Солнце умирает в сумерках

В смятении добравшись до Кортлина, Дин некоторое время бесцельно петлял по опустевшим улочкам, пока на каком-то автопилоте не свернул на обочину и не заглушил машину. Согнувшись пополам, парень уткнулся лицом в ладони и медленно-медленно втянул нагретый печкой воздух носом.

Нет, ему не нужно успокаиваться - он и так спокоен. Ему нужно... просто переварить всё это.

- Просто супер, Винчестер, высший класс, - саркастично пробурчал Дин без толики выражения и запустил пальцы в короткие волосы, оттягивая их.

Мало того, что его привлёк мужик...

Мужчина! Его привлёк мужчина, Господи! Дожил.

...и с чем он не просто смирился, а принял как должное, так ещё этот тип оказался... Да Дин даже не знал, какова сущность этого Новака! Но даже в этом случае ни одна клеточка тела, ни одна струнка души, если такая вообще существовала, не шугалась, не тряслась от напряжения, не плевалась от отвращения, не горела желанием прикончить Новака и уехать из города, не желала ничего плохого ни себе-идиоту, ни Новаку! Вся его человеческая сущность, всё его составляющее и даже охотничье, - всё, тянулось к младшему Новаку. И Дин не пытался сопротивляться притяжению.

Словно мотылёк, пленённый красотой огня, он подбирался всё ближе к тому, что в любой момент могло сжечь его дотла.

Но самое худшее заключается не в этом. Весь абсурд ситуации прекрасно осознавался, но не вызывал ни смеха, ни того же отвращения. Дину нравилось.

Ему нравилось притяжение, нравилось тепло в груди, нравился трепет ожидания в животе, - ему нравилось то, что происходит с его телом. Нравились реакции организма. Они новы и кажутся абсолютно естественными. Они желанны и жизненно необходимы. Словно он родился и жил всё это время пустой оболочкой, которая, наконец-то дождавшись, начала заполняться всем спектром чувств в обществе этого мужчины.

Ему нравился Кастиэль Новак. Ему нравился этот нечеловек.

И ведь Дину даже не нужно ответа - взаимности от младшего Новака не получит никто. Ему просто хочется побыть рядом ещё немного, поговорить или просто получить возможность издалека посмотреть на того - не более. Но прочтение Легенд Севера могло пошатнуть эти чувства, а это меньшее, чего бы хотелось Винчестеру.

Дин не хотел терять то, что делало его живым. Да, именно - живым. Вот только понял поздно.

Детство - пора тренировок, бесконечное скитание, бесконечная опасность. У Дина не было детства - повзрослел в тот же момент, когда умерла мама. Он не радовался жизни - он тренировался, обучался, обретал навыки, которые помогут выжить и искоренить вампиров. Он не был ни ребёнком, ни подростком, - он рос охотником. Отец обучил его быть стойким, хладнокровным, безжалостным к вампирам и послушным ему. Джон слепил из него, собственного сына, бездушную куклу, обученную военному и охотничьему делу. И эта кукла очень ловко притворялась человеком, сменяя маски эмоций, но никогда не чувствуя чего-то настоящего. Чего-то искреннего. Чего-то своего.

На свете существовал лишь один человек, способный пробудить эту куклу и вызвать искреннюю эмоцию, - Сэм Винчестер, младший брат, которому повезло не попасться на отцовский крючок. Но с недавних пор появился второй, тоже, как и Дин, играющий в людей.

Кастиэль Новак неведомым образом оживил его. Какой-то незнакомец помог заметить лежащий перед глазами мир, который до этого виделся серой декорацией. Кастиэль... сам того не ведая, подарил ему, бездушной кукле, чувства.

Дин не хотел терять то, что затмевало в нём охотника и освобождало человека - простого человека со своими чувствами, потребностями и желаниями.

И всё же отец - родитель, тот, кто вырастил их с братом, - важнее чувств, чей срок годности ограничен. Да и... Кем бы Кастиэль ни оказался - Дин не подумает о нём плохо. Так что Легенды Севера ждут его.

Вздохнув, Дин оторвал лицо от ладоней и осмотрелся.

