Несокрушима

Мелисса

   Дверь открывается, и в комнату заходит темноволосый парень.
   На мне облегающий чёрный комбинезон, который помогает двигаться без лишнего шума. В руках я сжимаю чёрные перчатки, которые я нашла, когда обыскивала комнату. Я медленно выдыхаю, а затем делаю шаг и выхожу из тени.
— Что ты скрываешь, Хантер? — мои глаза полны злости.
   Парень вздрагивает при виде меня, но потом на его лице появляется его привычное безразличие.
Я стискиваю челюсти, сжимая рукоять ножа.
— Что ты забыла у меня дома? — его голос окатывает меня холодом.
   Как будто он не догадывается, зачем я пришла. Мне хочется усмехнуться, но я подавляю это желание.
— Мне повторить свой вопрос, Хантер? — сегодня я не намерена шутить.
   Две недели я шпионила за Хантером. И я знаю, что он скрывает что-то от нас. От меня, от Мии и Алекса.
   Как-то ночью я проследила за его Рендж Ровером. Хантер ехал в неизвестном направлении. Я пыталась вести себя максимально аккуратно и скрытно, чтобы он не понял, что моя машина у него на хвосте. Но у него получилось меня обмануть и скрыться. У меня не получилось узнать, куда он тогда ехал. Но тогда я окончательно поняла, что он хочет что-то скрыть. Первым делом мне хотелось рассказать все Алексу, но потом я передумала. Хантер являлся другом Алекса и, если бы я рассказала Алексу о том, что я слежу за его другом, это было бы не очень удачной затеей. Поэтому я и выкинула эту мысль из головы. У меня нет веских причин, чтобы обвинять в чем-то Хантера. Я сжимаю в руке чёрные перчатки. По крайней мере, пока нет.
   Я оглядываю комнату, чтобы удостовериться: не упустила ли я что-нибудь ещё.
— Алекс в курсе, где ты по ночам шастаешь? — взгляд Хантера скользит по мне.
— Его это не касается, — огрызаюсь я, делая шаг вперёд.
— А мне кажется, что очень даже касается. Что если я захочу поделиться с другом, как его обманывает его же девушка? — его рот искривляется в ухмылке.
   Он ещё смеет говорить мне это? Внутри вскипает ярость.
— Только посмей, и этот нож войдёт тебе прямо в сонную артерию, — в моих руках блестит серебряное лезвие.
   Я плотно обхватываю рукоять пальцами, стискивая нож в руке.
— Когда Мелисса успела стать такой безжалостной? — он переводит взгляд на блестящее лезвие.
— В глубине души всегда такой была, — я провожу ножом по столу, оставляя глубокую царапину. — Особенно, когда моим близким грозит опасность, — я обхожу стол.
— Я так понимаю, что теперь опасность — я? — он выдерживает мой взгляд.
— Пока я не разобралась — да. Так что, расскажешь все или мне стоит перейти к более действенным методам? — я провожу языком по своим клыкам.
   Хантер молчит, мое лезвие молниеносно прижимается к его шее. Парень приподнимает подбородок выше, чтобы нож не царапал кожу.
— Думаю, можно обойтись и без этого, — он отодвигает мой нож.
   Мои клыки удлиняются, готовые вонзиться в его плоть. У него есть последняя попытка меня переубедить.
— Назови мне причину, по которой я не должна сейчас прокусить тебе шею, — рычу я, придвигаясь ближе.
— В тот день все не закончилось. Та тьма ещё осталась.
   Меня словно окатывают ледяной водой. Его слова заставляют меня попятиться назад.
— Но как... — я теряюсь в пространстве. — Как, если у меня получилось избавиться от него? — мои глаза блестят.
   Я вспоминаю тот день. Всю ту боль, которую я ощущала. Я закрываю глаза, и все погружается во тьму.

🤍Воспоминание🤍

   В тот день я потеряла свою подругу. Точнее, она была все ещё жива и даже рядом, но она больше не вызывала у меня тёплых эмоций, как раньше. Кейтлин вызывала лишь боль и разочарование. Все это время она врала мне. Все это время она была рядом лишь для того, чтобы я ей доверилась и открылась.
