Несокрушима

Мелисса

На пороге появляется девушка. Ее неестественно-худое тело обтянуто черным комбинезоном, словно второй кожей.
— Рейч?! — глаза Хантера округляются, кадык дергается.
Вот это встреча. Я таращусь глазами на девушку, изучая ее худобу. Она заметно отличается от той Рейчел, которую я видела на балу. Под ее глазами синяки, лицо невероятно бледное. Ее серо-голубые глаза кажутся холодными и потускневшими, словно из них высосали всю жизнь, оставив крохотную каплю. На ее лице нет той уверенности и дерзости, что была на балу, когда я ее впервые увидела. Она выглядит разбитой и измученной, тем не менее еще остается для нас опасностью.
— Хантер, ты должен меня выслушать, — вместе с Рейчел в комнате застывает тишина.
   Она делает беззвучный шаг в сторону Хантера, но я успеваю загородить его собой. Парень удивляется моему внезапному действию, но ничего не говорит мне. Я пообещала ему, что он сегодня не умрет. И я выполню это обещание. Я не дам Рейчел навредить Хантеру.
— Рейчел, мы знаем, зачем ты пришла, — мои глаза начинают светиться серебром.
— Меня прислали, чтобы убить Хантера.
В ту же секунду мои клыки заостряются.
— Вы должны меня выслушать, — ее чёрные прямые волосы спадают на спину.
— Что ты хотела сказать? — спрашивает Хантер.
Я метаю в парня вопросительный взгляд. Эта девушка пришла, чтобы прикончить его, а не для болтовни.
— Я знаю, вы не привыкли отступать, — Рейчел тяжело сглатывает. — Но она... Эвелин не остановится. Она и меня пыталась подчинить.
— И у неё это получилось, — заявляю я. — Ты ведь здесь, — я внимательно слежу за каждым ее движением.
— Нет, — ее голос слаб, вместо щек впалые ямы. — Мой организм отчаянно борется с тем, что сейчас у меня внутри, — она делает передышку. — Я увидела, что она делает с людьми, чтобы подчинить их себе, — снова пауза. — Видела их тьму собственными глазами. Видела, какие приказы она им отдаёт.
Я опускаю взгляд на ее дрожащую руку, приблизившуюся к ножу, закрепленному на бедре.
— Ты не посмеешь, — говорю я, и Хантер тоже замечает сверкающий нож.
— Не посмею, — доносится скребущий звук, Рейчел достает нож.
Моя грудь вздымается, я делаю шаг назад, вжимаясь в Хантера. Его сильные большие руки ложатся мне на плечи. Звонкий стук, и нож оказывается на полу.
— Что ты делаешь?
Рейчел пинает серебряный нож в сторону.
— Теперь вы можете выслушать меня? — она поднимает руки, показывая, что безоружна.
— Только без резких движений, — я все еще слежу за ней.
— Она хотела сделать это и со мной, но я была готова на все, лишь бы не стать такой, как те люди. Точнее, я бы стала намного хуже тех людей, потому что я вампир. Когда Эвелин не видела, я пила яд, который отравлял мой организм. Я пила яд, чтобы он заглушал тьму, разрастающуюся во мне. Я хотела умереть и до сих пор этого хочу, — такое чувство, что девушка еле стоит на ногах.
— Почему нам стоит тебе поверить? — мой голос строг.
— Я могу кое-что показать. У Хантера как раз в душе стеклянные дверцы.
Откуда ты знаешь? Точно, вы же встречались. Естественно, ты знаешь какие дверцы у него в душе.
— Да, — отвечает Хантер, выйдя вперед.
— Но... — я не успеваю договорить, как парень поворачивается ко мне.
— Я ценю то, что ты так печешься о моей жизни, Мелисса, — его холодные глаза врезаются в меня, словно льдина. — Но мне не нужна круглосуточная охрана, — отрезает он, после чего уходит в ванную.
Мои ноги приросли к полу. Что это опять с ним?
— Что с Хантером? — будто прочитав меня, спрашивает Рейчел.
Я безмолвно пожимаю плечами. Мы заходим в просторную ванную, светло-голубых тонов. Рейчел отрывает стеклянную дверцу и становится за неё. Таким образом, что половина ее лица находится за стеклом.
— Выключите свет и посветите фонариком на меня, — говорит девушка.
Я включаю на телефоне фонарик, Хантер тем временем выключает свет.
— Посветите на мое лицо.
Тусклый свет фонарика падает на лицо Рейчел. Я отпрыгиваю, впечатываясь в Хантера.
— Что с твоим лицом? — удивлённо спрашивает Хантер.
Та половина лица, которая находится за стеклянной дверцей изменилась. Точнее, это уже и не назвать лицом. Вместо глаза впалая дырка. Через кожу просвечиваются очертания черепа.