Мигающий время от времени фонарь дальше по улице, знакомый забор, ограждающий участок следующего дома, а справа... Автопилот сработал отлично. Дом Миссури. Супер.

Теперь прочтение Легенд Севера ещё ближе.

Выбравшись на улицу, Дин передёрнул плечами от мартовского холода и поспешил к задней двери, пока совсем не одубел. Забрав пакет с книгой и закрыв машину, парень быстрым шагом двинулся к дому, но у самой двери, застопорившись с поиском ключей, почувствовал змеиный холодок по позвоночнику.

В этот раз Дин оглянулся сразу, но, как и всегда, поблизости никого не оказалось. Однако скользкое чувство того, что на него смотрят, не пропало.

Если кто и подходил на звание твари, что страшнее вампира, - так это владелец взгляда. Именно - взгляда. Причём максимально неприятного. Раньше Дин отмахивался, что чьё-то внимание ему лишь кажется, но теперь отчётливо слышал от напрягшейся чуйки: «За тобой следят, Винчестер».

И следят не с добрым умыслом.

Наконец-то открыв дверь и скрывшись за ней, Дин прислонился спиной к ровной поверхности и замер. Ничего. Чувство - скользкое, холодное и ползущее по спине - пропало.

И тут-то до него дошло.

Чёрт.

«Моё пребывание здесь опасно для Миссури», - осознал Дин, с тихим щелчком закрывая дверь на замок.

Стоило собрать вещи отца и перебраться в мотель в Порт-Анджелесе - в Кортлине такая роскошь отсутствовала. Но точно не сегодня - свет везде выключен, а, значит, хозяйка дома уже спит.

Разувшись уже по привычке и стянув с себя куртку, Дин пробежался внимательным взглядом по слабо освещённому уличным светом из кухонного окна коридору. Всё спокойно и ничего примечательного, но гадкое чувство того, что хороший человек из-за него подвергается опасности, так просто не исчезнет, пока он здесь.

Как можно тише поднявшись по старой лестнице, Дин добрался до комнаты, притворил за собой дверь, опустил пакет с книгой на стол и включил настольную лампу, добавляя комнате тёплых оттенков. Занавески мягко колыхались, да и в самой комнате было прохладно - снова забыл закрыть окно. Подойдя к окну, Дин некоторое время осторожно посматривал то на соседний участок, то на кусок дороги, но чувство слежки больше не появлялось.

Убедившись, что этот некто ушёл, Дин закрыл окно и вернулся к столу, присаживаясь на стул. Однако стоило взять книгу в руки, как стало не по себе. Спина открыта.

Дурацкая, но полезная в некотором плане привычка.

Вздохнув, Винчестер перебрался на кровать. Включив светильник и устроивший спиной к стене, он провёл пальцами по чёрной обложке, серебряным буквам и хмыкнул. Даже у книги температура будет повыше, чем у Новаков и Милтон.

Открыв то, что могло дать ответы на многие вопросы, Дин почувствовал толику разочаровался.

Обычная книжка с пожелтевшими от времени страницами. Качественно, но очень хрупко - пришлось вести себя как можно аккуратнее, помня, что книга - семейная ценность.

«Легенды Севера», - гласила надпись, аккуратно выведенная на форзаце каллиграфическим почерком с помощью чёрных чернил.

Дин пробежался по страницам, надеясь найти упоминание имени автора или хотя бы год написания. Вот только в книге не было ни одной печатной строчки - всё изложено вручную и, кажется, без каких-либо помарок. Даже картинки имелись. Но ни автора, ни года издания не нашлось. Дин мог сказать только то, что книга - старая. Всё. Может быть, даже старше книг, написанных его предками-охотниками.

Вернувшись к началу, Дин открыл страницу, с которой начинался текст. Язык повествования одновременно и был понятен, и нет - встречались устаревшие и незнакомые слова, которые использовали в прошлом веке, если не в позапрошлом, но в целом было несложно уловить смысл.

«В древности, когда о людях ещё никто не слышал, царили иные законы, иные жизни»

Ну оно и понятно. Вот только... Как это: «...о людях никто не слышал»? Откуда тогда легенды?

«То было время, когда юный мир населяли первые Божьи творения - создания, призванные охранять Божьи земли. Первозданные. Каждый Первозданный создавался уникальным творением, но с единым замыслом - оберегать вверенные им земли»

На этом вступление обрывалось.

