Глава 35
После того как Джихё и Чонгук приняли решение быть вместе, их мир казался стабильным и безопасным. Но всё изменилось в один момент.
Прошло несколько дней, наполненных счастливыми, тихими моментами. Джихё и Чонгук, несмотря на все трудности, которые они пережили, ощущали, что всё будет в порядке. Мингю, хоть и был обеспокоен их решением, понимал, что для них это был важный шаг. Он уважал их выбор, но не мог не беспокоиться.
Однажды вечер наступил так же, как и любой другой. Они ужинали в одном из ресторанов, когда Чонгук заметил странные взгляды, которые бросали на них незнакомцы. Лишь мгновение, и всё пошло не так.
Внезапно шум, крики, и кто-то выстрелил. Чонгук был моментально на ногах, его инстинкты вампира сработали мгновенно. Он хотел защитить Джихё, но не успел.
Просто секунда — и пуля, будто из ниоткуда, пронзила её грудь.
"Нет!" — мысленно выкрикнул Чонгук, его сердце оборвалось. Всё происходило так быстро, что он не мог даже осознать. Джихё, с выражением боли на лице, упала прямо на его руки, её кровь начала медленно пропитывать его рубашку.
— Джихё! — его голос был полон отчаяния. Он схватил её, пытаясь остановить кровотечение, но знал, что шанс спасти её был минимален.
Вокруг началась суматоха. Мингю, с изумлением и яростью в глазах, тоже подскочил, его руки были быстро наготове, но он видел, что времени почти не было.
Чонгук прижал Джихё к себе, его взгляд был безумным, переполненным страданием.
— Ты не уйдешь от меня. Ты не можешь, — прошептал он, пытаясь скрыть свою собственную боль.
Джихё, с трудом поднимая глаза, едва улыбнулась ему.
— Я... я не хочу, чтобы ты страдал, Чонгук... Я... я... люблю тебя, — её голос был слабым, но в нем было столько тепла.
Чонгук ощутил, как его сердце сжалось, его вампирская сила бушевала внутри, желая исправить все, но он знал — он не может изменить эту реальность.
— Не говори так, Джихё, — его глаза наполнились слезами. — Ты не умрешь. Я не позволю тебе уйти.
Но её дыхание становилось всё слабее. Он знал, что ему нужно было действовать быстро, но все его силы были направлены на то, чтобы сохранить её, удержать её, не дать уйти.
Мингю, стоявший рядом, почувствовал, что ситуация была безнадёжной. Его губы сжались в тонкую линию, и он быстро вытащил нож, чтобы освободить место для действия.
— Чонгук, не думай о себе, подумай о ней. Ты знаешь, что нужно делать. — Мингю говорил серьёзно, его лицо было каменным.
Чонгук посмотрел на него, а затем перевёл взгляд на Джихё. Его руки дрожали, но он знал, что единственный шанс спасти её был в том, чтобы дать ей свою кровь.
— Я... я сделаю это. — Чонгук сжал её ладонь.
Склонившись, он прикусил свою запястье, выпуская свою вампирскую кровь. В этот момент Чонгук чувствовал, как его сила уходит, но он знал, что если это её спасёт, он сделает это. Он приложил свою рану к её губам, заставляя её пить его кровь.
Джихё едва реагировала, но её тело почувствовало изменяющуюся энергию. Её тело слабо напряглось, и она с трудом проглотила кровь.
Но что-то было не так. Вместо того чтобы восстанавливать силы, её тело начало таять. Это не была обычная вампирская регенерация. Всё было не так, как Чонгук ожидал. Он чувствовал, что что-то пошло не так, и его сердце сжалось от страха.
— Нет, не может быть, — его голос сорвался, и он снова попытался удержать её.
Мингю, увидев, что Джихё не реагирует, был в ужасе. Он вскочил и подбежал, чтобы помочь, но Чонгук уже понял, что это не просто рана.
В его голове закрутились мысли. Эта атака была слишком точной. Кто-то знал, что они здесь. И это не было случайностью.
— Кто-то знает, что она для меня значит, — проговорил Чонгук, его голос был полон ярости. — Кто-то хочет, чтобы я страдал.
В этот момент его голова взорвалась от ярости, и он поднялся на ноги, готовясь к бою.
Джихё, несмотря на её слабость, всё ещё пыталась смотреть на него, её взгляд был полон любви и прощения.
— Чонгук... я... хочу быть с тобой... всегда, — её последние слова были едва слышны.
Она закрыла глаза, и её тело расслабилось. Чонгук чувствовал, как её дыхание остановилось. Это была мгновенная, безжалостная смерть.
Он опустился на колени, держась за неё, не в силах осознать, что произошло.