Несокрушима

Алекс

   Я поднимаюсь на верхнюю палубу. Кулаки пульсируют от боли, на губах все еще чувствуется привкус теплой крови.
«— Уходи, Алекс»
Я быстро провожу ладонями по щекам, чтобы никто не увидел моего состояния. А затем...

🤍Воспоминание🤍

   Я хватаю ее за запястья, желая причинить боль. Мелисса вздрагивает, и только тогда мой взгляд падает на перебинтованные кисти рук. Через белую ткань проступают алые крапинки. Я задерживаю взгляд дольше, чем это необходимо. Дольше, чем ОНА мне позволяет.
— Что с тобой, Алекс? Что с тобой, черт возьми? — Мелисса пытается разглядеть то, что творится внутри меня.
   Темно-карие глаза, наполненные зеркальным отражением меня самого, смотрят на меня, сбивая с мыслей. Сбивая с того, что мне приказано сделать.
   УСМИРИ ЕЕ! НЕМЕДЛЕННО!
— Твоё поведение просто ужасно, — слетает с моих губ. — Отвратительно. Ты как бешеная накинулась на неё. Эвелин права, тебе нужно уйти.
   Мелисса стискивает зубы от боли и злости.
— Если я сейчас уйду, то ты больше никогда не увидишь меня в своей жизни, — вдруг слетает с ее губ.
— Уходи, — мой голос говорит эти слова, но не я.
   Я не хочу, чтобы Мелисса уходила. Не хочу, чтобы она исчезала из моей жизни. Я смотрю на ее отдаляющуюся фигуру, пока чьи-то руки скользят по моей груди.
— Молодец! Ты все сделал как нужно, — ее теплые губы прижимаются к моей щеке и мне становится по-настоящему холодно внутри.
   Вся окружающая обстановка обрывается. Меркнет.
Я снова прихожу в себя только в кабинке туалета. Я не один. ОНА снова со мной. Я смотрю на ее обезумевшие глаза, затем на руки. Руки, которые стремительно расстегивают пуговицы на моей рубашке. И тогда я хватаю ее за горло.
— Это ты делаешь со мной! — говорю я сквозь стиснутые зубы. — Как ты управляешь мной?! — я сжимаю ее шею, но не вижу в глазах страха.
— А ты любишь испортить момент, Алекс, — карие глаза скользят по моему торсу.
— Не приближайся ко мне! — я впечатываю ее в стену, после чего размыкаю руку.
   Я наспех застегиваю пуговицы на рубашке, думая лишь о том, как рассказать все Мелиссе. Она должна знать правду. Должна знать то, что это не я.
Я нахожу Мелиссу на парковке. Ее руки трясутся, когда она тянется к алой двери.
— Мелисса...
— Я неясно выразилась, Алекс?
— Я... — я начинаю задыхаться.
Мое горло обвивают невидимые руки, которые полностью перекрывают кислород. Я моргаю, пытаясь выпутаться, но ее голос снова охватывает мое сознание.
— Ты предал меня, Алекс. Я даже не хочу знать, как давно ты с ней... Мне неприятно то, что я всегда верила в тебя. Верила в искренность всех твоих слов, а ты так легко это променял. Я... Да, может, я и была местами холодна с тобой, но мне, правда, требовалось больше времени. После... — глаза Мелиссы наполняются слезами. — После Мейсона. В тот день я хотела извиниться перед тобой за то, что могла быть холодна. Ты же из-за этого мне изменил? Сам говорил, как я интересна тебе, как нравится проводить со мной время, а сам... Сам кувыркался с ней у меня за спиной?
   Я пытаюсь дотянуться до ее руки, чтобы дать ей понять, что это не я. Что сейчас с ней нахожусь не я. Она не дает мне прикоснуться. Мелисса отшатывается от меня, как от самого настоящего монстра.
— Мне неприятны твои прикосновения, Алекс. Меня от тебя тошнит. В прямом смысле этого слова. Поэтому будь любезен, не приближайся больше ко мне, — она запрыгивает в машину.
Теперь тело тоже начинает ей подчиняться.
Уходи.
Мои ноги направляются в сторону университета.
По моим щекам текут слезы. Мне хочется обернуться, чтобы в последний раз посмотреть на Мелиссу, но...
Смотри прямо! Только попробуй повернуть голову. УХОДИ!