Дин не спешил переворачивать страницу, чтобы узнать продолжение. Вместо этого он мозолил взглядом два слова: «Божьи» и «Первозданные».

И эти два слова ему совсем не нравились.

Во-первых, этот мир и так переполнен вампирами, и неким Первозданным здесь не место. Во-вторых, Бог? Серьёзно? В их порочном мире нет ничего божественного. Или не осталось.

Вздохнув, Дин всё-таки перевернул страницу.

Продолжения не оказалось. Точнее, оно было - вместо пары абзацев целая страница текста. С одним небольшим «но» в виде незнакомых символов. Ровные закорючки лежали на пожелтевшей странице аккуратными рядами с вымеренными полями и не содержали в себе никакого смысла для Дина. Он даже не мог определить язык! Хотя бы примерно!

Теперь-то понятно, почему книга так легко досталась - при всём желании не прочтёшь и не узнаешь чужой тайны!

Негодующе прицокнув, Дин перелистнул страницу.

И опять та же самая картина! Разве что первую треть страницы занимал рисунок, выполненный, естественно, от руки, но сказывалось впечатление, что с помощью принтера, как, в принципе, и почерк, - ни одной помарки, ни одной лишней линии, ни одной погрешности!

Тц, с какого раза написали эту книгу?

Но по большей части удивляло не исполнение, а сам рисунок, который отзывался тревожным чувством в животе. Не вчитываясь в текст и заголовки, выделенные более крупным шрифтом, - бесполезно, - Дин начал неспешно листать книгу, уделяя внимание одним лишь рисункам.

Легенды Севера оказались сборником-энциклопедией выдуманных существ. Как минимум, Дин надеялся, что все эти твари - сказки автора с потрясающим воображением.

Каждая вторая страница - новое существо, новый заголовок, новое описание. И нет похожих.

Одно из первых существ - поросшая мхом каменная глыба без нижних конечностей, зато сверху целых шесть отростков, напоминающих клешни. И на верхушке этой твари автор изобразил небольшую птичку... А, это орёл. Мило.

Следом запомнились чёрные с тонкими полосами по всему телу создания, которые очень походили на каменных великанов грубой работы - ни чётких лиц, ни ровных конечностей, а «кожа» так вообще будто отражение дорог на карте - испещрена тонкими-тонкими линиями.

Дальше шла какая-то облитая кислотой лошадь с намёками на единорога: редкая грива, вместо пышного хвоста - длинный лысый отросток с редкой кисточкой; меж глаз красовался длинный тонкий рог. Пасть представляла из себя что-то, чему соответствовало лишь одно описание: облили кислотой, - вместо чёрной кожи и плоти на морде белели кости да острые клыки по четыре пары сверху и снизу.

За лошадью шёл, похоже, цербер: псовое трёхглавое нечто с выпирающими позвонками и длинным тонким хвостом, чьё тело, по сути, больше походило на скелет, обтянутый кожей, но при этом от существа исходила мощь. Это не помешало родиться сравнению: «Будто ящера с псом скрестили».

Существа... Первозданные, которые встречались дальше, кажется, пытались переплюнуть друг друга в «кто кого уродливее»: летающее сборище крыльев с кучей глаз, но без тела; четвероногое существо, похожее на пень, но с зубастой пастью и высунутым длинным языком; какое-то очередное четвероногое с пираньей головой и крокодильим телом; различная склейка разных частей тел современных животных и тому подобное.

Однако ближе к концу твари начали приобретать - как бы то ужасно ни звучало - различные схожести с людьми.

Одна тварь имела длинный рыбий хвост со множеством острых плавников, покрытое чешуйками туловище с выступающими рёбрами, перепонки между длинных пальцев, плоское лицо без носа - зато с пираньим оскалом и жабрами на шее. Если посмотреть на рисунок издалека и закрыть один глаз, то эта рыбья тварь напоминала русалку, но далеко не Ариэль.

