Душа для Вампира

Маркус вошел в гостиную. Рубашка, пропитанная кровью, неприятно липла к телу, саднила свежая рана. Он разорвал тонкую ткань, выбросил, сморщился от жгучей боли, застонал. Кровь, сдерживаемая заговором, сгустком собралась внутри и мешала легкому развернуться. Это выводило Вампира из себя, — придется делать надрез, чистить, зашивать. Ничего, сам же этого хотел.

Он сплюнул кровь, шатаясь, дошел до стола. Выдернув пробку из ближайшей бутылки, Марк сделал глоток и поморщился, когда жидкость обожгла пищевод. Легкое отозвалось спазмом. Он отшвырнул выпивку, алкоголь пролился и ненадолго заглушил запах крови.

Верховный отодвинул тонкую драпировку над столом, и посмотрел на свое перекошенное злое отражение. На лбу выступил пот, дыхание становилось тяжелым, хриплым. Он чувствовал, как внутри воздух густел и с трудом наполнял сжатые альвеолы. Вампир достал из стола чемоданчик с инструментами, раскрыл его и прищурился, вспоминая, что сейчас подойдет лучше всего. Легкая самодовольная ухмылка скользнула по лицу, когда он услышал, что Анна остановилась у двери. Постучалась так тихо, что и не услышишь.

— Что? — прорычал Маркус, любуясь, как озверело его лицо.

Дверь слегка приоткрылась и Анна, — виноватая и притихшая, — заглянула в комнату. Он закусил губу и зажал пальцами рану.

— Давай помогу, — её голос был едва различим и Маркус зажмурился, прогоняя с глаз торжество.

— Иди к черту! — рявкнул он и швырнул в её сторону что-то металлическое. Скальп вонзился в пол, но девушка не ушла, только на секунду прикрыла дверь, уклоняясь от орудия.

Полагаясь на внутреннее чутье, Вампир взял следующую острую ерунду и приблизился к зеркалу, прицеливаясь, как получше надрезать.

— Давай я, — вампирша осторожно коснулась его локтя и Верховный презрительно оценил нахалку.

— И что ты можешь? За руку меня подержишь? — хмыкнул он.

— Нет. Я вообще-то не только гипс накладывала, — смутилась вампирша. Марк поймал себя на том, что слишком пристально вглядывается в алеющие щеки, и отвернулся.

— Значит, ты помнишь, что тогда был я? — хохотнул он.

— Я много чего помню, — огрызнулась она, и вдруг перехватила контроль на себя. — Нужно клеенку на диване расстелить. Садись.

Он ткнул пальцем в сторону стола, ящик которого оставался выдвинут, и проводил её тревожным взглядом. Она принесла простынь, бинты и клеенку, подготовила место и уложила раненого.

— Надеюсь, ты меня не пырнёшь, — съязвил Маркус.

— Нет. Потом ищи тебя в новом теле по всей Москве. Лишняя головная боль, — без издевки пошутила она.

Вампир сказал ещё что-то обидное, но Анна, сосредоточившись, перестала на него реагировать. Она жгутом смотала полотенце и сунула ему.

— Зажми зубами, — приказала вампирша, но Маркуса это только повеселило.

Анна накрутила бинтовых тампонов, вымочила в алкоголе инструменты и, выбрав нужный, сделал надрез. Маркус скривился, замычал. Когда она растянула рану крючками и стала раздвигать ребра механическим расширителем, вампир сжал кулаки, застонал и вдруг схватил девушку за горло. Его глаза смотрели на нее с ненавистью, разбуженной резкой болью.

— Тронешь меня ещё раз, и я тебе горло исполосую, — прошипела Анна.

Маркус не сразу сообразил, что в его шею упирается скальпель. Он тяжело опустился на подушку, отвернулся и зажал зубами полотенце.

Анна надрезала ткани легкого, осторожно извлекла черный кровавый сгусток, убрала остатки тампонами. От непривычных действий и ощущений Вампир вздрагивал, морщился и постанывал. Когда она стала зашивать очищенную рану, он вцепился в обшивку дивана, с силой рванул на себя, вонзая когти до пружин. Краем глаза Верховный видел, что её это слегка забавляло. По крайней мере, глаза её блестели особым огнем, таким... как его?!

Наконец, всё закончилось, и Анна стала прибираться. Маркус вяло схватил её за руку.

— Оставь. Слуги уберут, — глухо пробормотал он.

