Несокрушима

Мелисса

— Будешь пытаться мне помешать — в следующий раз этот нож войдёт тебе прямиком в сердце, — в ее глазах сверкают алые искры гнева.
   Эвелин слегка прокручивает нож, и мне кажется, что я сейчас потеряю сознание.
— Мне не составит труда убить тебя, Мелисса. Учитывая то, что это достаточно легко сделать, — острое лезвие все ещё в моем боку.
   Боль охватывает мое тело. Ноги так и норовят подкоситься.
— Так почему не сделаешь этого сейчас? — слетает с моих губ.
   « — Я НЕ БОЮСЬ ТЕБЯ! МНЕ НЕ СТРАШНО! ТЫ НЕ ЗАСТАВИШЬ МЕНЯ ПОЧУВСТВОВАТЬ СЕБЯ УЯЗВИМОЙ! — мое сердце колотится, кожа пульсирует. — Но правда ли это? Не вру ли я самой себе?»
   Ее маска с серебряными змеями, закрывающая верхнюю часть лица, начинает меня устрашать. Ее полные вишневые губы расплываются в улыбке.
— Помнишь, я говорила, что сначала избавлюсь от всего твоего окружения, а потом займусь тобой? Так вот, Мелисса, мой план все ещё в силе. И больше у тебя не будет возможности кого-то спасти, — резким рывком девушка достаёт нож.
   Я чувствую странное опустошение и резкий прилив боли. Руки прижимаются к открытой ране. Бок алого платья тут же пропитывается влагой.
Танцующие люди не замечают меня. Не видят блестящего ножа, усыпанного яркими бусинами моей крови. Весь обслуживающий персонал заодно с ней. Я это понимаю, когда окровавленный нож быстро исчезает на серебряном подносе одного из проходящих официантов.
   Кровь проступает через мои прижатые ладони.
— Если захочешь ещё кого-нибудь убить, то приходи ко мне, — я пытаюсь говорить уверенно, но меня охватила паника.
   Когда Эвелин уходит, я бегу в туалет. Морщась от боли, я стягиваю с себя алое платье. Я кладу его возле раковины. Я дотрагиваюсь дрожащими руками до резаной раны, из которой вовсю хлещет кровь.
   Я промываю все водой, смывая засохшую кровь с живота. Судорожно роюсь в сумке, пытаясь найти что-нибудь для того, чтобы перевязать или зажать рану. Но кроме чёрного платья у меня нет ничего. Я отрываю салфетки. Беру в руки черное платье и растягиваю рукав.
   Кровь хлещет из зияющей раны. У меня все-таки получается оторвать рукав. Длины ткани должно хватить. Я прижимаю к ране несколько салфеток, а затем накладываю поверх чёрную ткань от платья. Длины рукава хватает, чтобы дрожащими руками обвязать ткань вокруг талии.
В тело дает слабость, поэтому я с трудом натягиваю алое платье.
   Надеюсь, у Хантера получилось покинуть яхту.
   Придерживая рукой бок, я выхожу в коридор. Я оглядываюсь по сторонам, пытаясь понять, что мне делать дальше. Мысли путаются, мне тяжело сосредоточиться.
   «— Нужно найти Алекса, — мысль вспыхивает в голове. — Нужно немедленно убедить его пойти со мной.»
   Я иду по коридору верхней палубы. Какое-то внутреннее предчувствие заставляет меня остановиться возле одной каюты. Мои руки толкают дверь, и я прохожу внутрь.
   На пороге я замираю. Кажется, ноги перестают меня держать.

Set Fire to the rain — Adele

Cause there's a side to you
Потому что в тебе есть черта,
That I never knew, never knew
О которой я никогда не знала:
All the things you'd say
Всё, что ты говорил,
They were never true, never true
Было неправдой, было неправдой