Следующая тварь являлась подобием предыдущей, но более гладкой: длинный чешуйчатый хвост без плавников, прочих лишних отростков тоже не видно. Перепонки между пальцев отсутствовали, всё туловище покрывалось чешуйками. Лицо похоже на человеческое, но рот гораздо шире и нос почти не выделялся. Круглые глаза с вертикальными зрачками. Будто человек решил со змеёй поразвлечься, и впоследствии вышло это.

Дин лишь покачал головой, поражаясь чужой фантазии.

Динозавры - да, понятно, всё обоснованно и кости находят. Но эти твари - явно выдумка, от которой даже ему, охотнику, не по себе.

Предпоследним существом являлся... кентавр? Даже два. Точнее, полтора: слева изображена девушка, чью оголённую грудь прикрывали длинные пряди волос, но вместо привычных человеческих ног - оленье туловище; справа же сидел волк, но явно не обычный зверь, так как в холке доставал девушке-оленю до плеча. Либо же эта девушка-олень была из подвида карликовых.

Дин опустил взгляд на заголовок. Два неизвестных слова.

С тихим вздохом перелистнув очередную страницу, Дин едва не подавился. Люди.

Кучерявый мужчина и с меньшей волнистостью волос женщина. Из общей толпы Первозданных тварей их выделяло не только то, что они были либо людьми, либо просто похожими на них, но и цвет глаз. Все книжные рисунки были выполнены чёрными чернилами без каких-либо цветов. За исключением последнего. Небесно-голубые глаза почти светились на фоне пожелтевшей от времени бумаги.

После совместного портрета незнакомцев тоже находился текст, но на этот раз Дину повезло - английский.

«Хранители Севера», - гласил заголовок.

«Хранители Севера - так прозвали двух последних детей неба, что родились в снегах. Будучи последними, они стали идеальным творением, но вместе с тем имели вызывающий отвращение у старших братьев облик.

Одни из немногих, кому удалось выжить в Красную ночь, когда сгорело солнце.

Благодаря схожести с людьми Первозданные Севера смогли влиться в их мир и жить среди людей на протяжении тысячелетий.

Хладные демоны, превосходящие всё живое.»

Без особой аккуратности Дин перевернул страницу в надежде, что это не конец. Однако надежды не оправдались. Конец.

«И это всё?» - разочарованно свёл брови Дин, пробегаясь глазами по скупой информации на родном языке.

И что он должен был усвоить из этой придурковатой книжки? О том, как выглядит кракен?

Первозданные Севера.

Смогли влиться в мир людей и жить среди них на протяжении тысячелетий. На протяжении тысячелетий.

Точно как вампиры, разве что глаза голубые.

Хладные демоны...

Холодная кожа. Холодны настолько, что не могут нагреть воздух. Новаки.

- Да чушь какая-то, - пробормотал Дин, зажмурившись и зажав переносицу пальцами. - В этом мире не может быть ничего сверхъестественного.

Но вампиры же есть. И каким-то образом Кастиэль Новак не дышал.

- Я просто не заметил пара, - искал объяснение Дин. - Было светло и...

Целых два раза. Два раза Кастиэль не смог выдохнуть облачко пара: возле кафе и в лесу.

Дин захлопнул книжку и небрежно закинул её в рюкзак, после чего опустил ноги на холодный пол и потёр лицо ладонями.

- Не может Кастиэль быть одним из этих... - Дин заткнулся, шумно выдохнув и мотнув головой. - Я просто ищу ему оправдание, - бормоча, признался он сам себе.

Но... даже хорошо, что Кастиэль - не какой-то там кракен. И всё же что-то подсказывало, что, даже будучи кракеном, Кас бы привлёк его. Только Дин до конца не понимал, кто такие Первозданные Севера и что они из себя представляют. Холодные и превосходящие всё на свете долгожители, так что ли? И как это понимать?

Но одно он понимал точно: Новаки знают больше, чем он, и, возможно, один из них всё ещё имеет желание помочь охотнику.

«И что отец хотел сказать этой книжкой? - Дин плюхнулся обратно на кровать, смотря в потолок. - Чем ему Новаки не угодили? Неужели настолько страшные, что превосходят вампиров?»

Превосходящие всё живое...

«Нет, пока сам не увижу - не поверю», - решил Дин и на секунду прикрыл глаза. Секунда превратилась в минуту, а затем в час.

