Несокрушима

Мелисса

Я звоню в звонок. Мои руки обхватили светло-голубую лежанку, залитую алыми разводами. Весь бинт пропитался кровью, и теперь белая шерстка котенка почти вся окрасилась в красный цвет. Внутри меня все окончательно погасло, осталась лишь дрожь и страх. Страх не за себя, а за этот маленький белый комочек.
«На этот раз тьма победит, Мелисса»
«Игра началась»
   Я закрываю глаза, пытаясь восстановить свое дыхание.
Мия живет в небольшом двухэтажном домике вместе с родителями. Я стучу в дверь.Через несколько минут она распахивается.
На пороге стоит ее мама.
— Здравствуй, Мелисса, — она показывает рукой, чтобы я вошла внутрь.
Я переступаю порог дома, глаза щурятся от яркого света. Сразу ощущаю манящий аромат, который доносится с кухни. В голове сразу всплывает мама. Я прижимаюсь к ней, и мои страхи испаряются. Единственное, что я чувствую, так это тепло и защищенность.
— Грант готовит ужин. Не хочешь к нам присоединиться? — она опускает свой взгляд ниже и замирает. — О Боже, — женщина закрывает рот рукой и делает шаг назад.
— Мне нужна ваша помощь, Лирия, — я обращаюсь к ней, пытаясь держаться, как можно увереннее.
   Мои глаза наполняются тяжестью от пролитых слез. В висках появляется давящая боль.
Лирия не двигается, ее взгляд устремлен на Ксандра.
— И ещё... — мне приходятся прочистить горло, чтобы сказать дальше. — Мия дома? — я боюсь услышать ответ.
— Да.
Я с облегчением выдыхаю.
— Не стой на пороге, проходи на кухню, — говорит Лирия. — Мы придумаем, что можно сделать.
Я ставлю лежанку с котёнком на стол.
— Мой муж работает в клинике, поэтому он поможет найти хорошего ветеринара.
— Я знаю, поэтому я привезла его к вам.
Я перевожу взгляд на полуживого котёнка. Мои желваки сжимаются, чтобы не взреветь снова.
— Спасибо, — я закрываю рот рукой, потому что с губ срывается рыдание.
   Глаза женщины полны сопереживания.
— Эй, — тёплые руки Лирии обнимают меня. — Мелисса.
Я прижимаюсь к ней и начинаю плакать. На кухню заходит высокий мужчина.
— Я позвонил знакомому ветеринару. Он передал, что в таком состоянии котёнка нельзя трогать и перевозить. Он уже выехал и скоро будет у нас, — отвечает муж Лирии.
Я отрываюсь от Лирии и делаю шаг к лежанке. Ноги хотят подкоситься, все внутри содрогается, когда я снова вижу котенка. Но я беру себя в руки и подхожу к нему.
   Я наклоняюсь к котёнку. Его глазки прикрыты, маленькое тельце изредка вздымается, чтобы сделать вздох.
— Все будет хорошо, Ксандр, — шепчу я, касаясь губами его пушистого лба. — Ты обязательно поправишься, и мы будем вместе играть, — мои губы дрогнут. — Ты будешь кусать меня, а я буду ругаться, — на моем лице появляется легкая улыбка, я вспоминаю эти моменты.
По щекам текут холодные слёзы. Я касаюсь большим пальцем розового носика.
— Мы будем вместе, Ксандр. Я обещаю тебе, — мои глаза округляются, когда котенок высовывает язык и начинает лизать мой палец.
    Я чешу его за ушком.
— Я обещаю дать тебе много вкусняшек. Сколько ты захочешь, только борись. Ты мне нужен, Ксандр, — мой голос обрывается. — Ты наш маленький защитник.
