На следующий день
Это глава без картинки, так что вот вам обложка другого издательства.
_________________________
Когда Антон проснулся, в квартире уже пахло едой. Он потянул носом воздух: макаронная запеканка!
Он что, так долго спал? Но тут ему пришло в голову, что он лег очень поздно, и все события прошлой ночи снова прошли перед ним, как в кино: ночной полет, спуск в склеп, стук, прятки в гробу и, наконец, возвращение, в этой жуткой мантии.
И где она вообще? Вчера он повесил ее вместе с другими вещами на спинку стула, но сейчас там ничего не было! Неужели ее нашли родители?
Сон мигом слетел с Антона: на кухне работала стиральная машина. Он спрыгнул с кровати, оделся и помчался на кухню. Отец сидел за столом и чистил яблоки.
- Доброе утро, Антон, - сказал он приветливо.
- Доброе, - буркнул тот.
- Еще не проснулся? - ухмыльнулся отец.
- Не-а, - сказал Антон и покосился в сторону стиральной машины. Барабан вращался, но кроме пены ему ничего не удавалось разглядеть.
- Ты что-то ищешь? - спросил отец.
- Да нет, - отозвался Антон. Он прошел к холодильнику и налил себе молока.
- А что вы там стираете? - спросил он, усиленно рассматривая молоко в своем стакане, чтобы ничем себя не выдать.
- А почему ты спрашиваешь?
- Потому... что у меня тоже есть грязное белье.
Если отец сейчас остановит машину, то можно будет разглядеть, там ли мантия, и если что, незаметно выудить ее!
- А что ты хочешь постирать?
- Носки, - объяснил Антон, - белые носки.
- Ах, белые носки, - сказал отец. Он явно еле сдерживался, чтобы не рассмеяться. - Очень жаль, но я не могу их сейчас постирать. В машине пока только темные вещи!
- Темные вещи? - воскликнул Антон. - И мои тоже?
- Да-а, - протянул отец.
- А... какие?
- Спроси у мамы.
- А где она?
- В гостиной. Она штопает.
- Штопает? - ужаснулся Антон. Теперь он представил себе кое-что пострашнее стирки, потому что вспомнил, сколько дырок было на мантии!
- Она штопает - носки? - осторожно спросил он.
- Да нет, не носки, - засмеялся отец, - она нашла большую черную тряпку, всю в дырках...
- Что? - закричал Антон, - черную, в дырках?
Он кинулся в гостиную. Теперь ему было все равно, выдаст он себя или нет.
Мама сидела у окна и вдевала длинную черную шерстяную нитку в иголку. У нее на коленях лежала мантия Родиона!
- Фу, - вздохнула она, как только увидела Антона, - ну она и воняет!
- Это.. м-м-моего друга, - запинался Антон.
- Я знаю, - сказала мама улыбаясь, - бедняга, у него такая рваная накидка. В дырки уже пальцы можно засунуть!
- Может, он не хочет их заштопывать, - сказал Антон.
- А ты откуда знаешь?
- Он... он мне сказал.
К этому времени мама зашила уже вторую дырку и принялась вдевать новую нитку.
- Я тебе не верю, - сказала она спокойно, - ни один человек по своей воле не будет разгуливать в такой дырявой накидке. Может, у него нет никого, кто мог бы ему заштопать?
- Нет-нет, - добавила она и снова решительно воткнула иголку в материю, - он мне еще спасибо скажет. Кстати, а как его зовут?
- Родион, - буркнул Антон. Он был уже в дверях. Он разозлился настолько, что был готов расплакаться. А отец еще прикидывается, что ничего не подозревает! Да просто они заранее сговорились, он и мама. Да уж, с ним можно обращаться как хочешь!
- Поесть не хочешь? - позвал отец из кухни.
- Нет, - ответил Антон.
- Через десять минут будет готова запеканка!
- Ну и пусть! - рявкнул Антон.
Он ушел в свою комнату и улегся на кровать. Такая подлость! Забрать мантию, без разрешения начать штопать ее! И преспокойно продолжать, хотя он сказал - не надо! Антон злился теперь на себя, что оставил мантию на виду, хотя знал, что родители всегда заглядывают по утрам проверить, спит он или нет.
