Несокрушима

Мелисса

Я сижу с Трейси. Мои ладони обхватывают горячую кружку с чаем.
— Как прошли похороны? — спрашивает девушка.
— Я знаю, что она была там, — моя рука сжимает кружку сильнее.
— А Алекс был там?
   Я киваю, погружаясь в воспоминания того дня.

🤍Воспоминание🤍

Dynasty — MIIA

It all fell down, it all fell down
Всё рухнуло, всё рухнуло,
It all fell, it all fell down, it all fell down
Всё рухнуло, всё рухнуло, всё рухнуло,
It all fell, it all fell down, it all fell down ehhh
Всё рухнуло, всё рухнуло, всё рухнуло, эй,
It all fell down, it all fell down, it all fell down
Всё рухнуло, всё рухнуло, всё рухнуло.

Я стою у закрытого чёрного гроба. Все ждут, когда я начну свою речь, но я пытаюсь собраться с мыслями. Я перевожу взгляд на Лирию и Гранта. Они стоят в первом ряду, рука мужчины сжимает руку Лирии. На них надеты чёрные плащи, как и на всех, кто пришёл сюда. Похороны проходят на улице, а сегодня обещали дождь.
   На мое удивление людей собралось достаточно много. Все, кто знал Мию, теперь находятся здесь. Хантер стоит рядом с ее родителями. Его взгляд пригвоздился ко мне.
   Я тяжело сглатываю, а затем дотрагиваюсь до холодного дерева. Я прочищаю горло.
— Все мы собрались здесь, чтобы почтить память Мии Уокер. Для кого-то она была просто знакомой, для кого-то другом, для кого-то дочерью, — я пытаюсь унять своё колотящееся сердце. — Для меня она была не только подругой. Для меня Мия была всем. Наверное, поэтому мне сейчас невероятно трудно стоять здесь, касаясь рукой ее гроба. Вот недавно мы обсуждали с ней будущее, а сейчас этой девушки не стало. Не буду скрывать того, что я была не лучшей подругой для неё, — по моей щеке скатывается слеза. — Как сказал мне один человек, я не раз подвергала Мию опасности. Дружба со мной стоила ей жизни, — во рту появляется горечь. — Я очень сожалею, — я откидываю чёрный капюшон.
   На мои золотистые волосы капают капли дождя. Пусть все видят мое лицо. Лицо той, которая облажалась. Которая не сумела ее спасти.
   В голове сразу мелькает воспоминание того, как девушка разорвала свой билет. Мия могла уехать из Аризоны, но она выбрала остаться со мной.
— Я извиняюсь перед ее родителями и перед другими людьми, которым была дорога эта девушка, — я перевожу взгляд на Лирию.
   По щекам женщины текут слёзы, но она кивает мне.
— Мне никогда не искупить своей вины, — я опускаю голову.
   Дождь начинает капать сильнее.
   Мои губы дрожат, внутри все сдавливает. Я делаю вдох. Руки покрываются дрожью.
На небе сгущаются тучи.
— Она была идеалом подруги и дочери. Мия всегда старалась помочь всем. Она была искренней и понимающей. Доброй и светлой внутри. Она была моей искоркой среди пелены тьмы. Таких людей очень мало сейчас. И не каждый, кто стоит здесь, такой. И мне никогда не стать такой, как она, — я нахожу среди чёрных плащей знакомый силуэт парня.