🤍Воспоминание обрывается🤍

   Я смыкаю руки на голове. Мне хочется кричать. Хочется кричать от того, что тогда у меня не получилось выкинуть ее из своего сознания. Она управляла мной. Использовала что-то, что может подчинить любого вампира. А сейчас... Сейчас она управляет мной другими способами.
Я потерял Мелиссу еще тогда. Несмотря на то, что она ещё не сдалась и продолжает искать способы меня спасти, но меня не спасти.
   Я нужен ей.
   Мне хочется произнести слово, но дымка настолько сильно въелась в мою голову, что я даже подумать не могу об этом. То, что я знаю, непременно помогло бы найти ответы. Жаль, каждый раз, когда я пытаюсь намекнуть кому-нибудь, дымка въедается все сильнее.
   Тот небольшой промежуток времени, когда все было спокойно, я чувствовал себя живым. Чувствовал, как хорошо мне. Как мне нравится проводить время с Мелиссой и друзьями. Мне очень не хватает этого сейчас.
   Я двигаю плечами, пытаясь унять нарастающую боль в спине от многочисленных ударов.

🤍Воспоминание🤍

— Поможешь застегнуть? — ее ядовитый голос въедается мне в голову.
Она стоит перед зеркалом в полный рост и любуется своим черным платьем. Я медленно подхожу к ней сзади, мой взгляд падает на туалетный столик. Ненависть к ней настолько заполняет меня, что я уже раздумываю над тем, чтобы вонзить ей в шею одну из косметических штучек. И желательно поострее, чтобы кровь испачкала ее платье, которым она так довольна.
— Алекс! — рявкает она.
   Мое лицо морщится от обжигающей боли, когда я беру в руки серебряное ожерелье в виде змеи. Кончики пальцев начинают пульсировать от жара.
Я смотрю на ее тонкую шею и мне хочется ее придушить. Я перевожу руки с ожерельем вперед, затем опускаю змею на ее выпирающие ключицы. Наши взгляды пересекаются в зеркале, когда я застегиваю украшение.
— Твое ожерелье тебе очень подходит, — я говорю правду, она улыбается. — Такое же до боли противное и ядовитое, — отрезаю я.
— Ну же, Алекс, — она разворачивается ко мне, ладонь ложится мне на грудь.
Я замираю, когда начинаю слышать знакомый голос Рейчел. Крики о помощи. Я кидаюсь к двери, но она заперта.
— Открой! — рычу я.
С ее губ слетает смех. Она садится за туалетный столик и принимается наносить макияж.
— Мейсон всего лишь получил приказ ее переодеть. Тебе не о чем волноваться, Алекс.
— Или ты немедленно открываешь дверь, или... — я замолкаю.
— Или что? — она размазывает по губам вишневую помаду. — Мелиссе понравится цвет?
— Мелисса?! — мое сердце замирает.
— Ой, забыла сказать, Алекс. Мелисса тоже там будет.
Мое сердце дрогнет.
— Что ты задумала?
— Ничего из того, о чем тебе нужно беспокоиться. Просто будь паинькой и никто не умрет.
Что-то холодное касается моих висков.
«Поцелуй меня»— ее голос звучит в моей голове.
«Ещё чего» — я пытаюсь раскрыть губы, чтобы произнести эти слова, но у меня не получается.