Сейчас, когда с него слетел весь язвительный пафосный лоск, Вампир выглядел жалко. Он покрылся пОтом и мелко дрожал, как животное, напуганное тяжестью раны. Его глаза больше не выражали ярости и злости, к которым привыкла Анна. Они стали совсем человеческими, — грустными, уставшими и почти живыми. Как если бы он мог чувствовать.

Верховный тяжело вздохнул, отвернулся, предоставив ей пару минут подумать. Ему нужно было, чтобы она всё сделала правильно. Выиграл! Скоро Анна дотронулась до него, накрывая ладонью сшитые края, и в его тело просочилось тепло. Оно пульсировало, разжижая кровь, сталкивая клетки и заставляя их делиться. От скоростного сердцебиения заложило уши, и показалось, что время понеслось с чудовищной быстротой. Вампир чуть застонал, не успевая соображать, что происходит внутри.

Он распахнул глаза. Из потолка стремительно нарастало облако золотистой пыли. Оно бурей неслось ему навстречу, завиваясь воздушными потоками в причудливые кудрявые петли. Маркус сначала потянулся к нему рукой, потом резко изогнулся, телом стремясь навстречу искристому облаку, и волна удовольствия накрыла его, разлилась по телу, накатывая и ненадолго отступая. Он чувствовал себя опустошенным, но таким счастливым, словно только сейчас начинал жить.

Когда он пришел в себя, Анна уже исчезла. Часы показывали семь утра. Маркус поднялся. Во рту горчило похмелье, и слегка подкатывала тошнота, а боли не было. Он доплелся до зеркала, прищурился, но не смог заглянуть под повязку, — сил не хватало. Только теперь он заметил, как искристо блестят глаза и воспоминание о вчерашней ночи, наполненное негой и тугими волнами силы, заставило его улыбнуться. Он победил. Не совсем... Для завершения ей ещё нужен вампир.

***

Анна полулежала в кресле, поджав под себя ноги, и смотрела в одну точку. В полумраке силуэт её казался размытым видением. Маркус пристально оглядел комнату, но душ не увидел.

— Ты хоть спала? — спросил он, хотя знал, что ответ отрицателен. Анна отрешенно покачала головой. — Я не мог тебя найти.

— Ты чудовище, — глухо сказала она.

Верховный посмотрел в пустые глаза вампирши и понял, что во время лечения она узнала больше, чем ему хотелось бы. Минутное удивление сменилось приливом злости.

— Да неужели?! А тебе не приходило в голову, что это не я чудовище? — Анна тускло взглянула на него, но снова отвернулась. Вампир обошел кресло и стал напротив. Только теперь он понимал Антона, говорившего, как тяжело ему приходилось с Анной в лесу. — Ты даже не потрудилась задуматься о том, что ни одно из тел, в которых я живу, никогда не было моим. По-настоящему. Я получаю их готовыми. Всегда! Они уже полностью взрослые и сформированные. Ни в одном теле я не был от рождения, когда внешнее окружение формирует личность и склонность к тому или иному делу. Все уже было сделано до меня и мне остается только пользоваться тем, что есть: развивать или угнетать по своему усмотрению. Ты думаешь, что чудовище — это я, но ты хоть раз задумалась, какими чудовищами бывают люди. Я вижу их мир изнутри. Всегда! С самого начала! И ты даже не представляешь, какой мрак обитает в их душах, — живых и теплых. Тех, которые тебе так отчаянно хочется пожалеть. Куда уж до него нам, простым бессмертным! Мне остается только пользоваться тем, что есть, — Маркус измерил комнату шагами, швырнул на пол какую-то вазу с тумбочки. Осколки захрустели под ногами. — И кстати, все те ужасы, что тебе пришлось увидеть, были задолго до моего появления. Их породили сами люди, а я — просто упорядочил и выгодно применил. Ты еще столкнешься с человеческим злом в самых жутких его проявлениях, и я подожду этого времени. Интересно, стану ли я потом казаться тебе таким же отвратительным?!

Анна хранила молчание. Вампир присел на корточки, заглянул в её глаза.

— Что ты видела в моем прошлом?

Девушка медленно перевела на него остекленевший взгляд.

— Твои кровавые ночи... Твои ритуалы. И девочек до меня... Спасибо, хоть хватило нескольких попыток, чтобы перестать нас мучить, — ей хотелось съязвить, но не вышло.

Маркус со вздохом поднялся.

— Сегодня ночью, — сказал он. Анна равнодушно посмотрела на него. — Сегодня ночью ты убьешь вампира.