Винчестер не планировал так скоро засыпать и даже не чувствовал сонливости, но, видимо, в последнее время организм реализовывал свои планы.

Этой ночью нити марионетки исчезли, а лес сменился заснеженной землёй, что без единого изъяна тянулась от горизонта до горизонта, пока сверху растянулась насыщенная синь неба без единого облачка и солнца. Просто вечерний синий и девственно белый. И Дин, который неподвижно лежал в снегу, бездумно глядя на небо.

Шевелиться и не хотелось, и не получалось - больше нет тех нитей, что заставляли всю последнюю неделю плутать по лесу, пока на пути не попадалась белоснежная, как этот снег, фигура мужчины. Однако Дин знал, что нити никуда не делись - просто временно ослабли, бросив его здесь. Да и сам он был похож на настоящую марионетку: послушный, беспрекословный, безвольный...

Ненастоящий.

Зато сейчас единственное, что ощущал, - это спокойствие. Такое безмятежное, напоминающее медленно плывущие по небу облака, которых на деле не было. Да, спокойно. Прямо-таки островок отдыха нашёлся на пути, если не считать проведённый в обществе Кастиэля вечер - тогда Дин тоже ощущал спокойствие и расслабленность.

Лениво моргнув, Дин попытался прислушаться к ощущениям.

Чуть-чуть холодно, словно лежит не в настоящем, а искусственном снегу, но даже так ледяные кристаллики кололи открытую кожу рук, шеи, поясницы и почему-то частично спины, щиколоток и пяток. Достаточно реально, но он знал: сон - проекция того, что волновало. А волновали его Первозданные Севера.

Стоило вспомнить о них, как обзор на небо с правой стороны оказался частично перекрыт.

Ни капли не удивившись и не проявив никакой эмоций, словно был куклой, Дин моргнул и перевёл взгляд с насыщенного цвета неба на другое - пасмурное. Однако это небо нравилось ему куда больше.

Сидя на корточках и подперев щёку кулаком, на него снизу вверх смотрел Кастиэль. Не белоснежный сгусток света с чертами Каса, а Кас собственной персоной. То же лицо, та же одежда.

Серый взгляд с ленивым интересом смотрел на него из-под полуопущенных ресниц. Бледные губы растянулись в такой же ленивой улыбке. Точно сытый домашний кот, сонно наблюдающий за уличными птицами.

Дин просто смотрел в ответ, а потом столь же просто поднял правую руку, но та, словно отлитая из свинца, не поддалась. Ни капли не задумываясь, вместо правой поднял левую и потянулся к белокожему лику.

Пушистые ресницы чуть дрогнули, серый взгляд переместился на приближающиеся пальцы.

Ничуть не робея во сне, Дин коснулся пальцами молочной кожи. Твёрдая и ледяная - каменная. И провёл большим пальцем по скуле вниз, осторожно, словно Кас мог разлететься на осколки, продвигаясь к краешку губ.

Однако лёгкое движение всё-таки осквернило ангельское лицо, оставив на нём кровавый след в виде перевёрнутой слезы, которые обычно рисуют на театральных масках. Дин тут же одёрнул руку, разворачивая ладонь на себя.

Вся в крови. И предплечье. И рукав рубашки рваный.

И старые шрамы перекрыты множеством свежих укусов - не тех, что оставляют вампиры, не ряд продольных линий от острых игл-зубов, а отпечатки нормальных человеческих зубов, прогрызших его плоть.

Ледяные пальцы перехватили запястье, и Дин задержал дыхание, чувствуя на себе каменный захват, из которого при всём желании не получилось бы вырваться. Точно статуя. Однако ни капли не жутко, а совсем наоборот - интригующе.

Либо это от того, что он не мог пошевелить ни одной мышцей, и поэтому приходилось бездейственно наблюдать?

Вновь посмотрев на Кастиэля, Дин невольно округлил глаза. Белоснежная, точно принадлежавшая ангелу, кожа оказалась ещё больше заляпана кровью: и подбородок, и губы, и щёки, и даже на лоб попало пару алых капель. И ворот свитера, и плащ, и руки. Всё в крови. И, кажется, кровь принадлежала Дину - других истекающих кровью поблизости не наблюдалось.

