ГЛАВА 46
Шок. Непонимание. Отрицание.
Я стою перед своим домом, со стороны сада, а он полыхает так, что у меня сердце колотится в такт треску огня. Я сплю?
Меня пронзают шипы ужаса и страха: что произошло, и где все? А мои родители? Ничего не понимаю...
- Они все уже мертвы, - слышу я сквозь кошмарные звуки знакомый голос совсем рядом. - Признайся: ты ведь совсем не ожидала такого поворота событий по возвращении? Да, принцесса? Я прямо-таки чувствую в тебе все эти переливающиеся чувства. И если честно, начинаю ими питаться с особым удовольствием!
Холодок пробегает по моему телу, от чего мышцы как будто немеют. Но я все же начинаю медленно поворачиваться на голос.
Может быть, я все-таки сплю?
- Что все это значит? - стараясь скрыть свою дрожь, спрашиваю я.
Кто-то смеется слишком близко от меня, и это раздражает.
- Бум, и нет больше Энливиксов и их жалкого домишки. Великий Мунакар и его последователи постарались на славу, это было потрясающее зрелище. Я сама наблюдала за этим событием и вдыхала каждое мгновение этого прекрасного дива. - Мунакар?
- Что?! - Пискляво восклицаю я и резко разворачиваюсь. - Каяни? - Отшатываюсь, когда понимаю, что вижу именно ее.
- Да, это я и только я, - несравненная Каяни Софрино, - четко обозначает она себя, кривляясь на месте, словно непослушный ребенок. - Внезапная встреча, да?
Воздух вокруг сплошь пропитан дымом, и я то и дело прокашливаюсь. Но от ее слов кашель кажется слишком резким, слишком частым, слишком болезненным.
- Объяснись! - требую я, вытирая уже заслезившиеся глаза.
Судя по довольному выражению, Каяни, казалось, только и ждала этой команды.
- Я встала рядом с Великим Мунакаром и смотрела на то, как вся его свита стирает со света никчемных существ, называющих себя Энливиксами. Жалкие создания, - усмехается она, заведя свои темно-рыжие волосы за плечи. Когда она закончит, я поотрываю все ее патлы и сожгу на месте! - А потом я наблюдала, как уже сам Мунакар добивает оставшихся самыми изощренными способами. Это было так восхитительно, что у меня появились бабочки в животе, - она ехидно улыбается, облизнув свои клыки. Сука! - Знаешь, когда сегодня я открыла его клетку с помощью заклинания, которое плела столько месяцев, то испытала невероятное облегчение. Ты даже и представить себе не можешь! Это то, к чему я шла так долго и так желанно!
«Вот же свинья!»
Каяни резко хватает себя за грудь и начинает ее мять, откинув голову назад и тихо постанывая. Меня начинает скручивать от этого зрелища, но я все равно смотрю.
- Я возбуждаюсь от самой себя и собственных действий. - Одну руку она оставляет на груди, а другую переводит на свою тощую задницу и тоже сжимает. Через минуту возвращает вторую руку на грудь, проговаривая кучу разных грязных слов.
Даже если я сейчас и закрою глаза, я все равно буду помнить, что она делала передо мной.
- Это так прекрасно... Невозможно оторваться!
Какая. Тварина.
Молчу, не желая продолжать странную беседу. Но Каяни явно против этого.
- Ну, что-нибудь скажешь, принцесска, или будешь просто на меня глазеть? Я в принципе-то не против. - Она плавно скользит правой рукой по своему животу и ныряет ей между ног. Новый стон с бо́льшим размахом раздается вокруг. Я морщусь. - А вообще можем вместе заняться всеми этими утехами... с Артогом. Уверена, он очень искусный любовник и потянет нас обеих. - Вторая рука снова отправляется на задницу. - А если вдруг нет... - Она ярко улыбается, после чего произносит слишком возвышенно: - Ты же не сильно обидишься, если он начнет с меня?
«Ой, ёй...»
Артог. Она посмела произнести его имя своими грязными губами! Посмела напомнить мне о прошлом в такой скотской форме!
Гадина! Гадина! Гадина!
Ненавижу!