Девушка резко покраснела, взволнованно подалась вперед.

— Анна, что ты надумала? — заволновался Михаил, но она не спешила ему отвечать.

— Сегодня?! — переспросила вампирша у Маркуса.

— Не вижу смысла тянуть. Пора с этим заканчивать, — Маркус напряженно сжал кулаки.

— Раз все так скоро, то мне бы хотелось пройтись вечером, собраться с мыслями. Можно? — Анна вздохнула, села удобнее и тревожность в её глазах чуть поутихла.

Вампир пристально смотрел ей в глаза. Долго и внимательно, будто ожидая, что она смутится и начнет признаваться в грехах.

— Можно, — нехотя разрешил он. — Закажу у природы дождь, чтобы люди тебе не мешали. Только вернись к полуночи, на час у тебя назначено свидание.

***

— Куда ты идёшь? Что задумала? — Михаил тревожно заглядывал в лицо хозяйки, но она молчала.

С четырёх часов и правда накрапывал дождь, прохожих стало мало, вокруг опустилась серость. Анна завернула в Крутицкий проулок и только тут дух всё понял.

— Не смей! Я знаю, что ты задумала! Потом на бой не хватит сил!

— Не тебе меня останавливать, — Анна резко остановилась. — Я не знаю, сказал ли он правду, или обманул, но если я действительно проиграю, то сделаю перед смертью хоть что-нибудь полезное.

— А мы? А Антон? Ты подумала ещё о ком-то?

— Подумала, — её голос был настолько спокоен, что становилось муторно. — Договора нет, значит, вы просто станете свободны, а Антон... Сдаётся мне, Маркус ещё не готов с ним распрощаться. Ты еще не понял, что все это игра, чтобы только я поверила. Я нужна ему, понимаешь?! А все это время он устраивал проверки, чтобы я верила в обратное.

— Анна... — Михаил был готов её умолять.

— Не бойся, — она ласково дотронулась до теплого золотистого силуэта, — мне тоже страшно, но ещё ничего не закончено.

Она вздохнула, перешагнула через низкий заросший плетень, протиснулась к стене боком, чтобы в тени старого сада избежать людских глаз, и схватилась за подоконник. Окно давно разбито, рама покосилась, внутри пахнет гарью. Анна спрыгнула на пол. Большая комната совсем пуста, и осталась только старая развалившаяся печь посредине. Вампирша прошла дальше, пытаясь унять внезапное волнение, распознавая запахи и стремясь увидеть духов.

— Их сейчас нет, — сказал знакомый голос и девушка застыла.

Анна знала, что вампир стоит за спиной, чувствовала угрозу и уже сообразила, что костюм синоби надежно скрыл его на фоне закопченной стены. Она тянула время, чтобы не оборачиваться, чтобы не увидеть призрак из прошлого.

— Здравствуй, Анна, — сказал он. Вампирша сглотнула, на неверных ногах сделала шаг и медленно обернулась.

Андрей совсем не изменился.

— Ты?! — только и смогла вымолвить она.

— Да.

Несколько минут они стояли молча. Духи за её спиной волновались, шептали предупреждения, ознобом ползали по коже. Он ждал её, чтобы убить, но верить в это не хотелось.

— Что ты здесь делаешь? — осторожно спросила вампирша.

— Слушаю духов. Они много говорят, — Андрей прошел мимо. — Я давно за тобой наблюдаю, ты изменилась. Обнять меня не хочешь? — он обернулся, раскрыл объятья. — Мы так долго не виделись, я всё думал, что нас что-то связывает.

— Прости, я думала...

— Что меня убили? Почти. Но ты же совсем не горевала? Да брось, не опускай глаза, со всеми бывает. Это чувства. Неужели ты думаешь, что я ревную?

— Не думаю. Я... конечно, Андрей, прости, — Анна подошла ближе.

Они обнялись, и резкая боль проникла ей под сердце. Анна охнула, вдох вызвал спазм. Вампир отошел, алеющий нож развернул в сторону.

— У тебя красная кровь? Да, ты даже не вампир, — он засмеялся. — И ты рассчитывала на Договор с Марком?! Наивная дура! И ты собираешься победить меня с этим?! Всего-то десяток душонок. Легчайшая победа в моей жизни.