   Я лежу в полусне на холодном полу. Мои щёки мокрые от слез. Я внушила Алексу остаться, чтобы не подвергать его опасности. Я пришла сюда одна, чтобы спасти Кейтлин, а в итоге сама угодила в ловушку.
   Я не помню, как здесь оказалась. Помню лишь ту комнату с прекрасным видом на Аризону и розовый закат. Последний закат, который я, вероятно, увидела. Мейсон ни за что не отпустит меня живой. Он сам сказал мне эти слова. С каждым часом лучики надежды внутри обрываются. Я чувствую свою вину за то, что не предвидела этого раньше, за то, что так быстро доверилась Кейтлин. Я буду скучать по родителям. Я даже не успела им рассказать, что со мной происходит. Не успела попрощаться.
   Я вздрагиваю, когда в комнату заходит Кейтлин. Я делаю вид, что сплю, пытаюсь дышать как можно тише. Она подходит ко мне ближе. Ее рука тянется вверх, она открывает шкаф с какими-то медицинскими препаратами. А затем я слышу его шаги...
    У меня перехватывает дыхание. Внутри начинает скапливаться дрожь, которую я пытаюсь унять. Я лежу с закрытыми глазами, но чувствую, что это зашёл Мейсон. Я прекрасно запомнила звук его шагов, и то, что за ними обычно следовало. Я приоткрываю глаза. Он подошёл совсем близко.
— Ну как ты? — грубые руки парня обвивают талию Кейтлин.
   К горлу подкатывает комок рвоты.
— Сделала сыворотку, чтобы я мог ее контролировать? — спрашивает Мейсон, опустив на меня взгляд.
   Кучерявая девушка обвивает его шею, притягивая к себе.
— Осталось добавить пару капель вербены, — шепчет девушка ему в губы.
   Я внимательно вслушиваюсь в их разговор.
Грубые руки парня поднимаются выше. Он склоняется над ее шеей.
— Давай сделаем это, — его дыхание опаляет шею кучерявой девушки.
— А как же она? — Кейтлин переводит взгляд на меня.
   Я чувствую на себе взгляд ее зеленоватых глаз. Замедляю дыхание, пытаясь сделать вид, что я все ещё сплю.
— Она ещё под снотворным, — отвечает парень.
   На лице девушки появляется ехидная улыбка.
— Тогда я хочу сделать это на столе, — после ее слов, губы Мейсона впечатываются в ее.
   Его язык напористо проникает ей в рот. Его клыки заостряются. Отрываясь, он прикусывает нижнюю губу девушки. Появляется алая капелька, которая стекает по ее подбородку. Мейсон тут же слизывает кровь.
   Я понимаю, что нахожусь в одной из больших лабораторий. Сзади меня стоят столы, если пройти чуть дальше, то там будут кушетки.
Кейтлин пятится назад, пока не сталкивается со столом.
   Сейчас они находятся на достаточном расстоянии от меня. Поэтому я открываю глаза и медленно ползу в сторону выхода. Мое тело невероятно ватное из-за действия снотворного. Дико хочется спать, но я не позволяю себе этого.
   Мейсон хватает девушку за шею. С пухлых губ Кейтлин слетает тихий стон.
— Ты нарываешься, Кейтлин, — парень откидывает ее волнистые волосы набок.
   Рука девушки запутывается в его волосах.
Я доползаю до места, где Кейтлин смешивала разные лекарства, чтобы сделать сыворотку. Я ищу баночку с названием «Vervain». Я тянусь рукой к ней, а затем вздрагиваю от грохота бьющихся колб и баночек.
   Мейсон легким движением смахивает все с прозрачного стола. Подхватывает девушку за талию, усаживая прямо на стол. Его рука запутывается в ее волосах, он наклоняется к ее шее. Его клыки резким рывком вонзаются ей в горло. Кейтлин вздрагивает, а затем ее тело обмякает. Рука Мейсона сжимает ее зад.