   На секунду у меня перехватывает дыхание, мое тело покрывается колкими разрядами.
— Мне никогда не стать такой, как она, — повторяю я. — Но я никогда не перестану сопротивляться. Я отомщу за Мию, — я сжимаю кулаки. — Тот, кто причинил этой невинной девушке боль, вскоре поплатится, — я слышу приглушённый гром.
   Гроза идёт сюда. Дует прохладный ветер, развевая мои влажные волосы.
— Я знаю, что ты где-то среди этих людей, — я пробегаю глазами по чёрным капюшонам. — Тебе не убежать от меня. Ведь совсем скоро ты пожалеешь, что связалась со мной, — я перевожу взгляд на Хантера. — Пожалеешь, что связалась с нами, — в груди появляется горячий шар ненависти. — Потому что от нас ты не сможешь скрыться, — колкие разряды начинают охватывать все мое тело. — Я найду тебя, куда бы ты не направилась. И ты будешь молить меня, чтобы я сжалилась. Но я не сделаю этого. Также, как и ты не сделала ничего, когда я умоляла тебя прекратить. Когда молила тебя остановиться. Когда я готова была пожертвовать чем угодно, включая себя, чтобы ты перестала причинять Мие боль. Но ты не остановилась, — небо сотрясает громкий раскат грома.
   Создаётся впечатление, что небо сейчас вот-вот и разорвется. Кто-то из толпы ахает.
— Я убью тебя! — произносят мои губы, после чего сжимаются.
Мои слова заглушает раскатистый гром.
   Кто-то накидывает на мою голову капюшон, чтобы другие не видели моих светящихся глаз.
   Резкая вспышка света. Молния ударяет в соседнее дерево.
   Кто-то хватает меня за запястье. Затем, словно обжегшись, отдергивает руку. Мой взгляд устремлён на ствол дерева, куда попала молния. Ещё несколько секунд назад там стоял человек в чёрном плаще. Сейчас у дерева никого.
Это была она... Я уверена в том, что это была она. Эвелин.
— Нужно уходить, — говорит Хантер. — Сейчас тут все зальёт.
   Половина людей в чёрных плащах уже ушли под навес, чтобы переждать дождь.
— Ты же не серьёзно? — вдруг спрашивает Хантер. — Другие не слышали из-за грома, но я слышал все. Ты правда намерена убить Эвелин?
   Я молчу. Не хочу отвечать на этот вопрос.
   Все это время, я двигалась, не зная дальнейшей дороги. И только сейчас я нашла истинный путь. Небо разрезает ещё одна ветвистая молния. Она озаряет развилки путей. Грохот и сверкание повсюду.
Кто-то с ужасом бежит к навесу, боясь промокнуть. Кто-то и вовсе решает сесть в машину и уехать.
   Когда мои глаза потухают, я снова сбрасываю капюшон. Я иду, наслаждаясь каждым грохотом и вспышкой. Ведь теперь я знаю путь. Молнии освещают мне его. Я чувствую, как покалывание в пальцах перерастает в непривычное тепло.

