Повседневность Дракулы

Известия о результатах теста были очень по-разному восприняты детьми. Некоторых, разумеется, очень угнетало собственное положение. Анализ стойкости показал слабость и ничего с этим не сделаешь.

Алесса в гневе забралась на старую высокую сосну и одиноко плакала там, разочаровавшись в себе. Она всю свою короткую жизнь мечтала заполучить уважение отца, а по итогу оказалось, что сама природа распорядилась ей быть неудачницей.

- Эй, ты там как? - послышался голос сестры.

Лара стояла внизу и высматривала в потёмках Алессу. К сожалению, зрение ей досталось человеческое. Никакого ночного виденья.

- Даже не думай подниматься сюда! Иначе, я сломаю тебе руки.

Алесса была злой, потому что не хотела, чтобы кто-то видел её слабость. Видел её слёзы.

- Эх, ты как всегда, - сказала Лара и начала подниматься к ней на дерево.

- Я предупредила. Только попробуй.

Попробовала. И сделала. Лара вылезла на соседнюю ветку и присела рядом. Алесса ничего ей не сделала. Это ещё больше её расстроило. Она не может даже сдержать своё слово.

- Почему я не могу сломать тебе руки? - рыдала Алесса. - Я такая ничтожная!

- Нет, - добродушно сказала Лара. - Просто ты меня любишь, поэтому и не причиняешь вреда. Я тебя тоже люблю. Мы сёстры и нам нужно беречь друг друга.

- Зачем тебе беречь меня? Я слышала, что даже твой результат выше моего.

Лара погладила её по плечу. Алесса прикрыла лицо ладонями и опустила голову.

- Мне всё равно на эти результаты, - сказала Лара. - Я и так не интересуюсь вашими этими вампирскими дурачествами.

- А мне что тогда делать? Мне ведь не всё равно.

Лара притянула сестру к груди и крепко обняла. Алесса почувствовала сильное тепло от Лары. Всё-таки её получеловеческий кровоток куда сильнее разогревал тело, чем у обычных вампиров.

- Алесса, я всегда готова буду тебе помочь, - сказала Лара. - Просто обратись ко мне и я обязательно приду.

- Хорошо, - тихо прошептала сестра и сильнее прижалась к Ларе.

А вот самому старшему, Марвину было куда радостнее. Он с восторгом на лице выбежала в сад на заднем дворе, и принялся ломать деревья кулаками. Грушёвые стволы падали один за другим под силой его кулаков.

- Эй, сынок, что ты делаешь?! - выскочила из дома мать.

Тарина была резко возмущена таким поведением сына.

- Папин тест показал, что я самый лучший! Так и есть! Я всегда об этом знал!

- Зачем ты тогда ломаешь мои деревья, дурак?

- Э... да просто так. Неужели тебе не по барабану?

Мать скрестила руки и осуждающе посмотрела на Марвина. Ему даже стало как-то неловко от этого тяжёлого взгляда. Может даже стыдно.

- Я посадила их четырнадцать лет назад как только забеременела тобой. Не для того, чтобы ты их потом просто все переломал!

- Ой... прости, мам. Я... случайно.

Марвин внезапно разрыдался и начал биться головой о землю. Грязь клочьями взлетела в воздух. Темперамент у него очень переменчивый.

- Я всё испортил! - кричал он. - Я всё испортил!

Мать схватила его за воротник и поволокла в дом. Ей не привыкать к такому поведению сына. Года шли, а он всё ещё был очень импульсивным. Чем-то похож на Алессу, но его психи куда более травматичны. В основном, для самого себя.

- Надеюсь, ты когда-нибудь повзрослеешь. Рано или поздно, ты так и до самоубийства себя доведёшь.

Ох не зря она тогда это ляпнула. Явно о чём-то догадывалась.

А вот толстячок Дарло очень равнодушно отреагировал на всю эту шумиху. Пошёл в лес поохотиться на какое-нибудь животное. До ближайшего поселения людей было далековато, поэтому пришлось довольствоваться тем, что есть.

- Ну, звери, выходите по одному, - развёл он руки в стороны.

Дарло покрутил головой, осматривая обстановку. Кажется, в кустах неподалёку что-то шевелится. Нужно было проверить. Дарло поднял с земли камень и бросил в сторону шума со всей силы.

Булыжник десять сантиметров в диаметре на огромной скорости прорезал кустарник. Внутри прятался большой бурый медведь. Такого подвоха он не ждал. Камень разорвал ему плечо.

Впавший в безумие зверь выскочил из кустов и, хромая, бросился на Дарло.