Ее темная дымка медленно обвивает меня, погружаясь внутрь. Погружаясь в мое сознание. В мои мысли.
«Убирайся отсюда!» — мысленно кричу я, на шёпот ее слов.
Но она лишь сильнее цепляется.
«Поцелуй меня» — я начинаю слышать несколько голосов, повторяющих мне это снова и снова.
Мое тело парализовано, я не могу сделать шаг. Не могу произнести и слова.
«Поцелуй меня...»
   Мои попытки сопротивляться лишь ещё больше поворачивают ситуацию в ее пользу.
Глаза стекленеют. Я вижу лишь ЕЕ. Эвелин.
Поцелуй меня. Ее слова окончательно перемешались с моими мыслями. Сделай это.
Глубокие карие глаза, темные волосы струятся по спине Эвелин.
«Поцеловать ее?» — мелькает у меня в мыслях.
   Давай же. Сделай это, Алекс.
«Я хочу ее поцеловать» — мысли проносятся в голове.
Чей-то голос все ещё повторяет слова. «Поцелуй меня.»
У меня получается сдвинуться, моя рука слегка поглаживает ее подбородок. Поцеловать ее. Я хочу поцеловать Эвелин.
В ее глазах сверкают алые искры неистового желания. Я медленно склоняюсь к ней. Яркие губы девушки слегка приоткрываются. Я хочу поцеловать ее.
«Целуй же» — чей-то голос опять начинает скользить по моему подсознанию, подталкивая сделать этот шаг.
Поцеловать. Ее рука скользит по моей груди, поднимаясь выше.
Я хочу поцеловать Эвелин. Я наклоняюсь, и мои губы ещё немного и прикоснутся к ее.
Ее острые ногти слегка постукивают меня по затылку.
Я замираю.
«Целуй же» — голос звучит все настойчивее.
Мелисса. В голове мелькают наши совместные воспоминания.
«Давай же, Алекс, осталось совсем немного. Ты же хочешь этого. Хочешь дотронуться до моих губ» — от едкого дыма в голове появляется боль.
«Ты хочешь ощутить на себе вкус вишневых губ.»
«Мелисса» — повторяю я.
Я уже хочу отодвинуться от Эвелин, как она хватает меня за одежду, притягивая к себе.
— Убирайся, — мой голос свирепеет.
Я успеваю отвернуться раньше, чем ее губы прикоснулись бы к моим.
— Заметь, Алекс, — медленно растягивает девушка. — На этот раз я была близка.
— Но результат такой же, как и в прошлые разы. Если тебе непонятно, то повторю ещё раз. Ты мне противна, и я никогда в жизни не поцелую тебя. Даже от мысли, что твои губы прикасаются к моим, мне хочется вывернуть себя наизнанку.
Вспомнив про Рейчел, я снова бегу к закрытой двери. На этот раз ярость и гнев выплескиваются наружу. С такой свирепой силой, что за несколько ударов я выбиваю эту чертову дверь.
Когда я забегаю в комнату, из которой предположительно и доносились крики, то не обнаруживаю никого. Но слух сразу улавливает всхлипы, доносящиеся из душа.
— Рейчел, — с моих губ слетает шепот.
Я забегаю в ванную, позабыв о всем. Обнаженная девушка сидит на полу, обхватив себя руками. Ее спина содрогается, капли стекают по иссиня-черным волосам, спине.
Я делаю шаг в сторону душевой. Лицо девушки закрыто мокрыми волосами, она вздрагивает и вжимается в угол.
