Глава 3: Поцелуи
Гришка провожает меня до дома после школы. Уже как месяц. Даже сумку несет. Старомодно, но так прикольно.
На улице потеплело.
Я весело перепрыгиваю лужи в своих чудо-уггах и рассказываю:
— Ты видел лицо матеши, когда Мирка сказала ей: «Извините, у вас неправильный ответ в примере»?
— Даш, — очень серьезно произнес Гриша.
Мы уже у дверей моего подъезда. Я обернулась, смотрю в его симпатичное лицо с порозовевшими щеками и выжидающе приподнимаю брови.
Кажется, он хочет что-то серьезное сказать. Может, что любит меня? Или поцеловав надумал?
Я жду. Он молчит, улыбается.
Забавный такой. Рядом с ним я не испытываю ни волнения, ни смущения.
Мама говорит, что это не любовь — любовь другая. Какая разница? Очень нужна мне в пятнадцать лет любовь. Мне нужны поцелуи, провожания до дома, сообщения в «ВКонтакте», кино и коктейли.
— Я тут подумал... — нервно улыбаясь, начал Гриша. Интересно, о чем же? Ну говорил бы он быстрее!
Сколько можно мучить меня?
— Уроков сегодня немного задали, не хочешь ко мне в гости прийти?
Я, честно признаться, не ожидала.
— Почему бы и нет, — дернула плечом. И стоило так долго мяться, чтобы в гости пригласить!
— Часов в семь? — предложила я.
Он кивнул и протянул мне мою сумку.
— Тогда до скорого!
Я влетела домой, с порога известила маму: «Вечером иду в гости к Гришке» — и сама скорее за ноут.
Пока он грузился, пришла мама и спросила:
— А у него дома кто-нибудь будет?
Пожимаю плечами.
— А надо?
— Нет, но...
До меня дошло, смотрю на маму и смеюсь.
— Думаешь, он приставать будет? Сексу попросит? Мама смутилась.
— Не парься. — порекомендовала я. — он поцеловать- то меня боится. Чего уж про остальное говорить.
Мама потопталась на месте.
— Да некоторые, Даш, долго запрягают, но быстро едут. Ты ему лишнего-то не позволяй, хорошо?
Смеюсь, лукаво смотрю на маму.
— Ну не знаю, не знаю...
— Вертихвостка, — вздыхает мать. — Я иду греть суп. — Она характерно указывает на ноутбук. — У тебя пять минут.
Впяливаюсь в экран, машу на нее рукой, чтоб не мешала и уходила скорее.
Мне пришло шесть сообщений. Шесть!
Открываю.
И ни одного от Ромы.
В досаде топаю ногами под столом.
— Да что за черт?!
Иду на его страницу, смотрю. Обновил статус:
«С людьми как с вином: вскружить голову могут все, но вот чтоб наутро не было тошноты — таких единицы».
Ой, как умно! Прям обалдеть. Кого он из себя строит?
Значит, был в Сети, но не написал. Музыку на стену отправил, и все. Может, он считает, что инициативу проявил, теперь я должна шевелиться?
— Как бы не так! Да пошел он!
В бешенстве смотрю на его аватар. С каким бы удовольствием я ударила по этим губам. Кажется, я его ненавижу. Точно, сейчас удалю из друзей! Хватит с меня!
Мамин голос из кухни: «Да-а-аша! Уже наливаю!»
Захлопываю крышку ноута, задумчиво вожу по пыльной поверхности. Мой палец — предатель, сам собой вывел имя «Рома». Хотела стереть, но, передумав, приписала: «Козел» — и, удовлетворенно хмыкнув, пошла есть суп.
После быстро сделала уроки — выборочно, только по тем предметам, которые мне нравятся: алгебра, геометрия, история, инглиш. На литру и русский благополучно забила. Училка добрая, можно и не делать.
За час до семи я связалась с Галькой по скайпу, направила камеру ноута на шкаф, и мы вместе принялись выбирать, что мне надеть.
— Розовый свитерок и голубые джинсы со стразами, — советовала подруга.
Я прикладывала к себе кофту за кофтой, поворачивалась к камере и вопрошала:
— Ну как?
