Эпизод 16: Змеи, змеи, змеи...
Эр не успел и вскрикнуть. Звонкий свист хвоста по воздуху, шуршание камешков под ногами - и его опрокинуло навзничь. Урика исчезла с его глаз и на коротенький миг показалось, сейчас оглушит свирепой болью, когда его разорвет о скалы... Тугой воздух скрутил пеленой, тащя вниз-вниз к лютой смерти. Нет-нет-нет-нет, запричитало в отчаянном страхе все его существо, но темная река под ним не приближалась, а наоборот, размывалась и удалялась... Что, что это такое?! Он попытался ухватиться за воздух, глупо, безнадежно, и кажется падая не вниз, а вверх!
Вместо тьмы, на него летело Солнце. Все жарче и ярче, настолько, что Эр ослеп от безумного света, отчаянный ужас смерти от падения сменился ужасом сгореть заживо... Но боль так и не наступила - ни та, ни другая. Эр будто рукой великана подхватило и осторожно перевернув, поставило, он ощутил под собой твердую землю. Ноги не удержали его, он, наконец получил хоть что-то ожидаемое: рухнул в высокую траву. Офицер все еще ничего не видел, зрение залило белым светом, но он с огромным трудом сообразил, что может быть в каком-то поле, или на лугу.
- Бабка! Слышишь, бабка, че с этим делать? - закричал кто-то у него над ухом и Эр зажал голову руками. Звуки невыносимо громкие. Во рту все жжет, дышать трудно.
- Лучше убейте меня сразу, - хрипло, со скрипом прошептал он, но не надеясь на такой исход, зная, как поступают с ангелами в семи мирах. Всюду, кроме мира людей и собственно, Эдема, небесных ненавидят, и не суть важно, в каком из миров офицер оказался. Думать об этом было попросту невозможно и бессмысленно. Он ощущал такую адовую тошноту и слабость, что сражаться за себя не видел никакой возможности... как не видел вообще ничего.
Прошуршали шаги по высокой траве и Эр напрягся изо всех сил, кое-как собирая зрение хоть в какую-то кучку. "Работайте же, эльф бы вас ебал!!" - выругался он на свои предательски негодные глаза и сумел разглядеть подол длинной серой юбки, и конец палки, что упирался в землю прямо перед его лицом.
- Ангел! - презрительно произнес кто-то, кто орал над ухом, и владелица юбки зашипела:
- Шшшш, заткнулся! Оставь нас и иди отсюда.
Палка замахала в сторону:
- Сам ты ангел, чурбан пустоголовый! - женский, ворчливый и низкий, но приятный голос успокоил раздерганный слух Эр. - Ангел сюда бы никак не попал, ты щамлак* совсем?
*щамлак - тупой на змеином языке.
- Но он же... - возразили ей. Кажется, мужчина, и вроде молодой. Хорошо, что "бабка" его сдерживает. Офицер сейчас уж слишком легкая добыча.
- Свали с глаз моих, сказала уже! - палка грозно постучала по земле. К радости Эр недовольный "чурбан" ушуршал прочь.
Эр судорожно вздохнул и накрыл ладонями полуслепые глаза. Он больше не хотел ничего контролировать. У него просто не осталось сил за себя бороться... будто выпотрошили, набили как попало старой ватой те места, которые отвечали за самосохранение, и бросили.
А невидимое существо присело с ним рядом, опускаясь в траву. Мягкая, но властная рука легла ему на лоб, вторая принялась гладить и перебирать его волосы. Боль и жжение в глазах потихоньку унялись, послушные прикосновениям.
- Ишь ты, облизанный, - пробормотала женщина, ну или существо, подобное женщине, пропуская сквозь пальцы черную прядь ангела. - Наш, наш... Нашшшш....
Она шептала и шепот этот утягивал Эр в прохладную, блаженную темноту.
Сквозь забытье, Эр слышал, как тихо поет этот голос... приятный, надежный, полный света, травяной свежести, полуденного солнца, розового аромата любимых волос. И если бы у Эр когда-то был дом, если бы он знал что это такое, то он сказал бы - я дома...
В беспамятстве ему казалось - нет, он был уверен, что знает, это чувство - Дом.
Это руки, что гладят тебя за шалости, а не бьют. Это сказки в волшебном свете свечи перед сном, а не повторение правил Шестого мира. Это долгий утренний сон на рассвете, пока солнце не глянет в оконце, никто не разбудит холодным окриком "Подьем!" А только коснутся теплыми губами щеки и ласково напомнят: "Солнышко, уже утро!"
Ангел плавился в дремотном забытьи, и оно шептало ему о том, что это такое - Детство.
- У нас про таких говорят, "гадюка облизала", - с доброй улыбкой в голосе проворчало существо.