— Рейчел, это я. Алекс, — тихо говорю я, чтобы не напугать девушку.
Мой взгляд падает на красноватую воду у ее ног. Господи, Мейсон... У меня дрогнет сердце.
— Я не сделаю тебе больно, — шепчу я, Рейчел даже не поднимает на меня головы.
Я срываю с крючка серое полотенце. Засунув руку в душевую, я нащупываю кран и отключаю ледяную воду.
Рейчел поднимает на меня свои голубые заплаканные глаза, наполненные болью. Стараясь не смотреть на ее обнаженное худое и избитое тело, я заворачиваю ее в теплое полотенце.
— Что он сделал с тобой? — мои руки лежат на ее плечах.
Я чувствую, как она дрожит. Фиолетовые губы дрогнут, когда она пытается вымолвить слово. У нее так и не получается этого сделать. Рейчел замолкает, не пытаясь больше заговорить со мной.
Я растираю ее кожу сухим полотенцем, пытаясь согреть и привести в себя. Я делаю это нежно, чтобы вдруг не причинить Рейчел боль.
Мы проходим в комнату. Взгляд девушки падает на кровать, и она тут же отворачивается, не желая смотреть в ту сторону. Ее дыхание сбивается. Я удивляюсь, когда девушка крепко обхватывает мою талию холодными руками.
Я прижимаю ее к себе. Я догадываюсь, что Мейсон сделал с ней. Догадываюсь, по ее безжизненным глазам. По идеально застреленной кровати, которая совсем недавно была разворошена от побоев.
— Он... Он сказал, что мне нужно привести себя в порядок, — шепчет девушка, все еще прижимаясь ко мне.
Мой взгляд останавливается на черном комбинезоне, аккуратно сложенном на тумбочке.
— Если я... Если я не сделаю этого, то он снова... Снова... Снова придет сюда. На эту кровать, — ее речь сбивчива.
Девушка отрывается от меня. Без какого-либо стеснения она вкладывает в мои руки черный сверток с одеждой.
— Помоги мне... Помоги мне, Алекс, — ее щеки красные от слез.
   Серое полотенце падает на пол.
Я помогаю ей надеть черный комбинезон, после чего расчесываю мокрые длинные волосы.
— Как же кровь? — обеспокоено спрашиваю я. — Она перестала...
Девушка отрицательно кивает.
— Тогда я принесу все необходимое, — я уже хочу выйти из комнаты, чтобы найти для Рейчел нужные средства гигиены, как девушка говорит.
— Только вернись, прошу, — она обнимает себя руками.
Я киваю. Спустя пятнадцать минут, я нахожу все необходимое.
Вернувшись в комнату, я обнаруживаю Рейчел на стуле перед туалетным столиком. Ее спина прямая как струна, голова медленно поворачивается в мою сторону.
— К тебе кто-то заходил? — мой вопрос не требует ответа, потому что я понимаю все по ее черным глазам.
Вероятно, Эвелин заходила, чтобы накрасить Рейчел. Я подхожу к старой подруге и кладу вещи на стол.
Ее взгляд медленно скользит по мне. Черные тени, нанесенные на глаза, прекрасно дополняют образ того, что Эвелин так старалась воплотить. Рейчел встает.
— Хозяйка ждет нас, — завороженно говорит девушка, после чего выходит из комнаты.

