багровое полотно
дождливый осенний вечер наводил тоску даже в самом горячем сердце. хотелось сидеть дома, смотреть фильмы и пить горячий чай. только вот работу, учёбу и прочие дела никто не отменял.
по мокрому асфальту, с негромким цоканьем каблука ботинок, шёл мужчина: расстёгнутое чёрное пальто, развивающееся на ветру, выходило в сильный контраст с белой, как первый снег, кожей; тонкие пальцы, на которых были заметны следы от карандаша и масляной краски, крепко держали кожаный портфель. он никуда не торопился, просто медленно шёл и наслаждался лёгким осенним дождём. вокруг него суетились люди: бежали по делам или наоборот домой, чтобы спрятаться от неприятной влаги. вот только со временем дождь пошёл сильнее, а люди вокруг стали меняться быстрее. они бегали словно крысы, которых усердно пытался поймать кот. одно за другим сменялись лица. все до единого хмурые, грустные. жалкие кислые мины. лицо мужчины не выражало никаких эмоций. он скорее казался фарфоровой куклой, у которой только карие глаза следили за каждым проходящим мимо.
он, наверное, долго бы ещё шёл вперед, только на его пути появилась славная кофейня. мужчина свернул вправо и открыл деревянную дверь. приятный звон ветряных колокольчиков оповестил баристу о новом посетителе.
- добрый день! что-то желаете? - парень в кепке был таким жизнерадостным, будто хмурость этого дня на него совсем не влияла.
- двойной эспрессо без сахара, пожалуйста, - проговорил мужчина и сел за барную стойку.
парень начал делать заказ. с его лица не уходила ослепляющая улыбка. иногда казалось, что он просто светится от счастья.
мужчина достал из портфеля блокнот, карандаш и стал что-то зарисовывать. на листе быстро стали проявляться черты человеческого лица.
- ваш кофе, - бариста поставил стаканчик и ушёл на своё рабочее место.
поблагодарив, художник продолжил делать зарисовки. плавными, тонкими линиями, одна за другой, как при помощи волшебной палочки на листе появилось изображение. следующий лист и снова он же, только в профиль. так прошло около часа. в общей сложности получилось четыре разных изображений.
- вы так увлечённо рисуете, - обратился бариста к мужчине, - так интересно за вами наблюдать... разрешите посмотреть то, что вы нарисовали?
- это лишь зарисовки для предстоящей работы, - сделав последний штрих, он закрыл блокнот и посмотрел на парня.
- вы давно рисуете?
- давно, даже очень давно, - он медленно стал убирать всё обратно в портфель.
- должно быть ваши картины очень красивые...
- можешь посмотреть, когда я закончу с этой, - художник протянул руку через стойку, - меня зовут мин юнги
парень пожал руку и ответил:
- чон чонгук, рад знакомству
мужчина встал и собрался на выход, но перед тем, как открыть дверь и исчезнуть в толпе, он обернулся и сказал:
- ещё увидимся...
так, почти каждый день, юнги стал приходить в кофейню к чонгуку. они общались на любые темы. несмотря на то, что они абсолютно разные, их отношения были довольно хорошими. им нравилось узнавать что-то новое от друг друга, видеть обратное отношение к чему-либо: юнги любит читать книги, а чон больше предпочитает фильмы; первый одиночка, у второго много друзей, и эти различия есть во всём. но они так сильно привязались друг к другу, что иногда можно было заметить, что их ауры смешиваются, и они становятся будто отрезанные от реального мира. их беседы могли длиться до самого конца рабочего дня. они, словно разноименные заряженные частицы, притягиваются друг к другу по закону физики. день за днём они сливались в единое.
но наступил вечер, когда они встретились за пределами кофейни. юнги закончил одну из своих картин, поэтому позвал второго посмотреть на его творчество. они долго ехали куда-то за город, что даже напрягло чонгука. но по приезду в достаточно богатый пригород, напряжение спало. юнги припарковал машину возле одного из домов. выглядел он старее и темнее других, а в сумерках вообще казался одним сплошным чёрным пятном. оба вышли из машины и направились ко входу. возле дома росли розовые кусты, сами цветы были кроваво красного цвета. всё это отправляло чона в фильмы про вампиров. и нет, не те самые "сумерки" для девочек, а старые, старые фильмы.
в доме было очень холодно и темно. юнги быстро разделся и отправился вперёд по коридору, в самую последнюю комнату, зажёг там свечи. по приходу чонгука в эту комнату, он зажигал последнюю. тусклый свет огня не давал уюта, а скорее наоборот, наводил тревогу.
- что будешь? чай или кофе? - спросил юнги.
- чай.., - тихо проговорил парень, но мин его услышал и ушёл обратно в тот длинный коридор.
отойдя от лёгкого ступора и потери во времени, чонгук заметил картины на стенах комнаты. он стал медленно проходить каждую из них, внимательно изучать детали. они все казались простыми: пейзажи, портреты людей, натюрморты и всё в этом духе. на другой стене, прямо над небольшим красным диваном, висела картина в два раза больше прошлых: на ней были изображены два человека - взрослый, статный мужчина и совсем ещё юный парень, оба они были одеты в викторианском стиле. но глаза их были жёлтыми и буквально светились(скорее всего из-за какой-то специальной краски). чонгук ещё долго разглядывал эту картину, пока не понял, что в образе юного мальчика он видит себя. тело покрылось мурашками и моментально ослабело. на ватных ногах он поплёлся к тому самому коридору, через который они зашли, но дойдя до выхода из комнаты замер, буквально, как каменная статуя. он открыл рот и не мог промолвить ни единого слова. в самом конце, возле входной двери, был тёмный силуэт, лишь глаза которого, как два маленьких желтых огонька, казалось прожигали его насквозь...