- Ну, так как, что ты решила?
- Ах ты, дрянь! - это последнее, что я произношу, перед тем, как со всей дури накинуться на эту суку.
Симелеон едва ли заметил, как принцесса Чармидикс ускользнула от него, в отличие от него самого. Он стоял минут пятнадцать точно со стороны главного входа и смотрел на свой огромный дом, объятый яростным пламенем.
Но что произошло? Почему никого вокруг нет? Где же охрана? Что предприняли король с королевой?!
А еще его очень сильно волновал вопрос: где же его возлюбленная? Куда она исчезла еще сегодня днем?..
- Что ты будешь, любимая? - спросил Симелеон, обратившись к Каяни, как только он поговорил со своей предводительницей по телепатической связи.
Его девушка безэмоционально пролистала содержимое меню ресторана «Поъ».
- Я не голодна. Буду только кофе.
Ответ его удовлетворил, и парень сделал заказ. Себе он взял минеральной воды.
- Тебе здесь нравится? Думаю, мы можем бывать здесь чаще. - Ему так хотелось сделать хотя бы одно место особенным и для своей второй половины, что он совершенно не замечал очевидного.
- Здесь находится принцесса Чармидикс. Это место уже изгажено. Мне здесь не нравится. - Ответы Каяни были сухими и недовольными.
Она явно не горела желанием тратить свое время на присмотр за следующей королевой ее рода. Эта работа ее парня – не ее. Но сам Симелеон уже и не замечает, как каждый раз тащит девушку с собой на работу просто потому, что другого времени побыть вместе у них практически не остается. И с нее довольно такого отношения. Вот, что читалось в ее глазах.
- Извини, если обидел, дорогая. Просто я хочу, чтобы наше времяпровождение было заполнено самыми прекрасными моментами. - Он обвел террасу горящим взглядом. - А здесь, вроде бы, очень здорово, и...
- Кстати, о прекрасном времяпровождении. - Он не понимал и того, что Каяни не хватало конфликта между принцессой и ее возлюбленным, чтобы та раз и навсегда выдворила парня за пределы своей зоны комфорта. И так как Симелеон Эндельберг – верх честности, Каяни решила все взять в свои руки. - Это там с принцессой разговаривает какой-то человек? Какой шустрый. - Этот паренек пришелся как нельзя кстати.
Симелеон обернулся и наблюдал сцену общения его принцессы и какого-то простого человека несколько минут. За эти мгновения он сжал кулаки до обеления, оскалился, тихо рычал. А, не выдержав, все-таки нарушил границы.
И он не только нарушил границы ее высочества, а еще и оставил Каяни там, в ресторане. Совсем одну! Даже не предупредив...
Какой же он засранец! Нет - придурок! Как называет его миледи Чармидикс время от времени. А еще говнюк! И она совершенно права.
Симелеон забыл про свою возлюбленную так беспечно. Так грубо! И он не может никак с ней связаться. Не знает, где она сейчас находится, что с ней, и простит ли она его за такой ужасный проступок.
А потом он услышал ее голос.
Его Каяни была где-то рядом, кричала о помощи. Нет, взывала! И он устремился на этот зов. А когда наконец оказался на месте, ему пришлось разнять ее и разъяренную принцессу Чармидикс.
Ему и самому не хило досталось.
- Я ненавижу тебя, дрянь! Обещаю, что прикончу тебя первой! - верещала его принцесса - слишком озлобленная принцесса, - когда расстояние до Каяни только увеличивалось.
Хранителю с большим трудом удалось развести по сторонам воющих лишь на своем последнем рывке.
- Какая честь, получить от принцессы такое «благословение», - бросила Каяни язвительную фразочку в сторону Чармидикс, смачно облизав губы.
Принцесса продолжала рычать.
- Во имя Великого Энливикса, что здесь происходит?! - вопросительно воскликнул Симелеон, обращаясь к обеим девушкам.
Он встал между ними во избежание новой стычки, но не был уверен, что это задержит обеих на долгое время.
Принцесса набрала побольше воздуха в легкие:
- Симелеон, дело в том, что твоя Каяни...