- А чего... - начал было Эр и замолчал, потерял, что намеревался спросить, все стало не важно. Он распахнул глаза, вновь зрячие, притом как-то по-особенному остро. Будто ему зрение промыли чистейшей водой и отполировали лучшим инструментом. Вроде бы все то же самое, но трава зеленее, солнце яснее, воздух... кажется, Эр способен видеть сам воздух! Очаровывающее ощущение, магическое! Но не отвлекаясь от важного, Эр не моргая, уставился на названную "бабкой". Она поднялась, опираясь на простую, серую, временем отполированную палку. Довольно старая но крепкая, высокая, жилистая, худая, женщина была одета в длинную шерстяную юбку, на ногах красовались богатые башмаки темного бархата, что странно, отметил офицерским взглядом Эр. Между собой простые и дорогие вещи не сочетаются, статус "бабки" не прочитать с наскока - дворянка или земледелица какая. Черный кафтан без всяких знаков, подпоясан шелковым поясом с кисточками, на голове бордовый в сдержанных узорах платок.
Строгие черты лица особенно дополняли поджатые, от возраста усохшие, но в молодости явно бывшие полными, губы. Глаза у нее оказались темными, как бурое золото и прозорливыми, а брови идеально ровными, хотя и вылинявшими. А вот ресницы она сохранила длинными и черными. Женщина протянула тонкую, сухую руку: ногти ухоженные и кожа трудом не натерта, снова подметил Эр.
- Тебя не кошка первой вылизала, а змея*, - грубовато рассмеялась "бабка". - Пойдем, пойдем, не бойсь... Тут все свои. Ангел, не ангел, я же все вижу! - добавила она и тряхнула головой, платок сполз на плечи и из туго собранной седой прически выпала прядь... Черно-белая. Эр с шипением отдернулся, попытался встать, земля под ним стремительно завертелась, словно затягивая в воронку и в одно мгновение для ангела снова погас свет.
*у ангелов считается, что после появления на свет, их вылизывают кошки.
- Лёр... - хрипло вскрикнул Эр, разбудив сам себя. Его качало, будто он медленно, томительно медленно выплывал со дна глубокого озера на поверхность, к мутному, водой разбавленному свету.
- Шшш, шшш, - утешительно шептал кто-то чудесный, покачивая его, держа, как любимое дитя, на коленях. "Бабка?" - с усилием вспомнил он.
Эр попытался напрячься, умом он понимал, что надо быть начеку, но ему не хотелось до такой степени, что эльф бы с ней, с той "гипотетической опасностью".
- Баба твоя? - спросил добрый голос.
- Не баба она... - кашляя от сухости в горле, заспорил Эр. Но упираться не стал, ему хотелось оставаться в ласковом забытьи.
- Ну уж конечно, с таким-то именем! - расцвел смехом голос и Эр кое-как приподнял веки. На него глядело сверху уже знакомое иссушеное временем, строгое но красивое, хотя и полное морщин, темнозлатоглазое лицо.
- Бабка, ну чё ты там, - донесся откуда-то со стороны давешний голос и она со внезапной злобой огрызнулась:
- Рот закрой и исчезни! Выйду, когда сама выйду!
В глазах ее сверкнули яркими искрами золотые проблески и тут же погасли, когда она снова поглядела на ангела. Эр растянул одобрительную лыбу. Какая деловая, палку в рот не клади - подожжет!
"Откуда такое выражение?" - для порядка удивился он, но в целом-то ему было все равно. Слишком хорошо и спокойно здесь ему, на жестких коленях, окутанному древесными запахами, в теплой полутьме... Бабка тепло ему улыбнулась и поправила сначала свою черную прядь посреди выбеленных сединой волос, а затем и его такую же отвела ото лба за ухо.
- Так эта Лёр, она кто тебе? - спросила она, как бы между делом.
И тут в Эр включился подозрительный офицер.
- А тебе что? - очень невежливо пробурчал он, но отлипать от рук бабки не собирался и надеялся, что гнать его она пока не станет.
- Да так, в самом деле, ну подумаешь, тоже мне, велика беда! - с усмешкой, тяжелым пристальным взглядом наградила его "бабка" и похлопала ангела по плечу: - Пойдем-ка, надо тебя доктору показать. Что-то плох ты совсем.
- Долго спал? - хрипло вырвалось у Эр само, он сглотнул немного слюны, смачивая пересохшее, саднящее горло.
- Да часиков как пять, - проворчала старуха и аккуратно убрала свои колени из-под Эр, вставая.
Эр с кислой гримасой, неохотно сел. Обнаружил себя на кровати, прикрытой вышитым балдахином. "Ого, красота!" - невольно восхитился он и потрогал мягкий темно-красный бархат в затейливых узорах неведомой вязи, похожей на рисунок змеиной кожи. Казалось, это письмена, но их смысл для Эр остался нечитаемым.
- Вставай, вставай, доктор у нас своевольный, ждать не любит, даже меня, будет больно шибко шипеть! - подстегнула бабка и Эр высунулся из укрытия, осмотрелся. Дом оказался не очень большим, но и не маленьким, похожим на хорошую, добротную зажиточную избу, без излишеств. Темные стены, зеленые полы, высокие окна в бархатных же изумрудных шторах. По стенам на полках книги да букеты трав в маленьких вазочках. В углу высокое, старинное зеркало в черной раме. Как раз возле него и стояла "бабка", такая прямая и крепкая, что со спины ни за какую старуху ее не примешь. Она подкрашивала губы, набирая из маленькой баночки пальцем темную помаду. Поглядела через плечо на Эр:
- Выходи уже, раньше выйдем, раньше все, что там у тебя в голове змеится, узнаешь!