Анне не было дела, какие души он видит и почему так мало. Она зажимала рану и ждала нового удара, просчитывая, куда лучше ответить. Вампир замахнулся, Анна уклонилась, ударив его по ноге. Тот устоял, стал наносить побои хаотично, без разбору, пытаясь попасть в движущуюся мишень. Мишень никак не хотела поддаваться: увиливала, уходила и даже отбивалась, что вызывало больше смех, чем опасения. Андрей зверел и наступал яростнее.

В очередной подход он просто отшвырнул девушку прочь, как назойливую муху. Анна пролетела к проему двери, полностью расслабившись, как учил Маркус, и только перед падением напряглась, смягчая удар. Упала лицом в пол, больно не было, но Анна страдальчески застонала, отвлекая противника.

— Это даже проще, чем я думал, — хмыкнул Андрей, приближаясь.

По звуку шагов Анна примерно могла определить, насколько далеко находится вампир. Она слабо пыталась встать, — так, словно не хватало сил, — но особых усилий не делала, сберегая энергию для резкого броска.

Андрей подошел к ней и склонился, чтобы схватить за волосы. Анна ощутила, как рассекается воздух, резко выбросила руку, схватив противника, перебросила его через себя. От неожиданности тот кулем плюхнулся на пол, а вампирша вскочила на ноги. Он не спешил подыматься. Посмотрел на нее снизу вверх и засмеялся:

— Удачная поза для убийства, — саркастически хмыкнул он. — Только ведь ты не убьешь. Пожалеешь.

Сейчас самое время! Все так удачно сложилось, что медлить нельзя, но... Анна снова взглянула в его болотные, знакомые до боли, глаза и поняла, что не может и не хочет его убивать. Из секундного ступора её выбросило резким ударом. У стены Андрей нащупал обломок балки и со всего маху огрел им вампиршу по голове. Анна стояла на четвереньках, дрожала, зрение вдруг исчезло, голова гудела невыносимой болью, и тело перестало слушаться.

— Ну что, помощь нужна? — весело засмеялся в голове один из духов. Анна невольно улыбнулась, но имени его не вспомнила.

— Как никогда! — мысленно прошептала она, и мятежный дух с радостью взял её тело под контроль.

Глаза прояснились и стали смотреть на мир с кошачьим прищуром, в котором видны малейшие детали. Анна ощутила на коже легкое покалывание, тело стало чужим, вскочило, развернулось винтом и ударило вампира по голени. От неожиданности он выронил деревяшку и рухнул на колени. Анна подняла нож и стала за его спиной. Жалости в ней не осталось, — только злая решимость и ненависть.

Андрей посмотрел вокруг так, будто только сейчас увидел, где находится, — везде искрились огненные души. Они больше не таились. Ярость Анны открыла им дверь наружу, и они с радостью появились. В них тоже блестела одержимость. И хуже всего то, что они держали его со всех сторон, — вампир теперь не мог пошевелиться.

Анна медлила. Она боялась. Боялась, что последний удар отрежет от неё сущность человека и в итоге останется только вампир. Сможет ли она потом останавливаться?

— Анна, бей! — резко крикнул Михаил и вампирша, зажмурившись, вонзила нож в горло Андрея.

Он захрипел, стал затыкать рану ладонью, повалился на бок.

— Добей! — крикнул дух.

— Я не могу... — Анна осела на пол. От слёз почти ничего не видела, руки дрожали, она была близка к истерике.

— Возьми себя в руки, пожалуйста, — смирился Михаил, стал гладить её по голове, остальные души поделились надвое: одни собрались вокруг хозяйки, другие — держали вампира. Андрей хрипел совсем рядом.

— Если ты его не добьешь, он будет мучиться. А Маркус узнает — убьет обоих.

Анна понимала, что он прав. Несколько минут, чтобы успокоиться, найти в себе силы встать и сильнее сжать рукоять. Вампир корчился, истекая кровью

— Прости, — прошептала Анна, вонзила нож в его грудину, дернула вниз и внутренности стали выплывать на пол. Вокруг запахло дрянью...

Анна легла на пол, её разрывало изнутри. Отвращение и боль пропитывали каждую клетку, наполняя тело темным ядом вампира. Стоило только душам Андрея перейти к ней, как стала обильно кровоточить свежая рана. Анна чувствовала, как её остановить, но не стала, — пусть течёт. Вены обжигало тепло, слюна отдавала маслом и пульсировали под нёбом адские клыки.

— [Помни, как бьют барабаны... Помни, как вены полнит яд. Как масло земли держит тебя в теле и заставляет испытывать жажду. Помни, что горечь остановит только кровь. И только она уймёт в теле жар и заставит голоса умолкнуть. Корми их, говори с ними, пока не поймёшь, почему ты ещё здесь...]