   Я переливаю настойку вербены в другую банку, а затем оглядываюсь, проверяя, что Мейсон все ещё занимается Кейтлин. Нахожу колбу с названием «Water» и вливаю воду в баночку из-под вербены. Надеюсь это поможет сделать сыворотку не такой сильной. Кейтлин добавит в сыворотку не вербену, а воду.
— Мейсон, достаточно, мне уже больно, — шепчет девушка, ее лицо кривится.
   Я ставлю баночку на место. В глаза кидается знакомая надпись «Tetrodotoxin». Пластинок с таблетками много, поэтому никто не заметит, если одна пропадёт. Я кладу блистерную упаковку с таблетками внутрь своего лифчика.
   Кейтлин начинает стонать уже от боли. Мое сердце сжимается. Несмотря на все плохое, что она сделала по отношению ко мне, мне все равно хочется ей помочь. Потому что я знаю какой Мейсон жестокий.
   Кейтлин жмётся назад, но руки парня обхватывают ее спину, прижимая ближе. Он все ещё пьёт ее кровь.
   Я уже готова встать и вмешаться, как происходящее меня останавливает.
— Ай, — кричит Кейтлин, а затем парень все-таки отрывается.
   Глаза Мейсона залиты кровью, на лице оскал.
— Мне было больно, — возмущается девушка.
— Нужно было потерпеть, — холодно отвечает Мейсон, а затем откидывает девушку на стол.
   Я медленно ползу к выходу.
   Губы Мейсона касаются шеи девушки. Кейтлин выгибается, притягивая его к себе. Руки девушки оказываются на его штанах. Я слышу звук ширинки, а затем я перестаю на них смотреть.
   Я почти у выхода. Мое тело все ещё слишком слабо, но я должна попробовать встать. Я вздрагиваю, когда слышу резкий рывок. Мне хочется закрыть уши, хочется поскорее покинуть это место. К горлу подкатывают неприятные ощущения, когда я слышу стоны Кейтлин и рычания Мейсона. Рывки становятся быстрее и жёстче.
   Живот начинает крутить. Я хватаюсь рукой за угол стены, а затем пытаюсь подняться. Я стискиваю челюсти от боли в избитых ногах. Я уже не помню откуда на моем теле столько синяков и ран. Вероятно, память стирает эти страшные моменты.
   Возникает ощущение, что я нахожусь не в своём теле. Я пытаюсь издавать, как можно меньше звуков, чтобы они меня не заметили. Стоны и рычания частично заглушают звуки от моих шагов.
   Я оказываюсь в длинном плохо освещённом коридоре. Мое дыхание сбито. Каждый новый вдох отдаётся тяжестью в легких.
   Я делаю пару шагов, а затем останавливаюсь. Я перестаю слышать их голоса и звуки. Мое тело покрывается холодным потом.
   Беги, кричит все внутри. Беги, пока есть такая возможность. Беги, пока ты ещё можешь ходить.
   И я делаю шаг. Я прикусываю губу. Рука непроизвольно дотрагивается до живота. Кто-то бил меня в живот. Из-за того, что я уже засыпала, я уже не помню, кто это был.
Медленными шагами, опираясь о стену, я двигаюсь по длинному коридору.
   Я слышу шаги. Его шаги. Мое сердце пропускает удар. Прихрамывая, я перехожу на бег. Мое тело жутко болит, но я не позволяю себе отдыха. Только не сейчас. Шаги становятся более отчётливыми.
— Ты не убежишь от меня, Мелисса, — его голос заставляет меня вздрогнуть.
   Я оборачиваюсь и замечаю его в конце коридора. Его глаза полны гнева и злости.
Я должна убежать. Должна. Иначе он меня убьёт.
   Я смотрю вперёд коридора, где время от времени мерцает белая лампа света. Мне нужно туда. Я не готова умереть. Я не хочу умирать. Я не готова попрощаться с родными. Я бегу. Смотрю на мерцающий свет вдалеке, вспоминая то, ради чего я должна бороться. Ради чего, я должна терпеть эту ломоту в ногах.