🤍Воспоминание обрывается🤍

— Твой чай скоро остынет, — Трейси отрывает меня от воспоминания.
   Я делаю глоток.
— Тебе правда нравился Алекс? — вдруг спрашиваю я.
— Если честно... — девушка задумывается. — Никогда он мне и не нравился. Мне вообще блондины не особо заходят, но... — Трейси делает паузу.
— Что-то не нравится мне твоя пауза.
— Пару раз.
   Мои брови взлетают, глаза округляются.
— Серьезно? — я чуть не давлюсь чаем. — Алекс? Вы встречались?
   Трейси закатывает глаза, после чего с ее губ слетает холодный смешок.
— Нет, Мелисса. Я даже не назову то, что было между нами, мутками.
— Тогда что между вами было? — я прикусываю губу.
— Скорее это можно назвать удовлетворением потребностей друг друга. Никаких чувств и обязательств.
— И как давно это было?
— Очень давно. Еще вначале первого курса, он тогда только переехал в Аризону.
— Он нравится тебе?
— Ты повторяешься, — девушка снова усмехается. — Нет, Мелисса, он не в моем вкусе.
— А чего ты тогда ненавидела меня?
— Потому что раньше я была в центре внимания. Все хотели со мной дружить и общаться. А потом появилась ты... — ее лицо морщится. — Все внимание было на тебе. Про меня все забыли. Все смотрели лишь на тебя и на Алекса, который почему-то решил подкатить к тебе.
— Ну этому вниманию не стоит сильно завидовать, потому что тогда Алекс намеренно со мной познакомился.
— Поэтому ты стала вампиром? Из-за него?
— Долгая история, — я допиваю чай.
— А мы сегодня никуда и не торопимся.
   Я рассказываю ей вкратце о том, что со мной происходило.
— Все в универе думали, что ты болела. А ты... Я даже не могу описать это словами.
— И не надо. Мне самой не нравится вспоминать то, что тогда произошло.
— Я поступала с тобой, как последняя стерва. Я и подумать не могла, что в этот момент с тобой было. Я и с Мией поступала не очень хорошо, — девушка опускает голову.
   Я молчу. На моих глазах выступают слёзы.
— Извини, я... —девушка запинается. — Я не хотела о ней вспоминать.
— Все нормально, — сухо отвечаю я, пытаясь сдержать внутренние эмоции.
— Как твои шрамы? — Трейси переводит тему.
— Почти все затянулись. Остался только один на животе, — я касаюсь живота. — Нужно ещё раз обработать его.
   Трейси встаёт и направляется к шкафчику.
— У меня есть большой пластырь, поэтому можно сделать это сейчас, — девушка ставит аптечку на стол.
   Я приподнимаю футболку и разматываю бинт.
   Взгляд Трейси останавливается на длинном шраме.
— Ну и швы, — фыркает девушка. — Он что вслепую это делал?
   Я пожимаю плечами. Не думаю, что у Алекса было время думать о красоте шва.
   Трейси помогает мне обработать шрам.
— Если бы у тебя была возможность вернуться назад, ты бы сделала это? — вдруг спрашивает девушка.
— Кто-то говорит, что то, что происходит сейчас, это наилучший вариант происходящего, но... — я вспоминаю голубые глаза Сандра. — Я бы хотела вернуться в детство. Я бы попыталась сохранить им жизнь.
— Но не думаешь ли ты, что сохранив им жизнь, что-то другое могло пойти не по плану?
— Может быть. Но я бы все равно рискнула. Жаль, что об этом можно лишь мечтать. А ты бы вернулась в прошлое?
   Я смотрю, как девушка аккуратно дотрагивается пропитанной в спирте ватой до шрама. Я морщусь от боли.
— Нет. Я бы очень хотела увидеть ещё раз папу, но я не смогла бы пережить это снова. Смотреть, как он медленно умирает на глазах. Знать, что ты ничего не можешь с этим поделать. Каждый раз бояться засыпать из-за страха проснуться и не почувствовать биения его сердца, — Трейси заклеивает шрам.
— Ты извини меня за то, что набросилась тогда в коридоре, — я поднимаю на неё глаза.
— А я тебя уже не так сильно ненавижу, — говорит Трейси, и мы вместе смеёмся.
— Ты тоже открылась для меня с другой стороны, Трейси, — признаю я. — Я думала, что у тебя нет сердца.
   На ее холодном лице появляется легкая улыбка.
— Иногда мне кажется, что мое сердце обросло толстой коркой льда, — уголки ее губ опускаются.
— Уверена, что у кого-нибудь получится растопить этот лед.
   Клянусь, что на секунду в ее глазах промелькнуло тепло.
— Я хотела тебе кое-что показать, Мелисса, — Трейси уходит в комнату.
   Когда она возвращается на кухню, в ее руках я замечаю знакомый цветок.
— Вчера вечером я вышла из душа и увидела на столе этот цветок. Это ты оставила? — она крутит в руках белую розу.
   Я отрицательно кручу головой.
— Трейси, у меня для тебя плохие новости.
   Я рассказываю ей про Мию. Рассказываю про цветок, который я нашла у неё в руке после ее смерти.
— Я следующая, — тело девушки пронзает дрожь. — Эвелин придёт за мной, чтобы убить, — голос Трейси дрожит.