🤍Воспоминание обрывается🤍

   У Эвелин получилось сделать из Рейчел что-то наподобие оружия. Та вербена, которую мне удалось принести девушке, помогла лишь на время. Сейчас же в Рейчел почти не осталось ничего живого. Нет, она не такая, как нечистые. Она нечто большее. Нечто большее, что получилось сотворить Эвелин. Она сломала Рейчел.
   Теперь, когда мы оказываемся вместе, она почти не разговаривает со мной. В основном Рейчел отвечает едко и кратко.
   И меня Эвелин пытается сломать. Возможно, у неё это почти получилось. С каждым днём мой интерес к жизни постепенно угасает. Моя жажда все обостряется. Эвелин провоцирует меня для того, чтобы я перестал контролировать своё влечение к свежей крови.
   Рядом проходит знакомая девушка в чёрном облегающем комбинезоне, явно выделяющиеся на фоне девушек в платьях. Я хватаю ее за плечи.
— Чего тебе? — голос Рейчел груб.
— Ты должна мне помочь, — мои руки удерживают ее.
— Отвянь, Алекс, — она скидывает руки.
— Рейчел, — мой голос становится строже, я пытаюсь схватить ее за запястье, чтобы остановить.
   Девушка резким движением выворачивает мое предплечье. Я сжимаю зубы от боли, а затем вправляю сустав.
— Что непонятно, предатель?! — она поправляет свои длинные волосы.
   Я тяжело сглатываю.
— Ты предаёшь нашу хозяйку, — резко говорит девушка. — Подчинись уже, наконец. Хватит противиться! Сдайся ей, Алекс! — почти рявкает она.
— Прекрати, Рейчел. Она промыла тебе мозги. Ты хоть понимаешь это?
— Она подарила мне новую жизнь. Гораздо лучше той, что была у меня раньше. Доверься Эвелин, и она сделает это и с тобой.
— Никогда, — отрезаю я.
— Есть один способ, как помочь Мелиссе, — вдруг говорит Рейчел, и я верю ей.
   Я иду за ней, даже не думая о том, что может скрываться за дверью. Рейчел намеренно меня заводит именно в эту каюту, где все приготовлено для меня.
— Ты заблуждаешься насчёт нее, — я хочу уйти, но Рейчел преграждает мне выход. — Она не такая плохая, как ты думаешь, Алекс. У Эвелин для тебя есть подарок.
Я оборачиваюсь и замираю.
   Под моими глазами начинают ветвиться вены, как только я вижу кровь. Чувствую этот запах. Слышу, как кровь переливается по венам.
   На белом диване сидят несколько девушек. У одной на шее видны две дырки от клыков. Алые капли скатываются по горлу, так и маня попробовать их на вкус. Сама девушка сидит неподвижно. Возможно, ей внушили не сопротивляться, как и всем остальным.
   Запястье девушки в зелёном платье разорвано. Из раны вовсю хлещет кровь, заливая светлый диван.
   Я слышу пульсацию их вен. Живот скручивает от жажды. Я с трудом контролирую себя, оставаясь на месте.
   За диваном стоят ещё несколько девушек, по их шеям тоже стекает кровь.
   Эвелин знала.
   Мои глаза заливаются кровью.
   Она знала, как плохо я контролирую свою жажду, особенно сейчас.
   Я стискиваю челюсти, а затем разворачиваюсь к двери. Нужно поскорее убраться отсюда, пока я не повторил прошлых ошибок.
   Мои глаза округляются, когда передо мной появляется Мейсон. Он загораживает собой проход.
— Отойди, — рычу я, оскаливаясь.
   На его лице появляется ехидная улыбка.
— Сегодня у нас в планах другое, — он со всей силой толкает меня назад, а затем закрывает дверь каюты.
— Ты не сделаешь этого, — рычу я, замахиваясь.
— Я — нет, но они, — Мейсон осматривает девушек. — Развлечемся в обществе красивых дам, — используя принуждение, Мейсон подзывает к себе девушку в зелёном платье. — Она твоя, — рычит Мейсон, толкая девушку на меня.
   Разум туманится. Я спасаю ее от падения, но не могу спасти от себя. Мой взгляд уже сконцентрирован на ее вене.
— Давай же, Алекс. Покажи мне, каким ты можешь быть.
   Я не замечаю, как мои клыки оказываются в манящей близости от ее шеи. Губы дрожат от сопротивления. Я слегка касаюсь ими ее шеи. По телу проходит волна дрожи, тело сводит от желания. Моим телом и разумом окончательно завладевает жажда, перенося остальное на второй план.
   Острые клыки слегка царапают горло девушки, а затем резким рывком я вгрызаюсь ей в горло. В рот хлынет приятная жидкость. Я не перестаю глотать, даже когда тело девушки начинает обмякать.
   Мейсон обходит комнату, выбирая себе новую жертву.
— Что-то тянет меня сегодня на девушек в синих платьях, — говорит Мейсон, но я не слышу его.
   Все посторонние звуки уходят. Остается только свежая кровь, стекающая по моему подбородку.
   С каждым глотком моя жажда усиливается. Мой организм просит большего. Просит ещё крови.
   И я знаю это чувство. Знаю, что даже если я осушу тела всех этих девушек, моя жажда крови не уменьшится. С каждым глотком мне все труднее этому противостоять.