Софрино резко перебила:
- Эта пустышка пытается тебе сказать, дорогой мой Симелеон, что я предала вас и выпустила Мунакара из его клетки. Представляешь? Она, похоже, совсем перегрелась.
Он округлил глаза.
- Ты, мерзкая сука, расскажи ему все, что рассказала мне! - вопила принцесса Чармидикс, а Симелеон лишь смотрел то на нее, то на свою девушку, борясь с непониманием в ситуации. - Правду!
- Мне не зачем и не перед кем оправдываться. - Каяни выдавила слезу. - Ты просто хочешь выставить меня в не лучшем свете перед собственным парнем! - Чармидикс сжала кулаки сильнее. - Я никогда не вру.
Девушка обняла себя руками, уже практически плача.
- Симелеон, твоя девушка совершила ужасное преступление! - принцесса обращалась уже к нему, к Симелеону. - Она воткнула всем нам нож в спину! Предала всех!
Небо затягивало густыми тучами, слышались характерные звуки от раскатов грома. Ветер трепал все, что только находил у себя на пути.
Сила природы поддерживала настрой своей обладательницы.
- Зачем мне это делать? Я оказалась такой же жертвой ситуации, как и все вы, - всплакнула Каяни с новой силой.
- Ты все врешь, тварь! - снова закричала Чармидикс, топнув ногой. От этого затряслась земля. Симелеон пошатнулся.
- Принцесса хочет обвинить меня в том, к чему я не имею никакого отношения. Это же настоящее преступление!
Симелеону пришлось приложить все свои силы, чтобы снова сдержать предводительницу и не дать ей накинуться на его возлюбленную, когда та все-таки сделала рывок.
В его голове царил хаос. Он не осознавал ничего из всего, что сейчас говорили они обе. Препирания принцессы с Каяни длилось слишком много времени, чтобы понять только одно: он совершенно запутался. И если Симелеон сейчас поверит одной, другую придется предать. И хуже всего прочего, возможно, даже избавиться от нее.
Но когда обоим девушкам надоело, что Симелеон не принимает ни одну из сторон спустя продолжительное время, он вдруг почувствовал, как какой-то всплеск чужеродной силы начал танцевать по его коже. Эта сила быстро принялась ползти по нему, полностью забралась в голову и показала в мельчайших подробностях реальный диалог принцессы Чармидикс с Каяни.
И тогда он понял, что это была сила его предводительницы. И как известно – сила королевской крови Энливиксов не может врать.
- Зачем, Каяни, зачем? - в состоянии Симелеона наметилась динамика.
- Что такое, милый? - Каяни вытирала новую порцию слез с лица. Еще пыталась отыграть свою роль.
Энливикс нахмурил брови.
- Как ты могла предать собственное племя, Каяни?! Как?! - обращался парень к той, кого называл своей, любил и хотел создать с ней самую настоящую семью. - Для чего?!
Она быстро упала в его глазах.
Каяни вздрогнула:
- Но я не...
- Не пытайся отнекиваться, я все знаю! - лучший прием, когда требуется узнать правду. Но в сложившихся обстоятельствах Симелеон уже обладал верной информацией. И теперь ждал, когда Каяни покажет свое истинное лицо.
Перестанет носить маску.
Каяни смотрела на своего парня, переводя взгляд и на принцессу. Когда она заметила слишком явную улыбку на губах Чармидикс, она поняла, как попалась.
Изменившись в лице, она тихо заговорила:
- Все произошло только из-за тебя, мой милый Симелеон. И если кого-то и нужно обвинять, то только тебя. Потому, что я слишком сильно тебя любила...
Он сделал к ней шаг, она отступила назад на два.
- Как-то вечером я ждала тебя возле ресторана. Ты пригласил меня, чтобы отметить нашу маленькую годовщину. Ожидание оказалось слишком долгим, но ты так и не пришел! Догадаешься, где тебя носило? - Она кивнула в сторону Чармидикс, и та снова громко рыкнула. Каяни продолжала: - Я была так подавлена твоим отсутствием, что не заметила, как меня окружили люди! Не самые хорошие люди.
Он не дышал лишний раз, слушая ее рассказ.
