужасе подумала Ривер и склонилась чуть ближе.

— Сэр, держитесь, помощь уже...

Близко, — хотела договорить она, однако мужчина вдруг попытался вдохнуть и резко закашлялся. Изо рта брызнула кровь, залив ему губы. Несколько капель попали на нос, щеку и в правый глаз Ривер. Ахнув от неожиданности, она вздрогнула и отстранилась, рефлекторно потерев глаз, заслезившийся, словно туда угодила капелька мыла.

— Мисс, отойдите! — скомандовал кто-то, однако оттаскивать Ривер от пострадавшего не спешил. Вместо того он обратился к кому-то из толпы: — Ну где там чертова скорая? Дело плохо!

Пострадавший резко распахнул глаза и хрипло втянул воздух. Ривер посмотрела на него и задохнулась собственным вскриком: глаза незнакомца и впрямь светились. Уже через секунду он крепко зажмурился. Новый приступ кашля последовал за первым, и пострадавший развернулся набок, прикрыв рот рукой. На ладони тоже осталась кровь.

От одной мысли о том, какую боль может сейчас испытывать этот человек, Ривер пробрала дрожь, но она не позволила себе проявить свои чувства. Нельзя было пугать пострадавшего еще сильнее, это может навредить ему.

— Сэр, вам нельзя двигаться, дождитесь помощи, — строго проговорила какая-то женщина. — Вы можете сделать себе хуже.

Он не слушал наставлений. Вместо того он вновь уставился на Ривер, в глазах мелькнул непритворный ужас.

— Кровь... моя? — прохрипел он.

Ривер едва могла совладать с собой, она не знала, как себя вести. Правый глаз все еще щипало, приходилось прикрывать его, чтобы не слезился. Капли крови остались у нее на носу и щеке.

— Да... — пролепетала Ривер, тут же приподняв рукав куртки и постаравшись отереть кровь рукой. — Но не волнуйтесь, все будет хорошо. Сэр, вам надо...

— Не трогай! — прорычал пострадавший, ухватив ее за голое предплечье. В груди у него захрипело, он снова закашлялся.

Не находя себе места от бессильного сочувствия, Ривер наклонилась ближе к нему. Она не пыталась вырвать свою руку из его хватки — это была единственная поддержка, которая она могла ему оказать.

— Сэр, прошу вас, успокойтесь. Скорая уже в пути, вам помогут. Постарайтесь не двигаться, вы пострадали в аварии...

— Теперь Харриссон придет за мной... «Крест» найдет меня... — В голосе мужчины послышалось отчаяние.

— Сэр? — тупо переспросила Ривер.

Глаза незнакомца закатились, он потерял сознание. Ривер успела ухватить его за плащ и постаралась не дать ему удариться головой об асфальт. Она предположила, что у него может начаться что-то вроде эпилептического припадка, поэтому подготовилась пережидать приступ и беречь его голову от травм, но ничего подобного не произошло.

Большая часть людей переместилась к внедорожнику, из которого тоже донеслись стоны: водитель приходил в себя, но был все еще заблокирован в машине.

— Мисс, вам помочь? — поинтересовалась женщина, склонившись к Ривер. Девушка постаралась сесть на асфальте так, чтобы поддерживать голову пострадавшего и не дать ему удариться, если он придет в себя или все же забьется в судорогах.

— Нет, я тут справлюсь. Дождусь скорую. Лучше проверьте водителя.

Почти все прохожие столпились возле машины, боясь возгорания и соображая, можно ли осторожно открыть дверь, не навредив водителю. Ривер облегченно вздохнула: ей не хотелось столпотворения рядом. Вопреки ожиданиям, оно не поддерживало, а давило.

Ривер с сочувствием посмотрела на изможденное лицо пострадавшего. Всего минуту назад он просто шел по улице, у него наверняка были какие-то планы на Рождество, а теперь он может не выжить. Разве это справедливо?

Пока в голове Ривер зрела злость на жестокость высших сил, мужчина снова зашевелился.

— Твой глаз... — прохрипел он, приходя в себя. Он будто и не заметил, что терял сознание. — Моя кровь... попала... мне так жаль...

Ривер удивилась.

— Сэр, вы чем-то больны? — с опаской спросила она.

— Нет.

Облегчение наступило мгновенно. Ривер постаралась ободряюще улыбнуться.

— Тогда не беспокойтесь об этом. И не разговаривайте, берегите силы.

— Моя кровь... она... прости меня. — Его речь оборвалась болезненным стоном. Растрепавшиеся волосы упали ему на лицо, и Ривер поспешила убрать их, чтобы пострадавший не решил делать это самостоятельно.

— Держитесь. Все будет хорошо, — мягко прошептала она.

Глаза мужчины вновь широко распахнулись, и внутри них засиял холодный синий огонь. На этот раз Ривер убедилась, что ей не почудилось. Правильнее всего было бы отскочить, но она не смогла этого сделать: что-то парализовало ее волю. Ривер не понимала, что с ней происходит. Лишь когда сияние погасло, девушка обрела контроль над собой. Вместе с тем пришла резкая колкая боль — чуть выше правого запястья. Ривер коротко вскрикнула от неожиданности. По телу пробежала странная судорога, нечто среднее между упадком сил и возбуждением. Ривер зажмурилась, пытаясь стряхнуть с себя наваждение, и отдернула пылающую болью руку от окровавленных губ пострадавшего. От вида собственной руки она ахнула и завалилась на спину: на коже проступило два небольших кровавых пятна.

— Ч... что? — выдохнула Ривер, не веря своим глазам.

Незнакомец несколько раз моргнул, снова приходя в себя. Он столкнулся взглядами с девушкой и прерывисто вздохнул. На лице проступила печать ужаса.

— Нет, — отчаянно прошептал он, будто сам не мог поверить в то, что сделал.

А что он сделал? Что это, черт возьми, было?!

Ривер не могла вымолвить ни слова. Происходящее начало казаться ей нереальным. В следующий миг она и вовсе подумала, что спит, потому что незнакомец вдруг вскочил на ноги. Его лицо снова скривилось от боли, но на стремительности движений это никак не сказалось. Все произошло в течение нескольких мгновений. Прохожие не успели даже обернуться и увидеть, что случилось — они застали лишь Ривер, лежащую на земле, и то, как с невообразимой для человека скоростью пострадавший скрывается из поля зрения.

Невозможно... невозможно... НЕВОЗМОЖНО! — стучало в голове Ривер в такт ускоряющемуся пульсу. Рука продолжала болеть: две небольшие ранки не сильно кровоточили, но волны острой боли пробегали вверх до самого плеча и отдавались неприятной пульсацией в кисти и пальцах. Правый глаз все еще неприятно обжигало.

— Мисс! Мисс, что произошло? — К ней спешил какой-то прохожий.

Ривер пребывала словно в тумане. В панике схватив свою брошенную рядом сумку, она вскочила на ноги и с бешено колотящимся сердцем помчалась прочь, желая убежать от этого кошмара, скорее попасть домой, словно там это жуткое происшествие перестанет быть реальным.

Невозможно! Невозможно...

Ее продолжали окрикивать, вдалеке заголосили сирены скорой помощи. Ривер Уиллоу ничего не слышала. Она стремглав неслась вперед, убеждая себя, что дома этот кошмар закончится.