Эр настороженно встал. Ноги на удивление хорошо сработали, не подвели. И вообще, во всем теле образовалась такая легкость, будто он спал долго и всласть, но не излишне, не до мутной ленности. Пять часов, это ж поболе даже, чем обычная норма сна на Небе!
Женщина развернулась и махнув ему, вышла из комнаты. Эр ничего не оставалось, как отправиться за ней.
Он попал в другую комнату, небольшую, почти пустую и полутемную. В два незанавешенных окна глядела ночь, Эр только сейчас это понял. "Да сука, Ур мне мозг проковыряет ножичком", раздраженно подумал Эр.
- Айда, вот сюда садись, - пригласил другой голос, и ангел вздрогнул. Он сразу не заметил у стены на узкой лавке, как таких называют? "Деда", если та, что привела его сюда называлась "бабкой"? Эр оценивающе смерил его взглядом: да и не совсем он дед, просто мужское существо в возрасте, не молодой и не особо старый, но Эр решил, что все равно старик.
Одет этот дед - недодед был во все темное, застегнут под горло, сухой и строгий. Темноволосый с хорошей такой, заметной проседью, и - да что вы! - тоже с контрастной прядью у лица, убранной за ухо. Правда, в отличии от самого Эр и бабки, прядь та отдавала ржавой рыжиной. Глаза тоже оказались позолоченные, темные с желтым напылением. У Эр внутри что-то нехорошо зашевелилось. Он с опаской покосился на бабку. Та с доброй улыбкой встала у плеча "доктора", и приглашающе повела рукой на лавочку.
Эр послушался и сел на самый край, подальше от не ахти, какого приятного, пытливого взгляда "доктора".
- Так у тебя жена есть? - без "здрасти" и других вопросов, залепил вопросом в лоб бабкин друг, или кто он там ей?
Эр помедлил. Жена, это что такое? А! Соединенная, что ли?
- Ну нет, это не так называется! - поглядел он прямо и враждебно, ему этот "доктор" совсем не нравился, но странным образом, и не хотелось противиться воле доброй к нему "бабки".
Мужчина напоказ хмыкнул, оглядел Эр и повернулся к бабке, мол, гляди какой. Хмыкнул снова и наклонился к Эр поближе, разглядывая его лицо немного снизу, будто что интересное там нашел.
- Так и че тогда, как бы она там не называлась? - насупившись, пробормотал он, и Эр это не понравилось еще больше. Куда он там смотрит? Куда-то под челюсть? Чего в Эр высматривает?
- А чего надо? - огрызнулся он и тоже глянул на бабку, ища у нее какого-то ответа. Но та только качнула головой, мол - погодь! - и переглянулась с доктором, смеясь золотыми глазами.
Доктор пожевал щеки, кашлянул, разглядывая под ногами пол. Выразительно прищурился на Эр:
- Ты правда такой дурак, или прикидываешься?
- Или прямо говори, чего тебе надо, или заткнись! - окрысился Эр, не стесняясь - а чего ему, он в подопытные не напрашивался!
На что бабка и ее приятель одинаково фыркнули и вдруг закатились смехом, до неприличного веселым и громким.
Эр глядел то на одного, то на другую с растущей злостью, ничего не понимая.
- Эх, ты, тетеря, - свысока упрекнула бабка, а доктор встал и похлопал ангела по плечу.
- Ты ду-ду совсем? Надо было не себя золотом травить, а ей отдать, простофиля!
Эр едва удержал себя на месте, чтобы не вскочить и не ответить "доктору" по-военному. Да ты кто такой, чтоб с офицером в этом тоне разговаривать?
- Вас на Небесах маленьких ангелов делать не учат? - деловито уточнила бабка. Доктор ей кивнул, и сдержанно, будто не он тут позорно ржал только что, поправил сюртук.
- Вообще-то нет, потому что, если вы не знали, уважаемые, это невозможно, - холодно ответил Эр и тоже встал, прямой как пику проглотил. Теперь он оказался выше этих двоих стариков, что с удовольствием про себя отметил.
Бабка и доктор замолкли. Доктор аж завис в пространстве без движения. Эр зорко наблюдал, готовый в любой момент послать их эльфам вдоль забора и уйти! Куда, не важно, не потеряется! Бабку дернуло, этого ее "доктора" тоже вслед за ней, и они взвыли от смеха.
- Не... Невозможнооо!! Ой, мама моя змея, не... невозможно!! - загибался пополам доктор.
- Вас там правда этой пургой небесной потчуют?! - вопросила бабка, и стукнула палкой по полу, от души веселясь.
