Инстинкт.

Глава 17
Эриса.

«Они разрешили мне,—сказал Джеймс.—Ты не выйдешь отсюда. Приговор: вечность в моих руках, Блейд, пусть я,почему-то, не могу залезть в твою миленькую голову, но у меня есть другие способы выбить из тебя правду. »

***

Кай.

Джеймс с детства пытал меня, разными способами, тушил об меня сигареты, оставлял в сундуке рядом с кроватью, пока я в него вмешался, дальше на смену пришел подвал,избивал мать, на моих глазах, а потом, приводил  других женщин и развлекался на ее.
Он и Влада бил, пока мать не отправила его к отцу. У Влада был отец, другой отец, не монстр, не такой, каким был Джеймс. Я знал, что Влад хотел вырваться к нам, знал, как он мечтал помочь мне, помочь маме, но не мог. Отец Влада не выпускал его, потому что так сказала мать, да и это было бесполезно, связи Джеймса и его физическая сила, подкрепленная военными навыками, все это, не оставляло и шанса на возможную помощь мне. Мать оставила Влада, но навещала его, хотя я не мог. Джеймс позволял всем пожить хоть немного, но не мне. Я не должен был жить. Я был только для существования. Для его тихой мести. Хотя какая она была тихая?
Я не понимал, почему он так ненавидит меня, почему ? Я ведь его сын. Я просто родился и... Как родитель может так ненавидеть свое дитя... а потом оказалось, что женщина, которую я считал матерью, ей никогда не являлась. Она была матерью Влада, но не моей. Женщина, что родила меня—была единственным человеком, которого любил Джеймс... но я ее убил.
Слабое оправдание, но хоть что-то.
«Рожденный ублюдком им и умрешь».
Эти слова въелись в мою голову, они оставили след на моих костях.
«Монстр». «Ошибка». «Ничтожество».
Может он и прав. Может, я таким был с детства. До того, как меня перевоплотили, до всего этого. А сейчас, у меня лишь появилась сила, что поможет мне уничтожить все. Уничтожить...
«Катарсис».
Это слово ударило мне в голову.
«С этого дня, наступает катарсис. Ты очищен, Кай Никлас. Считай меня своим Катарсисом».
—Нет! Я убью тебя.—Я слышу знакомый голос и дрожь проходится мурашками по моей коже.—Тронь меня и я откушу тебе пальцы!
Не. Может. Быть.
—Эта клетка подходит тебе больше.—Джеймс? Что он с ней делает?
—Давай Джеймс, зли меня дальше.—Ярость в ее голосе заставила меня вскочить.—Продолжай пытать, ублюдок.—Она звучала, так отчаянно.—Но я выйду отсюда и тогда, ты станешь молить меня, что бы я убила тебя. Забрала жизнь и...
Шлепок. Я слышу шлепок и сокращаю расстояние в долю секунды.
—Они разрешили мне,—сказал Джеймс.—Ты не выйдешь отсюда. Приговор: вечность в моих руках, Блейд, пусть я,почему-то, не могу залезть в твою миленькую голову, но у меня есть другие способы выбить из тебя правду.
Нет. Нет. Нет.
Я практически сливаюсь со стеной, пытаясь расслышать разговоры за ней, но слышу лишь удар и стон, а после хруст и крик.
Нет. Нет.
Я бью по стене с такой силой, что из кулака брызжет кровь.
—Вот твой новый сосед.—Джеймс смеется, он смеется надо мной.
—Не трогай ее!—мой охрипший голос режет мне слух. 
Я бью еще раз. И еще. Пока не перестаю чувствовать свою руку, пока кости не выпирают из нее, пока стена не дает трещину.
А потом я слышу залп из оружия и ложусь на пол, когда Джеймс простреливает небольшое окно, между нашими камерами. Пыль и бетон падают на меня, но мне все равно, я встаю и мой взгляд ловит ее на полу.
Эриса.
Эриса.
Эриса.
Она без сознания, а один из охраны придавливает ее тело к полу ногой. Сердце замирает, а руки моей силы, будто хотят скользнуть за пределы комнаты, но датчики не блокируют их.
Потом мой взгляд переходит на Джеймса и ярость вырывается, я рву гребанную стену, мне кажется, что даже ногти на моих руках отлетают, но мне плевать, я должен попасть к ней, должен увеличить отверстие, что было не больше спичечного коробка, до того размера, что бы я мог пройти и вытащить, блядь, ее из этого места.  Но я успеваю превратить «окно», лишь в подобие вентиляции, когда меня ломает от боли и я падаю на пол. Его сила. Он контролирует разум, черт, я отвлекся и он смог это сделать. Я потерял контроль.
—Теперь, каждая попытка сломать эту стену, будет стоить тебе одной, а может и нескольких поломанных костей.—Смеется Джеймс.—Ты сломаешься быстрее этой стены, но подглядывать я тебе разрешаю, не буду заделывать стену. —Он стреляет еще раз и отверстие увеличивается до размеров небольшого окна, которое обычно бывает в ванных комнатах.—Даже открою тебе обзор, я же не изверг, хоть развлечение будет.—Джеймс садится на колени и мне приходится подойти ближе, что бы рассмотреть, что он делает. Когда его рука касается лица Эрисы, когда он поднимает ее побитое лицо, меня охватывает страх. Впервые за все проведанное тут время.
—Не трогай ее.—Рычу я, сжимая руки в кулак.
—Обещать не могу.—Джеймс проводит рукой по ее лицу.—Даже в синяках, она такая красивая, правда?
Я бью по стене и чувствую боль, сравнимую с тем, что мне сломали ребра. Это откатывает меня назад. Я знаю, что боль будет еще какое-то время и что мои кости целы. Чертов контроль разума.
—Сегодня дам вам отдохнуть.—Смех заливает камеру.—Начнем завтра?
Я выдыхаю, когда Джеймс выходит из камеры, вместе со своим человеком.
Но все во мне бунтует. Все напрягается, когда я вижу ее на полу. Когда понимаю, что не могу спасти.
Вот же дрянь.
Я падаю на пол.
Что мне теперь делать?