- Вот это мне уже нравится, - улыбнулся толстый мальчик.

Не смотря на серьёзное преимущество в весе, бедный медведь был разорван надвое. Дарло нагнулся над его сосудами и начал жадно поглощать льющуюся кровь. Вот это нормально. Это то, что нужно, а не эти ваши разборки за наследство.

Жили они с Кольтом в одной комнате, поэтому по возвращении домой, Дарло встретил старшего брата сидящего на своей кровати с трубкой в вене.

- Братишка, что они с тобой учудили? - спросил наевшийся Дарло, прыгая на свою прочнейшую стальную кровать.

- Доктор Кардиометрини попросил меня сдать пол-литра своей крови. Сказал, что она очень необычная.

Кольт говорил всё это достаточно равнодушно, будто пол-литра для двенадцатилетнего мальчика это какая-то мелочь. Дарло ухмыльнулся.

- А как отец на это отреагировал? Он-то думал, что ты безнадёжен, а оно вон как оказалось.

Кольт вздохнул.

- Он и сейчас так думает. Это доктору я вдруг стал интересен. Не знаю, как по мне, всё это полная чушь. Какая разница, что у меня за кровь?

Дверь в комнату открылась. Доктор Ганс зашёл внутрь и взялся за руку Кольта, чтобы отсоединить трубку. Стеклянная бутылка как раз наполнилась.

- Отлично, Кольт, - сказал он. - Думаю, мы вместе сможем сделать много открытий.

- Мне не интересны открытия.

Доктор положил ему руку на плечо.

- Они никому не интересны, пока люди сами с ними не столкнуться.

В период своего раннего детства Кольт был достаточно нелюдимым. Редко общался даже с родственниками. Такое поведение было обусловлено постоянными болезнями, которые приковывали его к постели и не давали нормально адаптироваться в общении, так как общаться толком было не с кем и некогда.

Алукард много раз просил Тарину избавиться от этой обузы в лице Кольта, но та в всегда жёстко отказывала, оберегая этого ребёнка как и всех остальных. Алукарду был важен только один, самый сильный наследник, а Тарина любила всех детей одинаково.

Солнце ярко светило с безоблачного неба. Кольт прогуливался в саду, принимая на себя все его тёплые лучи. В том возрасте он всё ещё помнил, что смерть вампиров от солнечного света, это всего лишь детская пугалка, которую рассказывали вампиры-родители своим вампирам-детям, чтобы те не шкодили в человеческих городах без их ведома.

Прошлая неделя была очень дожливой, поэтому сейчас солнце ощущалось по особому. Множество луж активно поблёскивали, отбиваясь горячими белыми бликами. Кольт заглянул в одну из них. Сквозь затемнённое отражение мальчик увидел свои ярко-голубые глаза.

Он нагнулся поближе, чтобы лучше их рассмотреть.

- Что делаешь? - послышался девчачий голос.

Это была Лара. Он увидела брата в саду и решила с ним поговорить.

- Не знаю, - честно ответил Кольт. - Фигнёй какой-то занимаюсь.

- Вижу, ты стал слегка обеспокоенным после вчерашнего теста. Говорят, доктор Кардиометрини хочет забрать тебя к себе в лабораторию.

- Мне всё равно.

Лара покрутила головой.

- Нет, тебе не всё равно. Я вижу, как ты переживаешь.

Брат хмуро на неё оглянулся и посмотрел исподлобья.

- Как для самой младшей, ты слишком много умничаешь.

- Но ведь я права? - улыбнулась Лара.

Кольту было неприятно это осознавать, но она была права. Он всю жизнь считал себя бесполезным и абсолютно ненужным. Но теперь, когда вскрылась его странная особенность, так сильно привлекающая доктора, Кольт испугался. Ему захотелось вернуться в прошлое состояние бесполезности, чтобы от него просто отстали.

- Да, - согласился Кольт с сестрой.

- Возьми себя в руки. Тебе не обязательно всю жизнь быть таким кислым и нудным. Это же прикольно, что ты такой необычный. Прям как я. Вот смотри, - она повернула его к себе, - я необычная и мне это нравится. Ты тоже необычный. Люби себя таким.

Кольт неохотно улыбнулся. Наверное, это именно то, что он хотел бы услышать в этот момент. Маленький шажок на то, чтобы принять свою сущность. Только от Лары всегда можно получить такую тёплую поддержку.

Но, к сожалению, эта его, так называемая, "необычность" выйдет скоро всем боком. Никто тогда даже помыслить не мог, к чему всё это приведёт.