- Так, - ледяным тоном, насколько может, произнес Эр, развернулся и поискал взглядом дверь, но не успел, тяжелая рука бабки легла ему на плечо. Она не держала, но Эр все равно остался. Он набрал воздуха, и задержав дыхание, повернулся:
- Так? - спросил он, глядя бабке в лицо. Что-то болезненно ворочалось на краю сознания, копошилось где-то в затылке так, что тянуло почесать, а что?! Но не получалось уловить что-то важное, свести между собой один плюс один... будет восемь? Нет, три... эльф тебя драл, что ж это такое?! Очевидная, простая мысль ускользнула, хотя так и просилась быть наконец-то пойманной!
Бабка кивнула ему, и глаза ее говорили о том же - ну, давай, пойми, еще чуток, ты сможешь!
Эр сел обратно на лавочку. Доктор приблизился к нему с хмурым лицом, с каким подходят к непокорной лошади, опасаясь быть цапнутыми. Он держал наготове начищенную металлическую палочку. Эр неприязненно глянул на него - чего? Старый насмешник дернул головой, и открыл ангелу рот своим инструментом. Эр смотрел на него огромными глазами, но все-же не противился. Доктор палочкой потыкал в основании щеки справа:
- Вот это золото!
У Эр рефлекторно сжались зубы, клацая о металл.
- Больно, да, чтобы поделом было тебе, жен своих без детей оставлять!
Холодная палочка надавила сильней.
Эр дернулся и за щекой сквозь боль проступило что-то горячее и вязкое - кровь?! Но нет, по языку поплыл горьковато-кислый вкус, совсем не кровяной. Бабка огладила его по плечу:
- Ниче, ниче...
Эр сам не понимая, отчего, продолжал ее слушаться. Будто так надо, так единственно правильно! Что, какая-то магия? Как она это делает?
Доктор повернул палочку за левую щеку:
- А вот и серебро твое. И зачем оно тут?
- Для инициации, - пробурчал Эр, когда инструмент освободил ему рот.
Бабка и доктор переглянулись.
- Уверена, малая? - спросил с подвохом доктор.
Бабка хитро прищурилась.
- Ну, малой, так-то, - тихо поправила она. Доктор хмыкнул.
- А ты по кому равняешь? - уточнил он.
- Так у них там, в этом их Эдеме, - вскользь бросила бабка.
- Вообще-то да, я свои возможности отлично знаю! - гордо задрал голову Эр. - Я офицер!
- Ну еще бы, они такого в солдаты отдали, были б совсем безмозглые! - кивнула бабка, задумчиво чертя палкой по полу.
- Послушай, - внезапно серьезно произнес доктор. - Вы ее так приспособили, я имею в виду, ангелов, коль уж позволительно к тебе так выразиться, железу свою. А на деле, это такая же штука, что и у всех нас во рту.
Бабка покивала, Эр растерянно посмотрел на нее, ища поддержки, что за ересь он сейчас услышал? У кого "у всех нас"? Кто эти "мы"? Но она прикрыла глаза, показывая - дальше сам.
- Ангелам она не служит больше, чем один раз, потому что вы ее не используете, - пояснил доктор, деловито протирая свою палочку какой-то вонючей тряпочкой. - А так, серебро и золото не для развлечения. Оно для зачатия.
Он говорит плоско и буднично, но на Эр слова эти лились кипятком.
Он, холодея изнутри и прижавшись к стене, принялся по ней руками шарить, ища трещину, в которую сможет провалиться. "Может, я переломался на скалах и с ума сошел?" - даже эта жуткая мысль показалась ему спасительной. А безжалостный доктор продолжил переворачивать весь его мир вверх тормашками:
- Если есть подходящее существо, и любовь между вами, то все будет, как надо. Но вы ж не торопитесь таких искать... И серебро больше одного раза не вырабатывается. Все ясно теперь?
- А... - только и нашел, что выдавить Эр. - Как не торопимся, мы же... а двадцатка?!
- Хосспаде ты боже, - вздохнул доктор и спрятал палочку в нагрудный карман. - Любовь заказная по чужому лекалу, эт че такое... ну, сравнил!
- Тебя эти Небесные распорядки не ахти касаются, - проворчала бабка и поймала полный дикого недоумения взгляд Эр. Она вздохнула и закатила глаза к потолку, поводила по нему взглядом, будто ищет там чего.
- Ты на себя посмотри, ну! - ворчливо проговорила она и наклонившись заботливо пригладила черную прядь Эр. - Ты ж ангел со змеей напополам!
- Так... так не бывает... - слабо пролепетал Эр и обхватил себя за плечи, ставшими ватными руками. Губы и ресницы у него дрожали. Он не был готов поверить и готов одновременно, в одной части мозга плясал довольный черт - а я же, вот, ну же, говорил же!! Вот оно, которое ты так пытался ухватить, да все выскальзывало! А во второй части хмуро, сумрачно упиралось - брехня, какие еще змеи, не бывает никаких змей!
Бабка хмыкнула, доктор глядел на нее с выражением "что за тупень?"