Но, может, это не так уж и плохо, если мама заштопает дырки? Вообще-то, в мантии без дырок летать должно быть намного удобней.
В конце концов мама оказалась права - Антон на самом деле был готов сказать спасибо. Он услышал в коридоре ее шаги, быстро встал и начал убирать постель. Когда он встряхивал подушку, в дверь постучали.
- Антон?
- Да, входи.
- Вот, - сказала мама, - твоя накидка. Все заштопано!
- Спасибо, - пробормотал Антон. Он взял у нее мантию и положил ее на стул.
- Я бы с удовольствием постирала ее, - продолжила она, - но тогда она будет долго сохнуть. А ведь Родиону она скоро потребуется, так?
- В общем да, - быстро ответил Антон.
- Ты не хочешь сразу отнести ее? - спросила она.
- Сейчас... но... - Антон беспомощно оглянулся вокруг, - сейчас он еще спит...
- Что? - засмеялась мама, - ты знаешь, сколько сейчас времени?
- Обед готов, - крикнул отец.
- Какой-то странный у тебя друг, - спит до полудня, - сказала мама и внимательно посмотрела на Антона. - Тебе придется за едой объяснить мне это подробнее.
- Но я ... совсем не хочу есть, - сказал Антон, хотя его желудок уже вовсю бурчал.
- Врешь! - не согласилась мама, а отец крикнул из кухни:
- Он еще даже не завтракал!
- Ну хорошо, - буркнул Антон.
Хотя он и любил макаронную запеканку больше всего, но сегодня вообще не чувствовал вкуса. Равнодушно запихивая в рот один кусок за другим, он усиленно раздумывал над тем, как бы объяснить историю с долгим сном.
- Вкусно, правда? - восхищался отец, уже второй раз положивший себе добавки.
- Очень вкусно, - подтвердила мама, - только Антону, по-моему, не нравится!
Антон почувствовал, что покраснел.
- Скажи, а как у Родиона фамилия? - внезапно спросила мама.
Антон испугался:
- А что?
- А что, а что, - засмеялась мама, - меня это интересует, вот что.
- Трясикаменер, - сказал Антон.
- Как? - изумилась мама. - Трясикаменер? Родион Трясикаменер?
- Фон Трясикаменер, - поправился Антон, - Родион фон Трясикаменер.
- Ну и жуть, - засмеялся отец.
- Антон Мешковец тоже не лучше, - разозлился Антон.
- Полегче, - ухмыльнулся отец, - разве наша фамилия не Мешковец?
- Ваша, да! - воскликнул Антон. - Вы уже взрослые, над вами никто не потешается!
- Радуйся, что тебя зовут не Трясимешок! - ответила мама.
Но Антон не собирался радоваться. Он угрюмо ковырялся в тарелке. Потешаться над ним, да, это они умели!
- Антон, - сказала мама, - не надо сразу обижаться.
- Я могу теперь пойти на улицу? - спросил Антон.
- Подожди, - придержала его мама, - а что с накидкой? Ты берешь ее?
- Ну да, - пробурчал Антон.
- Я могу тебя подвезти, - предложил отец.
- Ку-куда подвезти? - запнулся Антон.
- Ну, к твоему другу, - сказал отец. - Мне все равно надо ехать мимо кладбища.
- Мимо к-кладбища? - Антон сильно побледнел.
- Он ведь живет возле кладбища, не так ли? - спросила мама.
- Да, - буркнул Антон.
- И ты можешь заодно познакомить меня с его родителями, - добавил отец.
- И позвать Родиона к нам в гости, - сказала мать.
- Сейчас он еще спит... - беспомощно отозвался Антон, - и вообще я лучше пойду пешком...
- Так-так, - сказал отец, - мой сыночек полюбил ходить пешком. Это что-то новое!
- Оставь его! - вступилась мама и, повернувшись к Антону, добавила:
- Ну тогда я хочу, чтобы ты пригласил его к нам! Надо же наконец познакомиться с ним!
Она подумала немножко.
- Можно в следующую среду. Тогда я смогу даже испечь пирог!
- Я... я пошел, - пробормотал Антон.
- Не забудь накидку! - крикнула мама. - И помни: в среду в четыре дня!