На что неизменно получала:
«Круто!»
В конце концов сошлись на розовом свитере и голубых джинсах со стразами.
— А с волосами что сделать?
— Косички, — безапелляционно заявила Галя. — С ними ты похожа на юную Лолиту — Доминик Суэйн! Будь я парнем, так бы и съела тебя.
Я оделась. Пританцовываю у зеркала, посылаю своему отражению поцелуи. И впрямь милашка.
— Надеюсь, Гришка поцелует тебя уже. Сколько можно тянуть? — ворчит из ноута Галя.
— Да уж, давно пора, — я подмигнула подруге и, попрощавшись, выключила комп.
Я стояла уже в куртке, когда услышала пиканье своего айфона.
Разрядился. Выкладываю его из сумочки.
Мама хмурится.
— Гриша меня проводит, — успокаивающе пообещала я.
На улице уже темно, торопливо выхожу из двора, перехожу дорогу.
Гришкин дом прямо за торговым комплексом. У стеклянных дверей всегда толпится куча молодежи.
Проходя мимо, я услышала: «Эй!»
Обернулась.
От компании парней и девушек лез восемнадцати-двадцати отделилась фигура в черной куртке.
Как есть — мой вампир.
Без шапки, в расстегнутой кожаной куртке, улыбается мне своими шикарными губами.
— Привет. — Улыбается шире, прибавляя: — Даша.
Принимаю его игру.
— Привет, Рома.
Молчит, разглядывает меня — оценивает. Этот вряд ли бы краснел и стеснялся поцеловать меня.
— Ты куда-то торопишься? — наконец поинтересовался он.
— Да, тороплюсь.
Гришка там, наверно, уже ждет, приготовился. Может, торт купил?
— Ну ладно, тогда в другой раз, — разочарованно отступил Рома на шаг.
— А чего ты хотел?
Не могу ничего поделать — любопытство взяло вверх.
— Да показать тебе кое-что, — беспечно отмахнулся тот.
— А что? — делаю я осторожный шаг к нему.
Он задумчиво глянул на свою компашку возле дверей комплекса и отрывисто произнес:
— Пойдем. Тут недалеко. Сама увидишь.
Я мешкала, он заметил и сказал:
— Или потом?
— Ну пошли, — решительно тряхнула я косичками.
И мы пошли. Вдоль по улице, в сторону небольшого парка. Снова похолодало, лужи замерзли. Под подошвами моих угг характерный хруст.
А Гришка может полчасика и подождать. Нехорошо, конечно, получается, мобильника даже нет, чтобы предупредить. Ну ничего. Я быстренько посмотрю, что этот вампирюга показать хочет, и сразу к Гришке. А там уж пусть целует меня сколько влезет.
Чем дальше мы отдалялись от комплекса и остановки, тем темнее становилось. Не очень-ю приято, но я виду не подаю.
— В институте трудно? — поинтересовалась я.
— Не очень, — ответил он. — Хорошо учишься?
— Нормально.
— Ну и отлично.
То ли он меня за тупую малолетку принимает, поэтому говорит со мной о простых вещах, то ли сам дурак и два слова связать не может и тему для разговора придумать тоже. Да и непросто. Ведь есть «ВКонтакте» — там вся инфа про каждого, поэтому большинство вопросов, которые можно было бы задать, автоматически отпадают.
Но парень словно мысли мои прочитал и заговорил:
— Я когда в школе учился, в твоей, кстати, там преподавал географию такой Семен Семенович, мы его Зёма звали.
— Знаю такого, он ведет у нас географию, — оживилась я.
— Как он там? Совсем еще из ума не выжил?
— Давно и безнадежно, — рассмеялась я. — Из урока в урок все ищем ископаемые. Обещает отвезти нас на экскурсию куда-то, требует приобрести лопаты.
— А, ну ты не бойся, — улыбнулся парень. — Он и нам обещал. Так и не отвез.
— А почему Зёма?
— Он лет пять божился отвезти нас на добычу полезных ископаемых. А они же в земле. Поэтому Зёма.
Мы добрались до ворот парка и свернули на асфальтированную аллего. Во всем парке она единственная освещена.