Я оборачиваюсь и сталкиваюсь взглядом с Лирией. Мои глаза заполнены лишь одним: ненавистью. Мне следовало еще в первый день, как только я увидела Эвелин, свернуть ей шею. Я чувствовала, что она не та, кем кажется на первый взгляд. Интуиция меня никогда не подводила. Мне не верили. Не понимали, почему я так к ней отношусь. Но я оказалась права. Права в том, какая Эвелин дрянь! И я ненавижу ее за то, что она сделала с ними! Ненавижу за то, что она сделала с Ксандром!
   В пальцах начинает ощущаться покалывание.
— Почему Мия даже не спустилась? — мои ногти впиваются в ладони. — Она должна была услышать, что кто-то пришёл.
— Она наверху с подругой, — отвечает Лирия, вручая мне стакан с холодной водой.
— Какой ещё подругой?
— Кажется, ее зовут Эвелин, — вмешивается Грант.
— Не видела раньше эту девушку, — продолжает Лирия. — Вы теперь дружите втроем? — спрашивает она, но я уже давно покинула кухню.
Я перепрыгиваю ступеньки, чтобы быстрее оказаться наверху. Мое сердце бешено колотится.
Я залетаю в ее комнату, но она оказывается пустой. Я проверяю остальные комнаты, но не нахожу там ее.
— Мия... — я отчаянно хватаюсь за голову.
Все кругом начинает расплываться.
Мое внимание привлекает открытая тетрадка на столе. Я беру ее в руки. Я пробегаю глазами по сочинению, написанному синей ручкой. Мое внимание привлекает одна строчка,которая написана чёрной ручкой.
   «Я никогда бы не забыла про двадцатое число.»
Я спускаюсь на первый этаж. Я немного мнусь перед тем, как рассказать Лирии и Гранту правду. Но они должны знать. Должны знать, в какой мы сейчас опасности. Они молча слушают, когда я быстро рассказываю им про вампиров, про Эвелин. Грант обвивает талию Лирии, успокаивая. На глазах женщины слёзы.
— Мия пропала, и это дело рук Эвелин, — подвожу к концу я.
— Может вызвать полицию? Сделать хоть что-то? — говорит Лирия, обращаясь больше к Гранту, чем ко мне.
— Вы должны мне довериться. Полиция никогда в жизни не поверит, если вы расскажите им все это. Единственное, что они могут сделать, так это заниматься медленными поисками Мии. Но... Какой от этого толк? Если сейчас важна каждая минута.
— Что ты предлагаешь нам делать, Мелисса, — спрашивает Грант, успокаивая свою жену.
— Дождитесь ветеринара. Убедитесь, что котёнку окажут нужную помощь. А я разыщу Мию, — я нахожу на кухне салфетку и ручку.
Я записываю на салфетке номер телефона.
— Вот номер моих родителей, если вдруг что, то вы можете на них положиться. Никому не доверяйте. Никому не говорите, что знаете о вампирах. Потому что теперь мы все в опасности.
— Мы сделаем, как ты сказала.
— Спасибо, — я подхожу к Ксандру и наклоняюсь.
Мои губы снова прижимаются к его пушистой головке.
— Борись, Ксандр. Я знаю, что ты сможешь, — котенок спит, но, когда я говорю эти слова, он начинает тихо урчать.
Я оказываюсь на пороге. Рука Лирии лежит у меня на плече.
— Пообещай, Мелисса, — ее голос дрожит, но она пытается сдерживаться. — Пообещай, что спасёшь мою дочь. Пообещай, что она вернётся к нам целая и невредимая.
Я поднимаю на неё глаза.
— Обещаю, — мой голос обретает прежнюю уверенность.
Я ухожу.
Барабаню пальцами по рулю машины.
В голове крутится лишь одно имя.
Эвелин.
____________________________________

