Глава 7
Утро в общежитии началось с громкого стука кулака по столу и хриплого крика Хёнджина:
— "Так кто, блядь, был с тобой в туалете?!"
Джисон, сонно ковыряющий ложкой в миске с кукурузными хлопьями, даже не поднял глаз.
— Призрак, я же сказал.
— "НЕ ПИЗДИ!"
Сынмин, сидевший рядом и намазывающий тост арахисовой пастой, фыркнул:
— Может, это был вампир? Ночью подкрался, выпил всю кровь, а Джисон теперь его шлюха.
Наступила секундная тишина.
Феликс, сидевший в углу с фотоаппаратом и разбирающий объективы, медленно поднял голову:
— ...Что?
Сынмин пожал плечами:
— Ну, типа, вампиры же соблазняют, да? Гипноз, всякое такое. Может, он уже под каблуком.
Хёнджин уставился на него.
— Ты ебанутый.
— Зато логично.
Джисон наконец отложил ложку и зевнул:
— Да ладно вам, я просто смотрел дораму. Один.
— "ОКНА БЫЛО ОТКРЫТО!"
— Проветривал.
— "В ДВА ЧАСА НОЧИ?!"
— Жарко было.
Хёнджин схватился за голову, будто пытаясь удержать ее от взрыва.
— Боже, какой же ты...
В этот момент дверь распахнулась, и в кухню вошли Банчан и Чанбин.
И оба выглядели так, будто их только что разбудили фанфарами в жопу.
Банчан, с тенью трехдневной щетины и красными глазами, бросил на стол пачку бумаг:
— Расписание репетиций. Изменено. Все сегодня на площадке к 10. Без опозданий.
Чанбин, скрестив руки, добавил ледяным тоном:
— И если кто-то опять решит "проветриваться" вместо работы, я лично засуну ему вентилятор в задницу.
Джисон поднял брови.
— Намёк?
— ПРЯМОЕ УГРОЗА.
Тишина.
Феликс осторожно поднял руку:
— Я... просто фотографировать буду, да?
Банчан повернулся к нему.
— Ты будешь работать. Как и все.
Сынмин вздохнул и укусил тост:
— Ну хоть кровь мне никто не запрещает пить...
Чанбин резко развернулся к нему.
— ЧТО?
— Шутка! Шутка, блядь...
---
Тем временем, за окном, в тени деревьев, стоял Минхо.
Он слышал каждый крик.
Каждое слово.
И особенно — голос Джисона.
Его пальцы непроизвольно сжались вокруг фляги с кровью в кармане.
"Шлюха вампира, а?"
Губы сами собой растянулись в оскале.
Но это была не улыбка.
Это был оскал хищника.
Он оттолкнулся от дерева и растворился в тени.
У него тоже была работа.
Но вечером...
Вечером он точно знал, куда пойдет.