Анне казалось, что она сходит с ума. Голоса духов зло гудели, — даже толпой они не могли приструнить Андрея. Её тошнило, смывало в забытье и хрустящий стук падающих камней, так напоминал звук шагов, что становился миражом. А по рукам текла кровь, ведь вены, обожженные вампирским ядом, покрылись мелкими ранками из-за отчаяния Анны и теперь приближали к ней смерть.

Вампирша медленно открыла мутные глаза, увидела совсем близко чьи-то ботинки на тяжелой подошве. Мужчина присел, взял её за подбородок.

— Попроси меня, — сказал Маркус, — и я сохраню тебе жизнь.

Анна скривила губы, пытаясь усмехнуться, но не смогла, только вяло покачала головой.

— Ты умрёшь, — предупредил Вампир.

— Я знаю... — одними губами произнесла она, и ей показалось, что тело подымается к небу...

***

Ещё не открывая глаз, Анна заворочалась и попыталась подняться. Голова была тяжелой, сознание — мутным, запястья странно пульсировали болью.

— Не спеши. Дай телу время привыкнуть, — от голоса Маркуса она вздрогнула, открыла глаза.

В комнате, которую Вампир выделил для неё в своем доме, было непривычно темно. Он сидел рядом, слабо держал её за руку.

— Что случилось? — встрепенулась Анна, и Марк тяжело вздохнул.

— Ты победила. Но сил, чтобы приструнить души, было мало, поэтому часть разлетелась, а ты... чуть пострадала. На запястьях остались разрывы от прохода душ. Я их подлечил немного, скоро перестанут болеть. Поберегись, пожалуйста.

— Марк... Я ведь проиграла. Зачем? — ей очень хотелось увидеть его глаза, но он не торопился зажечь свет.

— Ты не проиграла. Всё было так и задумано. Я знал, что ты пострадаешь, но ещё боялся, что... ошибся в выборе. Спасибо, что не попросила спасти. Иначе я был бы очень разочарован.

— Проверка?! До последнего?!

— Да. Раз и навсегда, — Маркус поднялся, включил свет.

Анна опустила глаза, а когда посмотрела прямо, Вампир держал перед ней листок бумаги.

— Я там кое-что подправил, прочти.

Анна пробежала глазами по Договору:

— Ну, да... сто лет, отчеты, твои обязательства. А... ты переписал мне двух Карателей?!

— Не то, чтобы переписал. Но без твоего участия они теперь Договоры не заключат. И смерти не попросят. Подпишешь?

Анна кивнула, потянулась за ручкой.

— Пути назад не будет.

— Я знаю, — она быстро расписалась, Марк дал ещё одну бумагу.

— И как ощущения? — подмигнул Вампир, забирая свой образец Договора.

Анна свесила ноги с кровати:

— Странные. Будто все случилось не со мной.

— Зато я теперь для тебя совсем безопасный, — засмеялся он. — По Договору, совсем не имею права на твое соблазнение.

— Н-да... А я, кажется, опасна, — девушка стушевалась. Резкий стук в дверь заставил обоих дёрнуться.

— Как раз вовремя, — заговорщицки прошептал Маркус.

— Марк, я хочу...

— Да, я знаю, побыть в одиночестве. Иди. Коня тебе уже приготовили, — он кивнул во двор. — Как надоест — заменим на колесного.

— Спасибо, — она вскочила следом, благодарно поцеловала его в щеку.

— Не держи на меня зла, ладно? Так было нужно. Ты потом все поймешь, — сказал он и заторопился открывать.

— Я уже почти... — начала Анна, но Маркус уже открыл дверь и она замолчала. Вряд ли он хотел, чтоб она сейчас в чем-то признавалась.

— Мне сказали... — взгляд Антона остановился на Анне, но Маркус его понял.

— Поздно тебе сказали, ты опоздал.

Анна накинула кофту, поздоровалась с Антоном, но Каратель отвернулся:

— Пока, — шепнула она Маркусу и прошмыгнула в коридор.

Верховный, минуя Главного Карателя, прошел в гостиную, налил себе выпить.

— Ты устроил полную проверку? — губы Антона дрожали от злости.

— Я подписал Договор.

— Что?!

— Успокойся. Всё с твоим Ангелом будет хорошо.

— Ты... — Каратель замахнулся, но не ударил, заставил себя опустить руку.

— На, читай, — Маркус протянул ему Договор. — Я устал. У меня нет сил объяснять.