- Но стоило мне моргнуть, как все эти фрики легли замертво в лужах собственной крови. А передо мной возвышался красивый мужчина. Он представился Энриэ́лем и отвел к Великому. В тот вечер я познакомилась с Мунакаром Эверетом поближе, узнав Его истинные намерения. И они оказались очень отличными от тех, о которых нам изо дня в день повествуют родные, Совет Энливиксов и, конечно же, король с королевой!
Симелеон услышал, как принцесса возмутилась упоминанию о своих родителях.
- У меня просто открылись глаза на многие вещи. Я стала счастливой, и наконец кому-то действительно нужной. Доброта этого существа не знает границ. Я благодарна Мунакару за все, что Он сделал, делает и еще сделает в этом мире для процветания и лично для каждого из нас. - Каяни трепетала от каждого произнесенного слова в отличие от тех, кто ее слушал.
- Ты сама–то слышишь, что ты говоришь?! - Симелеон переходил на крик. - Какое из Мунакара доброе создание?! Он самый настоящий говнюк! Вспомни же своих родителей, Каяни!
Родители Каяни были первыми Энливиксами, кто принял сигналы о странном существе, которое нападает в открытую на людей. Отряд Софрино незамедлительно отправился на место происшествия, но они так и не узнали, что их врагом оказался их же соплеменник - Мунакар Эверет убил их мгновенно.
Каяни несла это горе на себе постоянно, коря себя за то, что не отправилась тогда с ними на дежурство. И Симелеон поддерживал ее. Именно тогда он понял, что что-то начинает испытывать к ней.
- Мои родители оказались слепы. Им стоило бы просто вступить в диалог, как предлагал Мунакар, а не сразу кидаться в бой, - пояснила предательница, закатив глаза. - Это проблема каждого из вас: вы совершенно не понимаете того, что Он пытается донести.
Она сейчас открыто призналась в том, что считает своих родителей ограниченными. Неужели отчаяние сделало ее такой бессердечной?
Прогремел сильный гром, а вдалеке можно было разглядеть танец молний.
Это точно дело рук его принцессы. Симелеон знал и чувствовал это.
- Весь план Мунакара готовился у вас на глазах. И никто, даже король с королевой, так и не поняли, что все ведет к вашему уничтожению! - Было видно, как Каяни нравится обнажать эту правду.
- Ты глупая дура, Каяни! Тебе так просто запудрил мозги враг, и ты повелась. - Принцесса Чармидикс не сдерживалась, и Симелеон полностью соглашался.
Он рычал, не понимая, на кого больше: на свою возлюбленную, которая оказалась предательницей, или на того, кто сбил ее с пути.
- Энливиксы - это высшие существа, которые понимают, где расположены грань добра и зла. Они знают, для чего живут! - Симелеон произнес это так сухо, что даже принцесса оторопела. Наверное, никогда бы не подумала, что он способен из мягкотелого придурка в мгновение ока стать таким озлобленным.
- Я всегда знала, что ты когда-нибудь оступишься по–крупному. Но почему–то я никогда ничего не предпринимала, а лишь ждала, когда это произойдет! Когда же колокола твоей истинной сущности прозвенят песню предательства! - Чармидикс прошипела это достаточно тихо, чтобы ее услышали.
Каяни развернулась к принцессе:
- Помнишь того парня, в ресторане? Он отвлекал тебя, пока я освобождала Мунакара. Его имя Энриэль - тот самый вампир, который спас меня. Правда же, он симпотяжка? Перед его обаянием любая жертва не устоит. В этом-то и его преимущество. И потому раскрыть его не удавалось ни одному Энливиксу, особенно когда он так тщательно шпионил, находясь в твоем доме. Я рада, что мы составили с ним прекрасную партию.
Симелеон громко рыкнул.
Шпион. Все это время рядом.
- Я уничтожу тебя! - не сдержав эмоций, закричала Чармидикс. - Уничтожу!
- С удовольствием посмотрю на это.
Симелеон и Чармидикс обернулись - перед ними во всей своей красе стоял довольный, как сытый кот, Мунакар Эверет.
Землю орошают первые капли плотного дождя.