Пятнадцать минут назад

Мия

— Мия, — мама поднимается ко мне на второй этаж.
— Что такое? — спрашиваю я, оторвавшись от своей домашки.
— К тебе пришли, — русые волосы мамы собраны в небрежный пучок.
Несколько волнистых прядок все-таки выбиваются.
— Сейчас спущусь, — я принимаюсь дописывать сочинение.
Лирия уходит.
И кто же мог прийти так поздно? Может Мелисса или Алекс зашли еще раз попрощаться со мной? В груди что-то сжимается. Вдруг это Хантер?
По правде сказать, я наговорила ему всего. В тот день я была расстроена и зла. Мне хочется забрать свои слова, потому что я бы хотела, чтобы мы остались друзьями. То, что я сказала ему тогда было сказано на эмоциях.

🤍Воспоминание🤍

— Я забыла кое-что, — я переступаю через свой страх и подхожу вплотную к нему. — Тебе ещё нужен мой ответ? — я поднимаю подбородок выше, сталкиваясь с его сапфировыми глазами.
— Да, — его желваки сжимаются.
— Он был про то, сможем ли мы продолжить наше общение. И мой ответ да... — внутри все скручивается в узел. — Ты потерял меня навсегда, Хантер.

🤍Воспоминание обрывается🤍

Но я, и правда, тогда была расстроена. Потому что мне надоело, что ко мне так относятся. Играют с моими чувствами.
Я задвигаю стул и иду к лестнице. Спускаясь вниз, я замечаю темноволосую девушку. Она болтает с моим папой. На ней сегодня облегающее чёрное платье, поверх которого надета кожанка. Ее образ прекрасно дополняют чёрные ботинки Dr. Martens.
Когда я спускаюсь чуть ниже, девушка замечает меня. Я встречаюсь с ее темно-карими глазами, уголок ее рта приподнимается в полуулыбке.
— Привет, Эвелин, — я перевожу взгляд на ее идеально уложенные волосы.
— Не против провести немного времени вместе? — спрашивает девушка, обнимая меня.
Я вдыхаю манящий аромат ее духов, отдаленно похожий на запах роз.
— Конечно, — отвечаю я, отрываясь.
Родители остаются на первом этаже, а мы с Эвелин поднимаемся на второй.
Я сижу на диване, а девушка ходит по комнате.
— Вижу ты прилежная ученица, — она поднимает мою тетрадку. — Я вот не так сильно уделяю время учебе.
— Но, несмотря на это, твои оценки одни из высоких, — я смотрю на неё.
— Это точно, — она уверенно подходит ко мне. — Поверь, Мия, домашка — это бессмысленная трата твоего времени.
Ее слова меня начинают конкретно бесить.
— Если тебе это дано, то это не значит, что другие могут тоже ничего не делать и получать отличные результаты. Все мои оценки зависят от того, сколько усилий я прилагаю. И они высокие не из-за того, что так сложилось, а потому что своим трудом я их заслужила, Эвелин, — я не замечаю, как мои руки начинают сильнее сжимать покрывало.
На лице девушки появляется улыбка.
— Думаю, лучше провести время без разговоров об уроках.
Ее взгляд переходит на собранный чемодан в углу комнаты.
— Не успела разобрать?
— Наоборот, — отвечаю я. — Я уезжаю из Аризоны.
На лице девушке отражается удивление.
— Правда? — ее бровь приподнимается, губы сжимаются.
— Да, — я убираю учебник в полку.
— Из-за чего же у тебя появилось желание уехать?
Я замираю, пытаясь понять, откуда в голове у меня появилась мысль об уезде.
— Мия, — говорит Эвелин, и я вздрагиваю. — Ты тут вообще?
— Да. Я не знаю, откуда у меня появилась мысль о переезде, — я пожимаю плечами.
— Так может тебе и не нужно уезжать.
Мне нужно уехать из Аризоны. Нужно уехать.
Все внутри говорит, что так нужно. Что мне нужно уехать.
— Нужно. Не знаю почему, но я должна уехать, — я растерянно сажусь на мягкую поверхность.
Эвелин присаживается ко мне, а затем откидывается назад на кровать.
— Давай посплетничаем, Мия, — она лежит, смотря в потолок.
— О чем ты хотела посплетничать?
— Например, почему Мелисса так меня недолюбливает? — ее идеально-уложенная бровь снова приподнимается.
Я удивляюсь той легкости, с которой она произнесла этот вопрос.
— Тебе, наверное, показалось, — я думаю, как мне перевести тему.
— Нет, не показалось, Мия. Она смотрит на меня с явным осуждением, хотя я ничего ей не сделала, — девушка поворачивается набок. — А может она просто ревнует? — в ее карих глазах появляется азарт.
— Бред, — я тоже поворачиваюсь на бок и теперь могу видеть ее лицо.
— Ну смотри, Мия. Появилась я, и ты стала проводить время не только с ней, а еще и со мной. Мелиссе это не понравилось. Точнее, я не понравилась, — Эвелин замолкает, поправляя свои волосы. — А может Мелисса просто боится тебя потерять?
— Но она не потеряет меня.
— Вдруг она думает, что ты захочешь больше общаться со мной, и забудешь ее, — атмосфера в комнате все больше накаляется.
