Глава 11
Три недели спустя.
Общежитие Stray Kids больше не было просто местом, где жила группа. Теперь это был эпицентр самого странного сожительства в истории K-pop: семеро идиотов, один вампир, и чертова куча дорам, которые они упорно смотрели в женском туалете, несмотря на все угрозы Банчана.
---
2:14 ночи. Женский туалет.
— Бля, ну как так-то?! — Хёнджин аж подпрыгнул на унитазе, от которого уже откололся кусок пластика (спасибо его "энергичным" комментариям во время дорам). — Она же буквально видела, как он подменил письма! Как она такая тупая?!
Джисон, сидевший на раковине (потому что «сидеть на унитазе — это уже перебор, даже для нас», как он утверждал), закатил глаза.
— Это ж дорама, тут логика отдыхает.
Минхо, расположившийся на полу (единственный, кто хоть как-то соблюдал санитарные нормы), тихо фыркнул.
— В 18 веке вампиры тоже не особо логично себя вели.
— О, расскажи! — Хёнджин тут же забыл про дораму.
— Поздно. — Джисон потянулся и пнул его ногой. — Нам бы уже спать.
— Да иди ты, — Хёнджин отмахнулся. — Банчан сегодня на выезде, никто нас за уши не оттащит.
Как будто сама судьба решила его наказать за эти слова — дверь туалета распахнулась с такой силой, что она ударилась об стену.
Банчан.
В пижаме.
С перекошенным от ярости лицом.
— ВЫ СЕРЬЁЗНО СИДИТЕ ЗДЕСЬ В ТРИ НОЧИ?!
Джисон вздохнул.
— Мы почти закончили эпизод…
— НЕТ!
Банчан шагнул вперёд, схватил Хёнджина за шиворот и потянул к выходу.
— А-а-ай, блядь, я же не виноват, что сюжет затянули!
— СПАТЬ!
Джисон спрыгнул с раковины, но Банчан уже протянул руку и к нему.
— Ты тоже.
— Лаааадно…
Минхо, оставшийся сидеть на полу, просто поднял бровь.
Банчан посмотрел на него.
Помолчал.
Потом вздохнул.
— И ты.
Минхо ухмыльнулся.
— Я же не сплю.
— ТЫ БУДЕШЬ ЛЕЖАТЬ И ПРИТВОРЯТЬСЯ!
---
Комната Минхо.
Она была маленькой, но своей. После «вампирского инцидента» Банчан неожиданно выдал ему ключ со словами: «Если ты живёшь с нами, то по правилам. Никаких ночных вылазок без предупреждения. И никакой крови в холодильнике рядом с моим йогуртом».
Минхо лёг на кровать, закинув руки за голову.
Он всё ещё не мог поверить, что вот так… влился в их стаю.
Стаю людей.
Он потянулся к подушке, чтобы поправить её, и…
Нащупал что-то тканевое.
Минхо нахмурился, приподнял подушку.
Под ней лежали трусы.
Ярко-красные.
В сердечко.
С биркой «J.One».
Минхо замер.
Потом медленно поднял их перед лицом, как будто проверяя, не галлюцинация ли это.
Не галлюцинация.
За дверью раздался приглушённый хохот.
Минхо повернул голову.
— …
Тишина.
Потом — шорох, ещё один смешок.
Он встал, подошёл к двери и резко её распахнул.
Сынмин и Феликс едва успели отпрянуть.
— О, привет! — Сынмин широко улыбался. — Мы просто… проверяли, не холодно ли тебе.
Феликс, который держал в руках телефон (явно готовый снимать реакцию), медленно опустил его за спину.
— Да. Забота.
Минхо посмотрел на них.
Потом на трусы в своей руке.
Потом снова на них.
— Вы серьёзно?
Сынмин склонил голову.
— Ну, типа… теперь ты официально часть группы. А у нас традиция.
— Какая ещё традиция?!
— Подкидывать трусы новенькому, — невозмутимо сказал Феликс. — Чанбину мы подсунули кружевные.
— ЧТО?!
Где-то из глубины коридора донёсся голос Чанбина:
— Я ВСЁ СЛЫШУ, УБЛЮДКИ!
Сынмин и Феликс переглянулись.
— Бежим! — Феликс схватил Сынмина за руку, и они рванули прочь.
Минхо остался стоять в дверях, всё ещё сжимая в руке это.
Через минуту из соседней комнаты высунулся Джисон.
— Чего орете, я спать… — Он замолчал, увидев, что держит Минхо. Покраснел. — Э-э-э…
— Это… — Минхо медленно поднял трусы. — Твои?
Джисон закрыл лицо руками.
— Блядь, Сынмин…
Минхо вдруг ухмыльнулся.
— Сердечки?
— ЗАТКНИСЬ.
— Красные.
— Я УБЬЮ ИХ.
Минхо рассмеялся. По-настоящему.
Джисон выглядел таким живым в этот момент — взъерошенный, красный, готовый убить всех и каждого.
И Минхо вдруг понял…
Он больше не хотел прятаться.
Ни от своей природы.
Ни от этих идиотов.
Ни от него.
Он бросил трусы обратно в комнату и шагнул к Джисону.
— Спать?
Джисон посмотрел на него, потом на трусы, потом снова на него.
— …Да.
— Вместе?
Джисон замер.
Потом улыбнулся.
— Да.
И когда они закрыли за собой дверь, никому даже в голову не пришло их останавливать.
---
Эпилог.
Утром Сынмин и Феликс нашли свои кровати полностью засыпанными чесноком (откуда Минхо его взял — никто так и не узнал).
А Джисон в тот день носил новые трусы.
Чёрные.
Без сердечек.