Завороженно глядя на Кастиэля, Дин совсем не испытывал отвращения, которое бывает при виде окровавленных чужой кровью вампиров. Кастиэлю шло.

Чертовски шло.

Этакий ангел, пришедший по грешную душу.

Вот только полюбоваться не вышло. Продолжая держать безвольно висящее запястье, Кастиэль склонился ещё ниже, почти что касаясь губами его шеи. Морозное дыхание опалило кожу, в нос ударил слабый аромат мяты, перемешанный с тяжёлым запахом крови, а сердце забилось быстрее.

Всё происходило до невозможного медленно и в то же время чересчур быстро.

Только что Кастиэль просто сидел рядом, как статуя, а теперь впивался в основание его шеи зубами, из-за чего из глаз брызнули слёзы.

Скулёж вырвался из глотки, и Дин, будто вынырнув из-под толщи воды, проснулся, хватаясь за шею и переворачиваясь на живот, чтобы хоть немного заглушить болезненный стон. Челюсти свело от приложенной силы сжатия, крохи болезненных слёз впитались в подушку.

Зубы-то человеческие, но кусает-то по-вампирски! Чёрт!!! И боли столько же, сколько при реальном укусе!

Почему Кас вообще должен кусаться, если он... этот... как его... Первозданный! Не вампир же!!!

Отдышавшись - если так можно было назвать шумное сопение в подушку, - Дин перевернулся на бок и, щурясь от пробирающегося сквозь щель в шторе луча света, глянул на время. Пронесло. Полпервого - Миссури нет дома.

Упав обратно лицом на подушку, Дин провёл пальцами по шее. Гладко, никаких дырок. И очень горячо.

Пылала и шея, и лицо, и уши, - всё тело, несмотря на приснившиеся ледяные руки и снег, охватил огонь, идущий откуда-то изнутри. Не болезнь, не лихорадка, а что-то другое. Даже не возбуждение.

Не выдержав нарастающей температуры, Дин рывком поднялся с кровати, покачнулся на нетвёрдых ногах и направился в душ, стаскивая одежду по пути. Голова не кружилась, зато мозги грозили расплавиться. Добравшись до ванной наполовину раздетым, Дин по-быстрому стянул джинсы с бельём и носками и забрался в душевую кабинку, сразу же поворачивая краник.

Казалось, ледяная вода, соприкоснувшись с медовой кожей, начнёт сразу же испаряться, но всё оказалось не настолько плохо. Да и не могла вода испариться от повышенной температуры, зато охладить - вполне.

Оперевшись лбом на предплечье, а тем на прохладную плитку, Дин стоял под ледяными струями до тех пор, пока зубы не начали стучать. Рвано выдохнув, поспешил включить горячую воду - температура тела как раз вернулась в норму.

«Кастиэль справился бы лучше», - пришла в голову мысль об изящных холодных руках, и щёки вновь запылали, когда мысль начала развиваться.

Так, хватит.

Хватит!

С силой потерев пылающее лицо, Дин поскорее закончил с мытьём и выбрался наружу. Оперевшись на раковину, он провёл ладонью по слегка запотевшему зеркалу и взглянул на себя.

Короткие мокрые волосы торчали ёжиком, капельки воды скатывались с висков и тормозили в трёхдневной щетине, веснушки усеивали всё лицо, но в большей степени скапливались на щеках, меж нахмуренных бровей залегла морщинка, а полные губы смущённо-напряжённо сжимались. Шея чиста, если не считать старых шрамов, руки тоже целы и никаких лишних укусов. И...

Неровня Кастиэлю Новаку.

Если сон правдив и эти... Первозданные имеют нечто схожее с вампирами, то Касу может вполне нравиться его кровь.

- Ну хоть что-то, - буркнул под нос Дин, снова включая воду.

Умывшись, сбрив колючую щетину, наградив себя тонкой, но глубокой царапиной на правой щеке, Дин привёл себя в порядок, собрал раскиданные в спешке вещи, переоделся, но завтракать не стал - не хотелось. Или, может, слегка, но не столько критично. Сперва стоило кое-что проверить.

И поменьше чесать царапину на щеке, чтобы не повторить события сна.