- Ну а как ты тогда получился? Глаза твои змеиные, золота полон рот, а все остальное от ангела? - начала раздражаться бабка и села с одной стороны от Эр на лавочку.
- Вам про людей что говорят? - вдруг серьезно спросил доктор и сел с другой стороны.
- Что именно вам надо знать? - насупился Эр, прячась в привычный кокон отстраненной холодности.
- Контакты интимные запрещаются? - с нажимом уточнил старик.
Эр сам не понял, зачем, но глянул на бабку, ища разрешения отвечать. Та кивнула - мол, валяй.
- Смертная казнь, - ответил угрюмо он.
- А за что? - склонил голову набок старый коновал.
- За превращение человека в подобие ангела! - с вызовом вздернул подбородок Эр.
- И как это происходит? - снова уточнил доктор и они с бабкой затаенно переглянулись.
- Если понравится, - тихо пробурчал Эр.
- Ну вот именно, и че тогда будет? - надавил доктор.
- Ниче, я не пробовал, - ответил Эр, и сцепил на коленях руки.
- Да серебро потечет, дуралей, хафиша*! - вышел из себя доктор а бабка рассмеялась.
*блядь, светский змеиный язык
- Ну не всегда, это он на всякий случай в уши вам надудонил, - пробормотала под нос она.
- Кто? - цепко глянул на нее Эр.
- Да бог этот ваш, кто еще! - с нажимом проговорила старуха и смахнула снова выпавшую черную прядь.
- Но как... У нас же и матки нет, и... как их... - проблеял Эр, чувствуя, как лавочка вертится под ним, готовая опрокинуть.
- У ангелов нет, ну и чего? У человеческих сущей тоже не у всех, живут же, не прекращаются! - пожал плечами доктор.
- А это... - прошептал Эр и уже не знал, на кого смотреть и что думать.
- У тебя? Должна быть, - кивнул доктор. - Кабы ты не дев...
- Тихо, тихо! - подняла предупредительно руку бабка. - Ангел он, ну что ты!
Однако в голосе ее было столько фальши, что Эр слегка замутило.
- Так а как же... - пролепетал он, хватаясь за полыхающие щеки.
- Чего как? - уставился на него доктор.
- Ну а как... Человек тогда как... От ангела... У нас же... Не так все...
- Да так, а ты думал, духом святым? - иронично скривился доктор. Бабка, к счастью, молчала, не кидала в костер ужаса Эр дров.
- Ну... Я так и думал...
- Эх, что ж за порядки у вас там, детям головы мишшам сишаха* какой-то пичкают! - вспылил доктор и вскочил с лавочки. - Каким ещё духом, ну? Тем же самым серебром в рот, а хошь - так и не в рот, тоже сойдет, куда надо.
*ссаной трухой, светский змеиный язык
- Вы откуда знаете, вы ж змеи! - выкрикнул Эр и сам не поверил, что такое говорит - змеи миф, сказка, небылица! Но... а эти двое тогда кто, по всем приметам, да еще и сами сказали?
Бабка стукнула палкой по полу. Доктор угрюмо оглядел Эр.
- Один ты у нас умный, образованный, малец?
Он дерзко глянул на бабку:
- Иль все-таки, мал...
Бабка злобно зашипела и докторишка захлопнул рот.
Эр смолчал. А он сам тогда кто. Кто. Кто.
Он набрал воздуха и сгреб в охапку всю свою решимость, уже нарисовал, как произносит это: "Итак, я змея, или что-то вроде, что там дальше?"
- А дальше у нас вот что, - глухо, с угрозой проговорил доктор, мрачно сверля его глазами: - Так ли эдак ли, ангел ли, змея, а у золота свое назначение. Если будешь с той, к которой испытываешь интимную тягу рядом* и ей золото не отдашь, как природой положено - ослепнешь. Оно тебя отравит.
- А... - Эр открыл и закрыл рот, слова смешались в кашу и заткнули комом горло.
- Выйди-ка, - мирно, но настойчиво, сказала ему бабка и подтолкнула к двери.
И Эр, который вот только собирался выскочить восвояси, и топать куда угодно отсюда подальше, вдруг вцепился в лавочку. Да как так? Да почему? Скажите мне нормально, что творится! Если я ваш, то наоборот - разве я не могу остаться?! Разве я должен уходить, разве мне не надо точно знать...
- Блядь!! - выкрикнул он и стрелой выскочил в коридор. Но остановился у стены, быстро, сбивчиво дыша, от обиды, от горечи, от растрепанного сердца, от страха за себя, от нежелания вот только обретя тут же потерять - и чувство дома, детства, чего-то своего, и даже самого себя! Эр размазало по стеночке, он задыхался, больше всего хотелось не держать в горле горькие слезы, а вернуться туда, в комнатку, уткнуться лицом бабке в колени, и реветь, реветь, как никогда, ни разу в жизни не ревел он. Бурно, глупенько, позорно, от души! Рыдать, не объясняясь и чтобы по головке гладили.