— Вы играли?! — вскипел Антон.

— Да, — Верховный посмотрел на него. — А, ну да... забыл, — он пощелкал пальцами и тёмный змеистый дух скользнул от Антона к нему и обвил запястье. — Теперь всё.

Антон размахнулся, ударил Вампира в лицо. Щека Маркуса онемела, по губе потекла кровь. Морок Верховного спал с Карателя и теперь Антон знал, что под гипнозом Вампира забыл обо всем, до чего докопался.

— Надеюсь, тебе стало легче. А теперь... Пока ты тратишь время здесь, Анна уехала. Думаю, тебе стоит найти её, девочка ещё слишком слаба. Потрудись научить её контролировать силы.

— Да, пошёл ты! — огрызнулся Антон и выскочил прочь. Маркус сглотнул кровь, улыбнулся, устало откинулся на кресло и закрыл глаза.

***

В этот раз Анна не кричала, хоть чужая душа в ней и билась отчаяннее. Остальные духи достигли единства, и только Андрей упирался и проклинал её. Он кричал монологи, в которых вампирша пыталась вычленить основное, но чем больше слушала, тем сильнее убеждалась, что он тронулся умом. Михаил осторожно направлял её решение. Анна приблизилась к лесу, спешилась.

Новый дух появился так резко, что Анна даже отшатнулась. Лицо Андрея злорадно перекосилось.

— Ненавижу тебя! И жить с тобой рядом не буду! — заорал бывший вампир и метнулся в сторону.

Далеко уйти он не мог. Привязанный к ней навечно, дух лишь отлетал на несколько метров, подпрыгивал, пытаясь взлететь, как раненая птица, и тут же падал вниз. Анна присмотрелась и поняла, что его держат остальные. Вампирша его пожалела, когда он вдруг начал кричать, бросаться к ней, желая навредить. Но даже дотронуться до нее он теперь не мог. Он бился в истерике, а Анна поняла, что его воспоминания стали ее частью, и там было на что посмотреть.

Верховный изначально не собирался оставлять её в живых. Но очень хотел поживиться силой и сорвать девственность обманной влюбленностью. По быстро придуманному Договору, часть душ Андрея перед каждой встречей с Анной заменялась душами Верховного, чтобы поближе подобраться к цели, и в самый подходящий момент оказаться в гуще событий.

Но всё шло не так, случайная встреча с Антоном кратковременно разбудила огонь. И тогда Маркус придумал другой план, — пусть всё идёт так, как задумала судьба. Он обещал Карателю вечный покой за последнее задание, и потихоньку мешал ему любовное зелье с капельками крови Анны, которую взял из больницы, вселив душу-змея в Аниного отца и обставив всё, как внеплановый анализ. К моменту её смерти Каратель должен был созреть. И он созрел: пожалел Анну и украл, чтобы спасти.

Маркус приберег Андрея, как жертву, обещал ему трофей в виде ее трупа. Никто и не подозревал, что исход битвы был известен только самому Верховному. Андрей тогда не догадался, но теперь, когда Анна со стороны просмотрела его воспоминания, стало понятно: Верховный опоил вампира, ослабил его, нарочно дав ей возможность выиграть. Она попалась в его капкан сама.

— Что ты молчишь?! — голос Андрея стал надрывным. Видимо, кричал он давно, метался перед её лицом и старался ухватиться туманными пальцами.

— Ты мне надоел, — Анна отвернулась. — Ты предал своего учителя. Ты хотел меня убить только потому, что я другая.

— У меня свой бог и я никогда ему не изменю! Людишки должны сдохнуть! Маркус прав, вы — ничтожны! — лицо духа обтекало от ярости.

— Пару часов назад ты тоже был человеком.

— Я был прахом. А теперь я бог! — он становился совсем безумным. — И если Марк дал мне умереть, то на то и воля его!

— Так уйди от меня, бог, — фыркнула вампирша. Михаил шепнул ей пару слов. Она подумала, выбрала невзрачное полусухое деревце и дотронулась до него.

Духи её взвились пламенем, подхватили своего сородича под подобия рук и потащили в темноту шершавого ствола. Андрей кричал и извивался, проклиная их существование и все земное, но его никто не слушал. Больно и надрывно звучал крик призрака, заточенного в дерево.

Анна потирала снова кровоточащие запястья, медленно брела вперед. Туда, где все началось год назад, чтобы завершить тяжелый виток своей жизни и начать, наконец, новый.