Изначально Дин планировал добраться до полицейского участка, но, сев в машину, призадумался буквально на секунду, а в следующий момент уже ехал в сторону больницы.

«Просто гляну машину», - повторял он себе на протяжении всего пути.

Однако заезжать на парковку даже не понадобилось - та наполовину пустовала, и золотистой Вольво нигде не наблюдалось. Жаль, так бы эта красотка смогла покупаться в лучах солнца, которое не вписывалось в настроение Кортлина. Зато прохожим, похоже, нравились весенние лучи, как и зелёной растительности повсюду.

«Не горят же они на солнце?» - призадумался Дин, направляясь к полицейскому участку.

Да нет, не вампиры же - просто какие-то Первозданные, которые без проблем вписались в мир людей. И которых, по словам отца, он должен опасаться. Вот только слова отца теперь казались каким-то бредом - Новаки ничуть не опасны.

Ну почти.

Наверное.

Дин надеялся на это.

Надо бы встретиться с Касом и обо всём расспросить. Но сначала, пока того нет, можно наведаться и к Габриэлю.

Припарковавшись возле полицейского участка, Дин скользнул взглядом по парковке, но знакомых лиц не заметил. Разве что какая-то парочка, что-то живо обсуждая, стояла с кофе и коробкой пончиков у патрульной машины. Н-да, настоящие копы. Зайдя внутрь здания, тоже никого нужного не заметил. Зато атмосфера изменилась. Все как-то притихли: тихо шуршали бумажками, разговаривали шёпотом и даже радио скромно жужжало в сторонке.

Дин уже было развернулся к Чарли, чью рыжую шевелюру заметил сразу же, как девушка вынырнула из-за дежурной стойки и подхватила его под локоть, разворачивая к выходу.

- Если ты к Гейбу, то выбрал не самое удачное время, Аллен, - прошептала Чарли, вытаскивая недоумевающего Винчестера на улицу.

- Почему? - зачем-то тоже перешёл на шёпот Дин, когда стеклянные двери остались позади.

- Ну-у... - остановившись за углом полицейского участка, Чарли наконец-то отпустила его и поскребла носком обуви асфальт, то и дело поглядывая на Винчестера. - Кастиэль уехал.

- Уехал? - Дин совсем растерялся, неосознанно наклоняя голову к плечу и пряча подмёрзшие руки в карманы куртки. - Когда успел?

Чарли пожала плечами.

- Говорят, вчера. Как раз на днях слышала, что Кастиэль отпуск взял, чтобы к семье наведаться.

- К семье? - продолжал осыпать тупыми вопросами Дин, и Чарли наконец-то посмотрела на него, отчего-то щурясь. - Зачем?

Девушка некоторое время молча пялилась на него, словно пыталась прочесть мысли и понять мотивы. Либо просто принимала его за идиота.

- А почему сам не спросишь? - в итоге выдала она с непонимающей интонацией и изогнула бровь.

Дин совсем растерялся.

- Я? А я тут при чём? Да и откуда у меня может быть номер Каса... Кастиэля?

Сначала лицо девушки зависло, как старый компьютер, потом медленно вытянулось и в конце насупилось до морщинок на лбу.

- Действительно, - похоже, с сарказмом произнесла Чарли и снова замолчала на целую минуту, во время которой Дин всё так же непонимающе смотрел на неё. - Правда номера нет?

- Нет? - полувопросительно ответил Дин.

- Надо исправлять, - деловито кивнула и хлопнула в ладоши Чарли, обращаясь уже не к нему, а, похоже, к себе.

Медленно вздохнув, Дин прогнал растерянное выражение с лица. Хотя узнать о Касе хотелось. Когда тот успел уехать, если они виделись чуть больше половины суток назад?

- Вообще я не за этим, - прервал неразборчивый бубнёж, похожий на грандиозное планирование, Дин. - Почему к шерифу нельзя? И при чём тут Кастиэль?

Сложив руки в замок на груди - на улице всё-таки не столь тепло, чтобы расхаживать без куртки, - Чарли бросила взгляд на здание, потом на Винчестера и снова на здание, словно что-то взвешивая.

- Если не хочешь услышать проклятия на немецком, то не стоит лезть к Гейбу, - с лёгким кивком ответила помощница шерифа.