Но остро заточенный, вышколенный, хищный офицер в нем не дремал. Он вслушивался, прямо сквозь шумное биение крови в ушах, сквозь стену, о чем говорят эти две... змеи? Змеи. Так, офицер, собрался, хорош тупить! Эр задержал дыхание, чтоб не мешало слушать.
- ...как дед, но не совсем...
- ...золото мужчина значит...
- ...но ангел чей?
- ..где тот его дед гулял и с кем, оно и...
- проявилось?
- я пока не поняла, но вижу, истинно наш...
- ...скажешь?
- ошашел? Чтобы нас Господь тот всех в огонь...
- ...и то верно, офицера не отдаст задарма...
Что это такое? Вроде и слово каждое слышно, а вроде и понять нельзя. Как мелких камешков им в речь насыпали, катаются в сознании Эр - тут понял, там затерлось, тут опять. Он мучительно вслушался, зажмурился до боли.
И понял, что понимать этот язык не должен! Звучал он как перекат от шипения к щелчкам, затем в тягучие гласные, и опять какой-то "шшшу-шшу-шу". Но почему-то все же понимал, пусть и кусками.
- ...ну а сразу че мне не сказала? Он теперь все знает...
- ... не страшно, не глупый же уж...
- так он или она?
- оставь, сказала! Тому еще два года сроку, там увидим...
- смены глаз ждать будем?
- ... там и сам решит, я уж подговорю тихонько...
- ...ну смотри, ты тут...
На последнем слове Эр засомневался. Смысл проступил сразу тремя словами - "мать", "богиня", "королева".
- Ну, войди-ка, что стоять! - позвала его бабка снова, приветливым голосом и на понятном, общем языке*.
*общий язык - вроде английского, введен был Господом для всех миров, чтобы все друг друга понимали.
Эр вошел, чинно сцепив руки на животе. Сел на край лавки, не поднимая глаз, выражая почтение. Он уже понял, что препирательства дают одни насмешки, толком так он ничего и не узнает.
- Ну вот, теперь давай сюда свои вопросы! - бабка с ободряющей улыбкой похлопала по лавке между ними. И Эр дал:
- Чей я?
- Наш, - просто ответила бабка, разглаживая юбку. - И их!
Она подняла взгляд, теплый и открытый.
- Но больше ваш или их? - стараясь говорить ровно, спросил Эр. Внутри него все мерзковато дрожало.
- Их, наш, как тут скажешь? - размыто проговорил доктор. Он стоял, прислонившись плечом к стене, скрестив ноги и глядел на Эр с легкой, блуждающей улыбкой, будто все еще изучая, что-то в нем выглядывая.
- Будет тебе девятнадцать, там поглядим, - опять своим этим добрым голосом проворковала бабка, как маленькому и огладила Эр плечо.
- Куда поглядим? - уточнил Эр. "Мне что, два года с этим жить, вы издеваетесь?! Я доживу вообще?!" - подавился он выкриком, и кашлянул.
- Кто верх возьмет, - покивала бабка.
- У змей в девятнадцать взрослость, - сухо заметил доктор.
- Так поздно, - сдерживая гулкие толчки растущего отчаяния, поглядел в пол Эр. - Так а золото тогда откуда? Не рано?
Он снова ощутил кисловатый привкус во рту и тяжесть за щеками, куда тыкал доктор. Весь этот абсурд крутил ему мозг, наворачивая на палочку, но он решил сыграть по предложенным правилам. Реальность еще не так его избивала и рвала на тряпки, в целом, можно с чем угодно справиться. Вот и посмотрим, как получится на этот раз! Эр сильный, он все вынесет!
- Ну, стало быть, не рано, ты ж не змея-змеей, у тебя свои режимы анатомии, - развел руками и выкатил губу доктор: - А одно скажу, наверняка. Вон, вижу, вижу, так на морде и играет!
Бабка огрела его предупреждающим взглядом, доктор сощурился и замолчал. Эр тронул лицо - что там у него играет?
Ему было не очень сподручно такое уточнять при бабке, но и промолчать - значит, себя подвести под беду! И пересилив неловкость, Эр спросил:
- А что же, золото разве иначе слить нельзя? Я верно понял, что травлюсь им?
- Вона как тебя крутило, сам видал, - веско подняла палец бабка.
- Кхм, - снова кашлянул Эр, стыдясь неловкой темы. - Но я же в целом-то себя нормально чувствую... Чувствовал... да, кстати! Как я сюда попал?
- Обыкновенно, - фыркнула бабка. - Как все змеи ходят, ход под ноги попался.
"Какой-то змеиный колодец", понял для себя офицер.
- Значит, просто повезло, - задумчиво пробормотал он. - Как удачно я упал...
- Сам упал али помог кто? - с ехидцей уточнила бабка.
- Сам, - тут же ответил Эр. Винить любимую он ни в чем не собирался. Она не специально!
- Вода была? - спросила бабка. Эр с недоумением свел брови, бабка пояснила: - Змеи через воду ходят.
Эр кивнул - ну, была, в целом-то, скала же над рекой.
- Ну вот, - кивнула бабка.
- А золото? - деликатно напомнил Эр.
