Глава 6. Часть 2.
Аэропорт. 23 октября. Воскресенье. 11:40
Когда мы приехали в аэропорт, то я сразу нашла на стоянке блестящий беленький Ленд Крузер, принадлежащий Аннабель. Или кому-то ещё, но скорее всего именно Аннабель. Рядом с её машиной я засекла так же знакомый мне чёрный Мерседес, страстно любимый Каем. Что ж, значит вся клыкастая компания в сборе.
Пройдя все детекторы, мы смогли добраться до зала ожидания, где и состоялась роковая встреча. Я увидела его сразу же. О нет, его, блин, сложно не заметить! Эту дылду почти двухметровую во всём чёрном в жаркий октябрьский день! Заметила, даже если бы была незрячей. За версту чую, как воняет лицемерным притворством, обманом и ментоловым шампунем. Я сдержала прилив гнева, зажав голу в плечи и напрягая руки. Отдых с ним. Твою мать! Лучше бы вообще никогда не видела!
В какую-то секунду мне стало даже немного завидно, когда покрасневший от внезапной жары в конце октября, братец столкнулся со своей полувампиршей и они целовались где-то минут десять. Я даже задумывалась о том, чтобы на них свалился потолок.
Пока мама старательно изучала брошюры о Кубе, хотя все мы прекрасно знали, что в Гавану она летит не в первый раз, я отправилась к ребятам, чтобы не дохнуть от скуки. Конечно, встречаться с Максом я не хотела, поэтому в голове строила план по успешному игнорированию его персоны во всех проявлениях активности. Там помимо него была Слава, Кай и Аннабель. Думаю, с кем-то из них я смогу поговорить.
Когда я показалась рядом, болезненно бледный Карс мгновенно зашагал в сторону кофейного аппарата. Замечательно! Будто услышал все мои желания! Даже одним воздухом дышать не хочу. Козёл.
Слава оторвалась от своего любимого блокнота, стряхнула с него ошмётки ластика и улыбнулась мне лёгкой, приветливой улыбкой. Ого. Кай смотрел в потолок, надувая пузыри из жвачки. Аннабель медленно расхаживала около ряда стульев, где все они сидели.
— Привет всем! — я остановилась в метре от ряда стульев и легко улыбнулась, смущённо глянув на Аннабель, которая отреагировала на моё приветствие каким-то странным взглядом.
— Привет, — только и ответила Мирослава, которая отложила блокнот и почему-то резко подорвалась со стула. Она очень быстро оказалась рядом, взглянула мне в глаза таким требовательным многозначительным взглядом, что у меня коленки задрожали. После девушка кивнула мне в сторону туалета и схватила за руку. Какого?..
Она хлопнула дверью, затянула меня в туалет, оглянулась и только потом встала передо мной, словно статуя, очень серьёзно сложив руки на груди и скривив светлые брови.
— Ты согласилась? — спросила она металлическим голосом.
— На что? — я приподняла бровь, чуть-чуть поднимаясь на носочках. Не знаю зачем я это сделала.
— На эксперимент! — она сердито дёрнулась, словно сдерживая себя, чтобы ненароком не врезать мне по лицу своей стальной ручищей. — Разве мой брат ничего тебе не сказал?
— Да он так много сказал, — я сделала невозмутимую физиономию, добавила в реплику чуточку сарказма и очень смело смотрела в глаза этой бой-бабе. — Об этом он говорил. Дал время подумать. Я обещала сказать, как решу.
— У тебя было много времени подумать, — она насупилась и проследила взглядом за вышедшей из одной кабинки девушкой. Когда та ушла, она снова взглянула на меня. —Часики тикают, Кросс, если мы затянем, любой прилив сильных эмоций может вызвать большой бум. Ты же знаешь, как всё это работает.
— Относительно, — я пожала плечами и скривила брови. Откуда мне, чёрт побери, знать, никто не хочет со мной что-то обсуждать. — Я рискую своей жизнью, Слава. Мне нужно набраться на это смелости.
— Как тыкать в чужих братьев чем попало, тебе смелости хватает! — она перешла на сердитый шёпотом и резкие жесты. — Ты рискуешь своей жизнью во всех возможных случаях! Останешься так — подохнешь от какой-нибудь незначительной ерунды. Решишься — можешь умереть от магии. Всё получится, так Сайрус придёт по твою душу! У тебя вообще нет выбора! Сомневаюсь, что он сказал это тебе. Он хреново объясняет всю отстойность любой ситуации! Ты в полной заднице, понятно тебе?! И сейчас эти твои отговорки и каменные физиономии вообще ничего не стоят, по сравнению со всем тем дерьмом, которое тебе придётся перенести. Так что мой тебе совет — решай скорее. У тебя нет времени. У нас всех нет времени. От тебя зависит намного больше, чем ты думаешь, Маргарита.
— Слава... — прошептала я, отрицательно мотая головой. Девушка стукнула кулаком по раковине, отчего та немного треснула, после схватила меня за лицо, обняв его ладонями. Но она впилась пальцами в кожу и мне было слегка неприятно. Слава смотрела мне в глаза так, словно просила помощи.
— Не смей! Не смей ныть! — рявкнула она повелительно и строго, убирая большими пальцами кудрявые пряди с моего лица. — Ты невыносимо ценная! Ты не должна умереть, ты понимаешь это?! Понимаешь?! Ты обязана это понимать! На тебя скоро начнётся такая охота, такие отморозки будут желать тебя, что ты будешь молится всему на свете, лишь бы что-то помогло тебе остановить всё это дерьмо! Этот магический взрыв на обрыве почувствовала каждая душа в радиусе десяти тысяч километров. Ты как мишень, которая у каждого на виду! Поэтому тебе нужно решить, научиться пользоваться силами и рискнуть на магический обряд или же отжить от силы ещё пару месяцев, пока Сайрус или любой другой безумец не нашёл тебя! У тебя нет времени, повторяю! Решай скорее! Я требую от тебя ответа к двадцать пятому числу. Как только ты скажешь, мы начнём. Поняла меня, Кросс?!
— Да, я всё поняла, — я смиренно кивнула, закрывая глаза и вздрагивая от её холодных ладоней, соскальзывающих с моего лица. Слава сердито выдохнула.
— Прости, — тихо сказала она, проведя ладонями по волосам. — Мне не стоило орать на тебя... Просто...
— Я привыкла, что ты орёшь на меня, — я пожала плечами и улыбнулась ей уголками губ. Слава хихикнула, смущённо отведя от меня глаза, а после смело взглянула на меня и широко улыбнулась.
— Я надеюсь, что эти пять дней в Гаване здорово изменят наши жизни! — она очень ободряющей улыбнулась, резво кивнула и вышла из уборной, подождав меня у двери.
— Я тоже на это надеюсь, — я отвела от неё взгляд и, кажется, совсем на секунду встретилась глазами с её братом. Снова уставшим, болезненно бледным, с синяками под глазами, в широкой чёрной кофте, которая, вероятно, не трётся о тело раздирая язвы, со стаканчиков кофе в непринуждённой, но очень фотогеничной позе. Эта секунда показалась мне вечностью. Эта была самая длинная секунда в моей жизни. Я смотрела в его голубые глаза и задрожала, медленно осознавая, что мой гнев рассеивается и на его место возвращается то чувство из-за которого мне ещё больнее смотреть на него и вспоминать, что он сказал мне.
Но я надеюсь, что Гавана изменит наши жизни.
Я надеюсь.
Я верю.