— Да нет. Мелисса не будет так думать, ведь я никогда не брошу ее, — моя грудь наполняется теплом, как только я вспоминаю подругу.
— Я слышала, что Мелисса потеряла крестных, когда была совсем маленькая.
— Да, Мелисса очень любила их.
— Она рассказывала тебе про них?
— Да.
— И что же?
— Не думаю, что стоит сейчас про это говорить.
— Ладно, Мия, — она тыкает меня в живот, а затем поворачивается на спину.
— Расскажи лучше про себя. Может, у тебя есть кто на на примете?
— Нет, — отвечаю я, но мои щёки предательски вспыхивают.
— Мия, Мия. Не умеешь ты скрывать ничего. Дай угадаю, кто он. У него голубые глаза.
— Да.
— Светлые волосы.
Мое сердце пропускает удар, когда она говорит это.
— Нет, Эвелин. Ты не угадала, — я встаю с кровати.
— Брось. Все сохнут по Алексу, — Эвелин привстает.
— Нет, — ещё раз повторяю я. — Алекс мой друг, и он влюблён в Мелиссу. И я искренне рада за них.
— Правда? Но ты видела его накачанное тело, его голубые глаза, его голос... — Эвелин не успевает договорить, потому что я прерываю ее.
— Я не хочу обсуждать Алекса за спиной у Мелиссы. Давай закроем эту тему.
— Но мы же только начали, — возмущённо произносит девушка.
— Мы с Алексом друзья. Тут нечего обсуждать.
— Тут ооочень много чего можно обсудить, — она хватает меня за руку, сажая рядом. — Ты знаешь, что статус друга можно легко изменить? Хочешь я помогу тебе? Помогу влюбить его в себя?
Я сижу, удивлённо таращась на девушку.
— Поможешь влюбить? — моя бровь приподнимается. — Убирайся из моего дома! — я встаю и показываю на дверь. — Я не хочу больше с тобой разговаривать.
— Как знаешь, Мииия, — мое имя она специально растягивает.
Дверь захлопывается. Я пулей сажусь на стул, мои пальцы дрожат, когда я беру в руки чёрную ручку. Я успеваю написать одно предложение. После чего судорожно копаюсь в полке, ища серебряный нож и блистерную упаковку.
Я прячу все это в глубокий карман.
Она вернётся за мной. Эвелин придёт за мной. Мое тело дрожит.
Эвелин никак не могла узнать про Сандра и Джулию. Мелисса никому не рассказывала про своих крёстных. Только мне и Алексу.
Когда я нахожу телефон, я обнаруживаю сообщения, которые я не писала. Я узнаю, что Мелисса рассталась с Алексом. Это Эвелин. Она отвечала Мелиссе с моего телефона, а сейчас зашла ко мне, чтобы незаметно вернуть пропажу.
Я уже хочу позвонить Мелиссе, чтобы рассказать, что это не я ей писала. Но телефон садится.
Я иду в комнату родителей, чтобы поставить телефон на зарядку. От их комнаты есть ещё один спуск на первый этаж. Мы его редко используем, предпочитая спускаться по главной лестнице.
Я дотрагиваюсь до ручки двери, а затем замираю. Чувствую отдаленный запах роз.
— Ты вернулась, — я оборачиваюсь и смотрю на девушку, в ее глазах на секунду появляется яркая алая искра.
— Да, Мия, — она смотрит на меня сверху-вниз. — И я очень не советую тебе сейчас сбегать. По крайней мере, если тебе дороги родители, то ты не спустишься вниз.
Я огибаю кровать и подаюсь к главной лестнице. У меня даже получается до неё добежать, но затем девушка оказывается впереди меня. Она подставляет мне незаметную подножку, и я падаю.
Я больно ударяюсь виском. Я прикладываю пальцы к ушибленному месту. На пальцах остается алая кровь.
— У вас там все нормально? — кричит с первого этажа мама.
Я уже хочу открыть рот, чтобы крикнуть им уходить из дома, но грубый ботинок вжимает мою голову в пол. Висок начинает раскалываться.
— Ответь, что все нормально, Мия, — зло шепчет Эвелин.
Я молчу, тогда девушка начинает надавливать сильнее. Рана начинает еще сильнее кровоточить.
Я слышу шаги мамы. Они приближаются к лестнице.
— Говори, — зло рычит девушка. — Иначе, я их убью.
Мое тело окатывает дрожь. Я понимаю все серьезность ее предупреждения.
Ботинок отрывается от моей головы.
— Все нормально, — громко говорю я, чтобы мама услышала. — Мы просто уронили цветок, — Мои глаза начинают слезиться.
— Вы не поранились? Вам нужна помощь? — мамин голос слышится с первого этажа.
— Нет, все нормально, мы справимся, — выдавливаю я.
Я слышу, как шаги мамы отдаляются. Я выдыхаю.
Эвелин хватает меня за шкирку, поднимая. Следующим движением, она впечатывает меня в стену. Я сталкиваюсь с ее разъяренными глазами. На секунду в темно-карих глазах мелькают алые искры.
— Ты закроешь свой ротик и перестанешь сопротивляться, — ее зрачки расширяются.
Она применяет принуждение. Я понимаю, что браслет, который подарила мне Мелисса из чистого серебра. Серебро тоже частично может заглушить принуждение, применяемое к тебе.
— Знаешь, а Мелисса была права в том, какая же ты дрянь, — отрезаю я, после чего очертания комнаты меркнут.