Бабка поджала губы. Доктор устало потер переносицу:
- Нет, сам не сможешь, ничем ты его не сцедишь, оно или в кровь идет, или надо отдать той, кому оно надо. Иди просто уйти от нее, да подальше. Перетерпеть и пройдет. Засохнет. А чего уставился? Так оно работает.
Эр застыл, глядя в стену перед собой. Слово "уйти" он пропустил мимо ушей, как бессмысленное.
Попытаться железу вырезать? Он тронул языком за щекой, и вздрогнул. Больно, дергает, как при воспалении. Нет, наверное, нехорошая идея. Намучаешься, а оно еще обратно отрастет.
- Ну а если я откажусь... - опасливо, настороженно произнес он.
Доктор помолчал. И бабка тоже. Она вдруг встала, и кивнула Эр подняться.
- И кожа слезет, - угрюмо проговорил доктор.
Эр уставился на бабку огромными, полными тоскливой муки глазами. Это плохо, это все ужасно плохо...
- Послушай, кояшым*, - сказала она.
*солнышко мое, заимствование из татарского для змей
- Как мне отсюда выбраться? - перебил ее Эр и добавил торопливо: - Извини, мне правда надо.
"Змея или нет, а меня за задержки без причины на кости* поставят!" - пролетела темная, нехорошая мысль.
*поставить на кости демонов - серьезное, очень болезненное наказание.
- Я покажу, - кивнула бабка не глядя на доктора, взяла Эр за плечо и повела на выход. Он поплелся за ней на неуверенных, слабых ногах. Возвращаться было страшно, напичканным жуткими, нелепыми, но как ты не спорь - реальными сведениями.
Бабка вывела его на задний дворик, где сразу за калиткой начинался спуск к реке. Ночную траву устилал туман, словно плотным одеялом, и Эр больше всего хотелось лечь в него и... не существовать. Исчезнуть, не разбираться со всей этой смутой!
- Войдешь в воду, и подумаешь о Небе, вода сама тебя выведет, не бойся, - ласково бормотала бабка, аккуратно спускаясь вместе с Эр по узкой тропке. Он покорно плелся вниз, а что ему еще оставалось?
У самой кромки воды Эр остановился, посмотрел бабке в глаза, с тоскливым желанием остаться, никуда не уходить, спрятаться в ее уютном доме, позабыть про Небо, забрать сюда... Её. Раз змей не существует, значит, и найти их с Лёр здесь никто не сможет!
Но бабка не звала остаться. Она ведь сама его до воды проводила...
- Ничего, ничего, всему свое время, - утешительно ворковала бабка, поглаживая Эр плечи, и он с трудом сдержался, не обнял ее.
Она сама обхватила его, прижала к себе и быстрой скороговоркой забормотала:
- Тридцать три секунду, чтобы золото попало в кровоток и оттуда в матку, дай ей попить, если хочешь больше, и поесть, если меньше, решай быстро, сколько будет змеят, и не бойся, ничего не бойся!
Эр ничего не понял, но решил придержать ее слова до спокойного момента, когда сможет достать их и обдумать Он судорожно вздохнул, сжал кулаки, развернулся, быстро вошел в воду по пояс, и больше не оглянулся, хотя слышал, как шуршит серая юбка, удаляясь.
Эр брел в воде все глубже, не оборачиваясь.
Он шептал на каждый шаг по одному слову:
- Змеи. Змеи. Змеи...
И замолчал, только когда вода закрыла ему рот и уши.
Ощущения были очень странными, вроде и в колодце, точно так же надо не дышать и брести по дну, замедленно и осторожно, стараясь не вдохнуть воды... но только воды настоящей, а не мутной субстанции колодцев! И нет страха, не скручивает ледяным смертельным ужасом, как в привычных проходах между мирами!
Однако, все это Эр отмечал вскользь, терпеливо продвигаясь вперед сквозь толщу воды. Он мучительно думал - что скажет Лёр?.. А больше его сейчас ничего не интересовало, все размылось и отошло "на потом".
Она поела? Что там с ее хвостом? А вдруг, ее кто-то нашел? И как, блядь, ей сказать, что он... Змея? Паршивая полукровка, позорное создание, не имеющее права дышать Небесным воздухом! Он, гордый офицер Эдема - сам тот, против кого вел охоту? Кто... "подлежит уничтожению".
Вода вдруг начала светлеть и через два шага Эр вынырнул, хватая воздух. Он огляделся и увидел, что стоит по грудь в Реке, залитой розовым рассветом, а на берегу высится Мировое Древо, и за ним темнеет высокий холм, а там, на холме - его "любимый" Гарнизончик. Ну, вот мы и "дома", если вообще у кого-то язык повернется это место так назвать. И дом ли это для него теперь? Как ему здесь оставаться, если он... О, ебаный ты эльф, да лучше б я родился чистым эльфом!
Эр быстро выбирался из воды, больно впиваясь зубами себе в язык - прекрати. Эльфом точно ты не будешь, соберись, решай проблему!