— Видел у тебя на странице в «Увлечениях» танцы. Ходишь куда-то заниматься?
— Не, раньше ходила, года три назад, потом бросила. А что, ты занимаешься?
Он засмеялся.
— Во втором классе ходил на бальные. Мама отправила, но я быстренько оттуда сбежал.
И все-таки в доступности информации на страницах «ВКонтакте» есть плюсы. Разговор наклевывается, легко избежать промахов в духе: «Я ненавижу рэп», а окажется, что парень болен рэпом давно и безнадежно. Получается, знание базовой информации друг о друге экономит время и позволяет быстрее перейти на следующий этап отношений. Перескочить скучные вопросы: «Сколько тебе лет?» и «Что ты слушаешь?», а сразу говорить так, словно знакомы несколько дней.
Я оглядываю голые стволы деревьев, отбрасывающих жуткие тени на асфальте. А там, та парком, кладбище — совсем небольшое, но все-таки... Я сюда редко хожу, больше люблю парк та моим домом, он огромный и с красивыми прудами. Видит окон моей комнаты прямо на него.
А сюда, насколько я знаю, мальчишки из младших классов любят бегать. Страшилок начитаются и ищут приключений — дурные.
С ветки резко сорвалась птица, я испуганно вздрогнула и только тут вспомнила.
— Так что я должна была увидеть? — Я остановилась.
Он вскинул бровь.
Увидеть? Да ничего, — он засмеялся. — Просто гуляем.
Я потрясенно смотрю на него, моргаю и не знаю, что сказать. Он что, обвел меня вокруг пальца? И вовсе не собирался ничего показывать?
Все еще не в силах поверить, что он меня обманул, я повторила:
— Но ты обещал что-то показать.
— Показать, — задумчиво протянул он. Посмотрел по сторонам — на аллейке мы были совершенно одни — две одинокие фигуры, освещенные фонарями.
И тут он шагнул ко мне, резко наклонился и впился поцелуем в губы. Не просто чмокнул, а проник в рот языком. Одной рукой он обнял меня за пояс, а второй придерживал затылок.
Я была не готова и просто чуть не задохнулась. Толкаю его в грудь, а он продолжает целовать меня.
Когда же я вырвалась и отскочила от него, он с нахальной ухмылкой развел руками.
— Больше показать было нечего. — Он издал смешок. — Ах да, правда, еще есть грудь. — Рома взялся за молнию куртки, как будто собирался ее расстегнуть.
— Больной! — выкрикнула я, пятясь.
Тот отпустил молнию, сунул руки в карманы и, рассматривая меня, наклонил голову набок.
— Отвали от меня, — тяжело дыша, сказала я и, развернувшись, побежала прочь.
Ни к какому Гришке, понятно, я уже не пошла. Вернулась домой, маме соврала: «Попили чаю, вот и все» — и плюхнулась в комнате перед ноутом.
Но не включила, сидела, глядя на надпись на пыльной крышке «Рома — козел».
А я-то дура! Это надо было так повестись.
На себя я злюсь ничуть не меньше, чем на этого козла.
Около получаса я прокручивала в голове все произошедшее, когда доходила до сцены с поцелуем, руки становились влажными, сердцебиение учащалось.
Я толком и не поняла ничего. Хотя нет, вру. Кое-что поняла...
Интересно, а Гришка так умеет?
Да Гришка бы не посмел так.
Ну и чертов нахал! Зло гляжу на надпись на крышке ноута.
Нужно зайти в «ВКонтакте» и что-нибудь соврать Гришке. Что голова разболелась или живот прихватило.
Включаю компьютер. Захожу к себе на страницу. От Гришки три сообщения.
Григорий Миронов: «Жду :-)».
Григорий Миронов: «Даш, ты скоро?»
Григорий Миронов: «Что-то случилось? Ты не придешь? Я тебе звоню, но телефон отключен!»
Печатаю ему: «Прости, Гриш, у меня живот прихватило. Кажется, я отравилась. Обнимаюсь с унитазом. Давай перенесем?»
Отправляю. Вздыхаю с облегчением. Он все поймет. Гриша мальчик хороший.
Жду.
Ответа все нет, хотя Гришка онлайн.
Обиделся, что ли?