   Его грубые шаги приближаются. Эхо от них разносится по всему коридору.
   Я хромаю, а затем спотыкаюсь. Заставляю себя встать и бежать дальше. Я приподнимаюсь на дрожащих локтях, но затем мое лицо впечатывается в пол.
— Я же сказал, что не убежишь, глупышка, — он хватает меня за волосы, а затем я получаю грубую пощечину.
   Я опять оказываюсь на полу. Мое сознание мутнеет от грубого удара. Окружающее пространство начинает кружиться. Не понимая происходящего, я впиваюсь ногтями в холодную плитку пола. По спине больно ударяют.
   Я начинаю ползти. Я не знаю в какую сторону я ползу, но знаю то...
   Мое лицо впечатывается в плитку. Из носа начинает сочиться кровь.
   Знаю, что я должна ползти.
   Он переворачивает меня на спину. Я встречаюсь с его темно-карими глазами. Внутри все съёживается, когда его губы искривляются в противной улыбке. В следующее мгновение его нога впечатывается мне в лицо. Все меркнет.

🤍Воспоминание обрывается🤍

Я открываю глаза.
— С тобой все нормально? — рука Хантера удерживает мое плечо.
— Как? — я быстро моргаю, пытаясь вернуться в реальность. — У меня же получилось избавиться от парня в чёрном. Кейтлин вонзила серебряный нож в сердце Мейсона. Он тоже умер, — я тяжело сглатываю. — Как? — мой до этого уверенный голос дрогнет.
— Это я и пытаюсь узнать, Мелисса, — его голос холоден.
— Нерушима, — поправляю я. — Называй меня так, — отрезаю я, мои глаза пронзает серебристо-лунный свет.
   Я прячу нож. Он мне больше ни к чему.
— В городе есть люди, внутри которых кишит тьма. Я избавляюсь от них, как могу, но мне одному не справиться. Их слишком много.
— Ты не думал, что это просто последствия того дня? — я смотрю в его голубые глаза, пытаясь найти этому оправдание.
— Мне кажется это больше, чем последствия. Тьма распространяется слишком быстро. Все больше и больше людей теряются и перестают быть собой. Ты не видела их глаза, Нерушима, — его голос полон серьезности.
— Что не так с ними? — мой голос обретает прошлую уверенность.
— В них нет совершенно ничего. Лишь густая темнота, готовая вырваться наружу.
   Я сажусь в кресло, закинув ногу на ногу.
— Мы только начали жить нормальной жизнью. Все только пришло в норму и начало налаживаться. Я не позволю все это разрушить. Не позволю никому причинить моим близким боль, — я поднимаю подбородок выше.
   Я не позволю этому повториться. Не позволю тьме опять все разрушить.
— Я тоже, — говорит Хантер.
— Что? — удивляюсь я.
— Думаешь, почему я не сказал об этом Алексу, тебе, Мие?
   Я замолкаю, пытаясь понять причину.
— Алекс чуть не потерял жизнь тогда, — Хантер скрещивает руки на груди.
   Внутри все замирает от его слов. Перед моими глазами появляется Алекс, лежащий на полу. Его грудь залита алым, мои руки отчаянно пытаются остановить кровь.
— Потерял, но мне получилось ее вернуть, — добавляю я, стиснув челюсти.
— Никто не знает, получится ли снова. Я не хочу терять друга, — парень замолкает, а потом продолжает. — Ты ведь тоже не рассказала им обо мне. Из-за чего? — спрашивает он, пытаясь перевести тему.
— Примерно из-за того же. Мне уже хватило того, как они рисковали из-за меня в тот день. Не хочу это снова повторять. Я помогу тебе, Хантер, если ты расскажешь, что успел узнать.
   Парень кивает.
   Я встаю с темного кресла.
— Завтра я приду снова, и я хочу услышать от тебя подробный рассказ. А пока мне нужно идти, а то Алекс заподозрит неладное.
— До встречи, Нерушима, — говорит Хантер, а затем я растворяюсь в темноте.