Он встал на берегу и оглянулся. Надо же, Река как Река, а кто-нибудь вообще в курсе, что в ней прячется проход, да не куда-то, а в мир змей? Да-да, тот самый, сказочный, несуществующий!
- Ну, значит, я из сказки вылез, - проворчал он. - В целом, ничего такого, у нас вовсю вертеп и без того крутится - то демоны по Небу лазят, то...
Он замолчал, только сейчас до него достучалось: эй, а почему не "Урика"? Он аж запнулся за эту мысль - в смысле, почему... поискал и тронул ее тайное имя внутри себя. "Лёр", отозвалось звоном ледяной капли, летящей в темноте...
- И правда, а что же тогда "Урика", - пробормотал Эр, задумчиво трогая щеки. Все еще больно, и чутка припухли. Неприятно... а "Урика", это наверное... так, погодите. Он принялся вытряхивать из ушей воду, размышляя: "Урика", это ее "мирское" имя, "Лёр" - стало быть, настоящее. Да, но почему ничье тайное имя произнести нельзя, а ее можно? Это очень странно, но притом совсем нет.
- Черт эльфийский, я запутался, - пробормотал он, выжимая волосы и рука его сама отдернулась, наткнувшись на черную прядь. "Облизаный". Рожденный змеей.
- У меня была... мать.. настоящая? - пораженный, спросил он у воды, и прокусил себе язык, чтобы не закричать - аааааааааааааа!!!
Это разнесло ему нутро на мелкие кусочки, гораздо сильнее чем уродливое слово "полукровка". Мать?! У ангела?! Да вы... вы шутите, или я ебанулся, ну скажите, кто-нибудь уже конкретно!!!
И он, как дикий, огляделся - нет, никто не видит?! Никого, берег на его радость, совершенно пуст.
Он запрыгал на месте, вытряхивая из ушей попеременно воду. Мысли скакали вместе с ним: "Но что это вообще такое - бабка? Надо спросить в другой раз!" - подумал он и ударил себя по колену. Ещё чего! Я больше туда ни за что не пойду!!
Как жаль, что это был не "поцелуй феи", не "слюни сирены" и ни одна другая наркота. На обдолбыш не спишешь.
"Выходит, если у меня есть не только мать... Была. Но значит, и... Матка?! Это позорное барахло?!"
Эр прекратил прыгать и с тоскливым ужасом схватился за живот. Она там? Там, да?!
Зачем ты реальность, Десятый проклятый мир?!
"И что я Шахат скажу? А он сам-то, разве не узнает?!"
Эр тихо завыл.
Однако, холодный, и теперь уже понятно, что змеиный ум офицера быстро взял верх.
- Закончил ныть, встал и пошел, - сказал Эр себе. Он посмотрел в воду, как в зеркало. Глаза не поменяли свой золотой цвет на дневной, голубой. Да твою небесную армию! Это что еще за новая беда?! А если они так останутся...
Думай, Эр, думай!
Но ничего, кроме сделать вид, что так и надо, не придумалось. Не сбежать же теперь, не остаться со змеями, не... ничего не. Просто улыбаемся и машем? Да. Хорошее решение. Единственно доступное ему сейчас.
Он поправил одежду и волосы. Быстро добрался до Гарнизона. Только не Ур, только не Ур! - скрестил Эр в кармане пальцы.
Пронесло, навстречу попались только Ан и Ио. Деловито и сухо кивнув встревоженным подчинёным, Эр исчез "у себя".
Только здесь, в родном убежище, в темном, пустом, но для него уютном кабинете, где Эр черкал отчеты по дознаваниям после пыток, он наконец, расслабился. Вздохнул свободно.
И заложив руки за спину, принялся ходить туда-сюда. Закрыв глаза, он представил страницы учебников и мысленно перелистывал их. "Бабка"... что это за слово?
"Старшая женщина, у разных народов, таких как: люди, эльфы, феи, тролли (смотри - тролляли). Мать матери для народов, имеющих только женский пол, и также мать отца, для народов двоеполых".
Ну ладно, немного прояснили.
Это значит, существо, которое рожает, а потом выросшие ее младшие производят своих, и вот это первое существо становится "бабкой". То есть, матка через матку. Эр ахнул и невольно снова потрогал живот.
Кто-то вежливо постучался снаружи, Эр отдернул руку от живота и воровато оглянулся на запертые двери, будто кто мог его видеть.
- Да, - крикнул он.
- Господин офицер Эр, - сунулся в проем один из единиц, Оэ. Эр повернулся и одарил его мрачным взглядом из-под влажных распущенных волос.
- Эльфы, - начал солдат.
- Не сейчас, - остановил его офицер и бросив ему руну "полномочия", показал исчезнуть. Все прекрасно знают, что с эльфами делать, это достаточно просто для любой единицы - к скалапендрам пленных, в темноту на пару часов, потом можно и начинать. Эр как раз придет в себя.
Должен. Обязан.
"Лёр ничего не скажу", тут же решил он, как за солдатом закрылась дверь.
"Она ж меня возненавидит!"