   Алекс развалился на диване, раскинув руки по сторонам. Словно он находится в высшей форме блаженства. Мой взгляд падает на его подбородок, густо испачканный кровью. Рядом лежат несколько тел. Их шеи залиты алым. Все они мертвы или находятся на грани смерти.
   Он сорвался.
   Не удивлюсь, что Эвелин приложилась и к этому, но Алекс...
   Тяжёлый взгляд парня устремлён на меня. Я не вижу в его глазах ничего хорошего и светлого. Лишь желание осушить ещё несколько тел.
   Я все ещё стою, не зная, как собрать себя по частям после этой картины. Весь диван залит лужицами крови.
   Алекс притягивает к себе какую-то девушку, а затем резким рывком вгрызается ей в шею. Девушка даже не успевает вскрикнуть, потому что глотки парня невероятно быстрые. Ее тело тут же становится ватным.
— Прекрати, — мой голос обрывается, но Алекс меня не слышит.
   Он увлечён жидкостью, попадающей ему в рот.
   Я бы смогла ему помещать. Смогла бы вырвать бедную девушку из его рук, но ранение в боку мешает мне это сделать. Мои ноги ослабли.
— Хочешь присоединиться? — я вздрагиваю, когда сбоку доносится знакомый голос.
   На коленях Мейсона сидит девушка в облегающем синем платье. На ее шее я замечаю следы от клыков. Значит Мейсон тоже решил испить ее крови, но в отличие от Алекса, он предпочел растянуть удовольствие. Алекс же иссушает своих жертв сразу.
— Пожалуйста, Мелисса, — Мейсон описывает рукой комнату. — Выбирай любую девушку и присоединяйся к нам, пока Алекс не убил их всех.
   Но я молчу. Я стою и смотрю на Алекса. Я понимаю, что все это время не знала его. Не знала, каким он может быть из-за жажды.
— Помнишь, я как-то тебе сказал, что ты плохо знаешь Алекса, — на лице Мейсона появляется ухмылка. — Теперь ты сама можешь увидеть его темную сторону, — говорит парень, после чего убирает волосы девушки набок. — Хотя ты и в тот день эту сторону видела. Когда Алекс стоял и улыбался в то время, как я игрался с тобой, — Мейсон впивается клыками в шею девушки.
   На глаза наворачиваются слезы от правдивости его слов.
— Просто он привык строить из себя хорошего парня, — от уголка губ Мейсона стекает алая бусина. — В то время, как я ничуть не скрываю, кем на самом деле являюсь. Подумай над моими словами, глупышка. Может хоть они откроют тебе глаза, — Мейсон с наслаждением облизывает свою нижнюю губу.
    Алекс отрывается от девушки, грубо откинув ее в сторону.
— Алекс, прекрати, — мой голос переходит на шёпот.
   На мольбу.
   Перед глазами все размывается. Через руки, прижатые к ране уже просачивается кровь.
   Я делаю усилие и направляюсь к Алексу. Он поднимает голову, когда я оказываюсь рядом.
— Пожалуйста, Алекс, — я поглаживаю его щеку. — Пожалуйста, пошли со мной.
— Уходи, Мелисса, — словно выдавив, говорит он. — Ты не должна была это видеть, — в его голосе нет ничего от прежнего Алекса.
   На секунду мне кажется, что голубые глаза начинают блестеть, но затем боковым зрением я замечаю, что Мейсон встаёт.
— Я так понимаю, ты не присоединишься к нам, глупышка, — Мейсон подходит ко мне и хватает за руку.
   Его взгляд скользит по моему платью.
— И кто же тебя так пырнул? — на его лице появляется знакомая улыбка. — А, впрочем, мне все равно, — он тянет меня к выходу. — Тебе нечего здесь делать, Мелисса, — он выставляет меня за дверь.
  Я успеваю опереться рукой о стену, чтобы не свалиться на пол.
   Прохладный ветер дует в лицо, немного собирая осколки моих мыслей воедино. Сейчас больше всего хочется плюхнуться на кровать и больше не вставать.
   Кровь просачивается все сильнее.
   Хантера с девочками нигде не видно, поэтому буду надеяться, что у них получилось покинуть яхту. Что делать мне, я не знаю. Но чем дольше я остаюсь тут, тем больше крови я теряю.
   Я кладу руки на перила, вглядываясь в уже темное небо и бушующее море. Берег очень далеко. С такой раной мне не доплыть, но и оставаться тут я не могу. Хватаясь испачканными руками за борт, я перелезаю через ограждение. Я смотрю вниз и у меня перехватывает дыхание. Внизу живота скапливаются холодные мурашки. Я закрываю глаза, настраиваясь на скорый прыжок. Когда я слышу чьи-то приближающиеся шаги, я понимаю, что пора. Я выпускаю одну руку.