Дин слегка опешил, но ничего не произнёс.

- Гейб переживает, - каким-то мягким, волнующимся тоном продолжила Чарли, всё так же смотря на тонкие трещины в стене. - И переживает из-за Касси, а Касси нет по... знаешь чьей вине? - тут-то Чарли взглянула на него, словно преподаватель на лекции.

Дин отрицательно качнул головой.

- Не-а. Честно, Чарли, без понятия.

Видимо, ответ не понравился - Чарли насупленно засопела, приговаривая тихое: «Боже». Не хватало только закатывания глаз.

А нет, только что закатила.

- Из-за тебя, Аллен.

Дин тупо моргнул и нахмурился. Почему он? Почему снова он?!

- Каким боком я-то вписался? - негодующе озвучил он мысль. - Чарли, говори уже нормально!

- Да не могу! - громко шепча в ответ, всплеснула руками девушка. - Сама толком не знаю и опираюсь на слухи да слова Габриэля! Просто Касси уехал, а причина!.. Ну... Вот как бы... Слухи врут, да? - разочарованно вздохнула Чарли, зачёсывая выбившиеся из хвоста пряди назад.

Зажав переносицу пальцами, Дин уставше выдохнул.

- Какие ещё слухи, Чарли?

- Да забей, - махнула девушка рукой, но в следующий миг настроение резко переменилось, точно солнышко выглянуло из-за туч: - Пойдёшь на вечеринку?!

Ладно, пускай увиливает.

- Приглашаешь? - улыбнувшись в излюбленной манере флирта, изогнул бровь Дин, поддерживая смену темы.

- О, нет, с парнями не танцую, - дерзко усмехнулась Чарли и, получив уже вопросительный взгляд, дополнила: - Я по девочкам, Аллен.

Почему-то Дин даже не удивился, хотя не предполагал подобного.

- Значит, у меня никаких шансов? - театрально охнув, прижал ладонь к груди Винчестер.

- Не-а, вообще никаких. Но... Если ответишь на один вопрос, то познакомлю с прекрасной феей.

Возможно, не контролируй бы Дин себя - подавился бы. Фея. Перед глазами тут же возникла страница Легенд Севера с многоглазым и крылатым нечто.

- Поразвлечься никогда не поздно, - решил он. - Валяй, Чарли.

- Какие отношения связывают тебя с Доктором Новаком? - выпалила Чарли, словно только и ждала момента.

Вот теперь-то воздух застрял в горле, и Дин не сразу смог выдохнуть.

- Никакие? - сиплым голосом ответил он, не зная ответа. - Я не из твоей команды, Чарли.

Дин не врал - он не по парням. Просто нашёл какое-то исключение, которое даже человеком-то не являлось. Однако этот ответ тоже не устроил Чарли.

Поджав губы, девушка боднула его кулачком в плечо и ткнула пальцем в сторону парковки.

- Классная тачка. - Дин глянул в сторону, замечая свою Детку, и внутри разлилось тёплое, родительское чувство гордости, затмевающее всё остальное. - Завтра, пятница, восемь вечера на парковке возле университета, - с короткими паузами проговорила Чарли. - Ладно, побегу. А то Гейб хватится.

- Значит, до завтра?

- Ага. Пока, Аллен.

И вновь Дин услышал какое-то разочарование в звонком голоске. Но связано оно было не с прощанием, не с разговором в целом, а с чем-то, что... Что относится к Касу? И к ответам Дина?

Словно Чарли ждала пылкого признания в чувствах к младшему Новаку.

Мотнув головой и прогнав мысль, Дин пошёл к Импале.

А тем временем вопросов накапливалось всё больше и больше: кто такие Первозданные и чем питаются? Правильно ли поступает Дин, всецело веря Касу? Как именно звучит причина, по которой уехал Кас, и при чём тут Дин? Что означает фраза «Красная ночь, когда солнце сгорело»? Стоит ли верить книге и всему, что в ней написано? Где, чёрт возьми, отец и откуда он узнал об этой книге? Какие слухи оказались неправдой?

Какая тварь дышит в затылок и почему Дин её никак не увидит?

И... Как скоро вернётся Кастиэль?