— Смотрите ещё, — Рейчел поднимает руку, и мы видим просвечивающиеся кости.
— Почему это видно только через стекло? Другая сторона нормальная, — спрашиваю я.
Девушка устало пожимает плечами.
— Видимо, если смотреть через стекло, то свет преломляется.
Хантер включает свет, и все пропадает.
— Я сама не знаю, что это означает. Я не думаю, что в этом есть хоть что-то хорошее.
— Получается Алекс такой же? — не выдержав, спрашиваю я.
— Нет, я видела его. Он не заражен тьмой, в отличие от меня. В отличие... — ее взгляд падает на Хантера.
— Все нормально, Хантер теперь здоров, — говорю я, но Рейчел все еще смотрит на парня.
— Эвелин держит Алекса в сознании. Единственное, что я знаю, так это... Так это то, что она внушает ему вещи, которых не было. Внушает ему вину, мучает болью. И да, он делает то, что она говорит. Но только если она прикоснется к его вискам и прикажет. Я думаю, что его все ещё можно спасти, Мелисса. Он все ещё живой, — девушка с трудом сглатывает.
Такое чувство, что она испытывает боль при каждом движении.
— Я хотела тебя предупредить, Мелисса. Я подслушала как-то ее разговор. Я думаю, что следующая роза будет у кого-то из твоих родных. Родных, с которыми ты провела своё детство, — ее речь медленная и слабая.
Я сразу вспоминаю родителей, и мое тело покрывается дрожью.
— Мне нужно уходить, — девушка идёт к выходу.
— Но ты можешь остаться тут, — заверяет Хантер.
— Не могу... Мне нужно вернуться к Эвелин.
Голова начинает зудеть от ее слов. От слов, которые говорил мне Алекс. Я была в полусне, но отчетливо помню эти слова.
«Я должен идти к Эвелин.»
Рейчел застывает у двери, обернувшись.
— Не думаю, что она оставит во мне хоть что-то человеческое. Когда увидишь меня снова, то лучше убей, — она переводит свой неживой взгляд на меня.
— Почему ты хочешь, чтобы это сделала я? — моя бровь приподнимается.
— Мы не можем убить того, кто нас создал.
Я не понимаю ее слов.
Рейчел делает шаг к Хантеру.
— Тогда я совершила большую ошибку, — девушка опускает голову.
Хантер лишь играет желваками, а затем девушка направляется к выходу.
— Ну зачем тебе помогать нам? — вдруг вырывается у меня.
Рейчел останавливается.
— «Если я могу сделать хоть что-то, чтобы помочь, я делаю». Одна девушка сказала мне эти слова, когда я задала ей такой же вопрос, как и ты мне, Мелисса, — Рейчел тяжело сглатывает. — Эта девушка была очень добра ко мне, но я не успела отплатить ей тем же. Поэтому я решила, что могу помочь тебе, — исхудавшая фигура Рейчел растворяется в темноте.
— Спасибо, — шепчу я.
Я поворачиваюсь к Хантеру. Мое сердце начинает колотиться.
— Мы не можем убить того, кто нас создал, — я сглатываю. — Почему Рейчел сказала эти слова?
Хантер пожимает плечами.
— Ты так посмотрел на неё, как будто точно знаешь, о чем она, — я щурю глаза.
— Да не знаю я, — он скрещивает руки на груди.
— Говнюк, — я пихаю его в грудь.
— За что?
Мои черты лица заостряются.
— Если у тебя нет настроения, то необязательно выливать на меня свои недовольства, — отрезаю я. — Или наберись мужественности и выскажись мне о своих проблемах, или засунь их куда подальше, не распространяя их на меня.
   Я внимательно анализирую его реакцию на мои слова.
Его взгляд полон недоумения.
— И перестань делать вид, будто не понимаешь, о чем я. Правда, бесит, Хантер, — возмущаюсь я.
Я открываю рот, чтобы продолжить, но Хантер опережает меня.
— У нас есть дела поважнее, Мелисса, — сейчас его глаза не такие холодные, как были пару минут назад. — Нам нужно срочно ехать к твоим родителям, — после его слов, фраза Рейчел и разборка с Хантером мгновенно вылетают из моих мыслей.
Я останавливаю машину у дома родителей, а сама бегу к двери. Я звоню в звонок. С души спадает камень, когда дверь открывает мама.
— Как ты? — я прижимаюсь к ней. — Все хорошо? — спрашиваю я, уткнувшись в родное полное теплоты плечо. — К вам никто не приезжал? — мой голос сбивается.
— Нет, — спокойно отвечает мама. — А кто должен был приехать? — ее руки накрывают мои предплечья.
К нам подбегает Хантер.
— Здравствуй, Хантер, — говорит мама.
Я удивляюсь тому, что мама знает Хантера, а потом вспоминаю тот день, когда случился наплыв тьмы.
— Здравствуй, Элисон, — говорит Хантер, после чего мама подходит к нему и обнимает.
Мой рот приоткрыт, я хлопаю глазами как рыба.
— Проходите в дом и все расскажите, — говорит мама, пригласив нас внутрь.
Я хожу из стороны в стороны, не понимая, почему Рейчел соврала.
— Мы не опоздали, — говорит Хантер, оперевшись на стол руками. — Ты можешь не ломать голову, Мелисса. Все нормально.
Я продолжаю ходить из стороны в сторону. Я судорожно ещё раз повторяю в голове слова Рейчел.
«Я хотела тебя предупредить, Мелисса. Я подслушала как-то ее разговор. Я думаю, что следующая роза будет у кого-то из твоих родных. Родных, с которыми ты провела своё детство.»
Я останавливаюсь.
Родных, с которыми я провела своё детство.
Меня окатывает волной холода.
Уильям и Элизабет жили с нами, когда я была ещё малышкой. Но откуда Эвелин известно и это? Я оставляю эти рассуждения на будущее.
   Я набираю трясущимися руками номер Уильяма.
— Хантер! — говорю я, и парень кидает мне свой телефон.
Затем, обхватив телефон парня, набираю номер Элизабет.
   Каждый последующий долгий гудок отзывается тревогой у меня внутри.
— Нет, Хантер, мы опоздали! — я кидаю на стол телефоны. — Элизабет и Уильям не отвечают, — говорю я, после чего воцаряется молчание.