— Ты дура? — я оборачиваюсь и замечаю Рейчел.
   Сегодня она выглядит гораздо лучше, чем раньше. Не думаю, что это правда так. Но иногда правильный макияж может скрыть многое. Даже сквозь тёмную маску видно, что ее глаза подведены чёрным. В отличие от всех, девушка сейчас в облегающем чёрном комбинезоне.
   Я снова перевожу взгляд на бушующее море.
— А ну перелезай обратно! — девушка хватает меня за предплечье.
— У меня нет выбора, Рейчел, — с холодным отрешением отвечаю я.
— Ты не доплывешь до берега, — ее взгляд переходит на мое платье. — С этим ранением уж точно.
— У меня нет выбора, — снова повторяю я, прикусив губы от нового наплыва резкой боли. — Я должна попытаться.
— У тебя плавятся мозги от потери такого количества крови. Концентрируйся на моих словах сейчас, — Рейчел делает паузу. — Они все ещё тут. У тебя есть семь минут. И они ждут тебя, королева бала, — говорит Рейчел.
   Вспоминаю момент, когда я стояла на сцене с короной на голове и меня усыпали аплодисментами.
— Они должны были уехать.
— Они ждут тебя, — ещё раз повторяет девушка.
   Перед глазами начинает мутнеть, моя нога соскальзывает, и я чуть не падаю. Рука Рейчел на моем предплечье помогает мне удержаться.
— Где они сейчас?
— Спускайся на нижнюю палубу. Они там, — говорит девушка.
  Я уже хочу уйти, как вдруг замираю. Я совсем забыла, что я здесь не одна. Что есть ещё невинные люди, которые пришли на это мероприятие. Из-за Эвелин для кого-то из них этот день вполне может стать последним.
— Но люди, — в моих глазах мелькает страх. — Если я уйду, то она убьёт их или превратит в нечистых.
— Мелисса, — Рейчел удерживает мое плечо. — Она может убить их в любом случае. Уйдёшь ты или нет.
— Нет, — по моей щеке стекает слеза. — Они не виноваты... Ни в чем не виноваты... У них есть родные... — мой голос обрывается. — У них есть семьи...
— Мелисса, тебе не победить ее сейчас.
— Я не могу все бросить и уйти.
— Иногда стоит пожертвовать чем-то, чтобы в будущем сделать что-то большее.
— Но я не готова... Я... Я не могу так поступить. Я не готова жертвовать жизнью других людей. И никогда не буду готова это сделать.
— Это не жертва. Это необходимость. У тебя сейчас нет таких сил, чтобы кому-то помочь. Но есть силы помочь себе. У Эвелин есть слабость, Мелисса... Ее не любят люди. Ее боятся. А ты... Тебя любят и хотят за тобой идти. Ты та, у кого есть возможность исправить все это. Но тебе не спасти всех, Мелисса.
   Ее слова отзываются болью в моей груди.
   Я закрываю глаза и выдыхаю.
— Мы можем забрать с собой тех, кто успеет спастись, — я пытаюсь держаться уверенно, но мой голос дрогнет.
   Рейчел отрицательно кивает.
— Я сделаю все, что в моих силах, Мелисса. Я постараюсь что-нибудь сделать, чтобы помешать ей, но ты... Ты должна уйти.
   Я медленно плетусь к лестнице. Сзади меня хлопает дверь, но я не обращаю на это свое внимание. Я должна идти быстрее. Ведь они ждут меня и с каждой минутой тут становится все опаснее.
   Рядом со мной, прогуливаясь, проходят различные люди в костюмах и платьях. Я стараюсь идти уверенно, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Мне повезло, что алое платье немного скрывает следы крови, а то у прохожих возникли бы вопросы.
— Как ты? — сзади меня доносится знакомый голос.
— Серьезно?! Ты спрашиваешь, как я? Может лучше скажешь, как ты? Утолил свой голод? — мой голос звучит на удивление резко.
   Я даже не поворачиваюсь в его сторону.
— Те девушки все ещё живы. Я дал им своей крови, когда Мейсон ушел. Через некоторое время их раны окончательно затянутся и с ними все будет нормально, — голос Алекса до сих пор звучит грубо.
— Я не могу отойти от того, что увидела, Алекс.
   Лицо Алекса мрачнеет.
— Мейсон прав. Ты не знала меня, — сухо говорит парень, после чего растворяется в толпе.