Так прямо и спрашиваю его в новом сообщении: «Ты обиделся?»
Нет ответа. Пять минут. Десять.
Да что же такое?
Ладно, напишу еще одно, извинюсь, объясню как следует...
Стоп. Его страница закрыта. У меня сердце забилось быстрее и дыхание перехватило. Гришка удалил меня из друзей. Просто взял и удалил, ничего не объясняя, и ограничил круг людей, которые могут писать ему сообщения.
Сижу в шоке.
Затем схватила телефон, звоню Гальке.
Та отвечает как-то недружелюбно, но я не обращаю внимания, ору:
— Ты видела? Гришка удалил меня из друзей!
— Ага, — обронила та безразлично.
— А ты чего такая? — изумилась я.
— А ты свою стенку читаешь? — поинтересовалась подруга.
— Я... ну да... — обновляю страницу, смотрю стену, и с моих губ слетает тихий стон: — О-ой...
Галя обиженно говорит:
— Ну ты, Даш, звони, когда поймешь, что лучшим подругам так не врут.
Щелчок, и в трубке короткие гудки.
Я смотрю на сообщение от Ромы на своей стене, отправленное более чем час назад, и тихо фигего.
«В парке было круто. Хорошо целуешься. Повторим?»
Когда успел? Гад! Во-от га-а-ад!
Я безжалостно жму крестик и удаляю сообщение.
Наверно, он с телефона зашел и оставил сообщение сразу, как я убежала из парка.
И Гришка все это видел. А Галька думает, что я ей соврала. Вот так попала!
Я медленно — нахожусь в каком-то заторможенном состоянии — иду на страницу вампира. Наглая морда как раз в Сети.
Смотрю на аватар, прищурив один глаз.
— Ну, ты у меня получишь!
* * *
По дороге в школу Гале я все объяснила. Она поняла. На то мы и суперподруги. Между нами какой-то болван с красивыми губами не встанет — исключено.
А вот с Гришей будет сложнее.
— Этот Рома за танец тебе отомстил, как пить дать, — сказала Галя, когда мы поднимались по лестнице на школьное крыльцо.
Я кивнула. Сама уже так подумала. Хоть и странно, что его так задело, при его-то популярности у девушек.
— Что будешь делать? — спросила подруга
— Мстить! Я буду мстить!
Галя хмыкнула.
— Я про Гришу.
— А-а-а...
Вес мои мысли захватили Рома и месть.
В школе Гриша демонстративно меня игнорировал. Баранов, в качестве поддержки, тоже со мной не разговаривал. Зато оба усиленно общались с Галей и Мирой.
И меня даже обида взяла.
Почему Баранов в поддержку Гришки не разговаривает со мной, а мои подружки в мою поддержку не могут их игнорировать?
И чем больше я об этом думала, тем сильнее обижалась.
А когда все уроки закончились, мое негодование достигло апогея, и я, не дожидаясь Галю и Миру, убежала домой.
От Гахи пришла эсэмэска: «Ты чего не подождала меня?»
Я не ответила. Злюсь.
Дома сперва поела, только потом села за ноут.
Я давно заметила, что, когда с кем-то ссорюсь, мне даже в Инет не хочется выходить. Потому что там, среди множества людей, без близких друзей, чувствуешь себя одиноко. И одиночество такое особое, острое, что ли. Да и при всем многообразии сайтов становится совсем некуда пойти.
Захожу на свою страницу, сообщений нет. Одно это уже очень грустно.
Смотрю на стену, куда одноклассница бросила позавчера фотку с котенком. Иду на ее страницу и шлю ей открытку с толстым забавным щенком.
Вот что значит ссора с друзьями. Начинаешь общаться с теми, кто тебе был не особо и интересен.
Я посидела, глядя на отправленную открытку. Одноклассница в Сети, но даже тупо смайлик мне на стенку не кинула. Зло берет. Вот когда мне не нужно, всякие закидывают ерундой, которую я игнорирую. А как только сама им отвечу, игнорируют они.
Вздыхаю. Иду на страницу вампира, он офлайн, рассматриваю его аватар.
Месть. Вот чем я займусь.
Не могу сдержать смеха. У меня есть план.