***

Эриса.

Мои мысли путались, а гул, что не прекращался в моей голове, не давал мне покоя.
Вечность.
Вечность.
Вечность.
Я осматривала комнату, в которой Джеймс и его люди пытали меня раз за разом—это было моим личным отвлечением и своего рода медитацией. Я чувствовала, как от меня воняло, чувствовала, как ссадины по всему телу ноют, горят и болят.
А еще этот холод... я разве могла его испытывать? Может это от потери крови?
Мой взгляд метнулся к луже крови под стулом в середине комнаты. Целая лужа. Я бы придвинула колени и заплакала, если бы могла пошевельнуть хотяб пальцем. Одно было хорошо, мне больше не нужно было сдерживать свои силы, сдерживать регенерацию... внутри меня не было ничего, глухая, полная тишина. Я даже свои мысли с трудом сдерживала.
Может мне просто уснуть и не просыпаться? Можно же просто закрыть глаза и все это закончится...Больше не будет борьбы, больше не будет ничего. Лишь спокойствие, тишина и вечность тьмы, которая поглотит меня. Я жажду покоя...
И я закрыла глаза.
Я сдалась.
Но ровно на секунду.
Потому что услышала...
Стук по стене, что доносился с другой стороны, заставил меня открыть глаза и отмахнуться от слез.
«Кай».
Прошипел монстр во мне. Единственное, на что я реагировала, единственное, что заставляло меня чувствовать, что-то кроме жалости к себе и боли. Пусть этим чувством и была ненависть.
Никлас мучал меня, каждый день, что я сидела в камере, мучал своими речами, мучал шутками, высокомерием, присутствием.
В какой-то момент, он стал моим единственным стимулом для жизни, единственное, чего я хотела, это выйти отсюда и убить его.
Он стукнул по стене еще раз, а потом донесся голос:
—Эриса, ты жива?—спросил он, не менее ослабшим голосом.—Эриса?—повторил он.—Или ты не исполнишь своего обещания и не сможешь убить меня?—этот чертов стук не прекращался.—Мне можно выдохнуть?—продолжал он и я ощутила поток ярости, который был еще не достаточно сильным, что бы заставить меня пошевелиться.—Ну и отлично, значит мне ничего не грозит.—Расслабленно сказал Никлас.—Кого мне убить после Хантера и Тори?—Ублюдок. Ублюдок. Ублюдок.—Айша? Или это будет слишком просто? Адриана?—он демонстративно цокнул.—Тут ты сама мне спасибо скажешь...—Стук по стене ускорился, как и ритм моего сердца.—Эриса!?—крикнул Кай своим надорвавшимся голосом.—Кого мне убить, как я сделал это с твоей подружкой,—его голос трансформировался во что-то чудовищное, что-то отчаянное, что-то злое,—когда я прострелил ее блондинистую голову, смотря в глаза, которые так ждали пощады,—«Убьем. Убьем. Убьем его.»—Глаза, которые бегали из стороны в сторону, смотря на лужу крови, в которой лежал ее друг и на дверь, в которой она ждала тебя...
—Заткнись, ублюдок!—я взорвалась вместе с пульсирующим чувством в моей голове.—Заткни свою пасть!—крикнула я, но это было больше похоже на хрип подстреленного зверя.—Я ненавижу тебя! Ненавижу все в тебе!—Я с трудом повернулась к стене и застучала по ней, как же я хотела дотянуться до его лица, расцарапать его, размазать его, выбить все то высокомерие, что сочилось в каждом слове, букве, во всем нем.
—Отлично, vinous.—Сказал он спокойно и я готова была поклясться, что мы лежим лицом к лицу и если бы не стена, что разделяла нас, я бы уже убила. Убила его!—Ненавидь меня, но живи, пожалуйста.—Это было сказано так тихо, что у меня сложилось впечатление, что я сама придумала эти слова, что они возникли в мыслях. Может так оно и было?

***

Меня окатили потоком холодной воды, как и всю камеру, что делали, около... блядь, я не знала, двух раз в неделю? Сколько прошло дней? Семь? Восемь? Нет,не могло пройти так мало. Я считала порции пищи и крови, которую мне давали. Джеймс не стал бы поощрять меня каждодневной едой, но раз в три дня было вполне себе достаточно, если он хотел, что бы я показала свою силу или малую ее часть то, раз в три дня — то, что нужно. За все время мне приносили еду четыре раза, это означало, что я пробыла в заключении около двух недель.
Тело уже не реагировало на холодную воду, которой меня поливал охранник. Белая майка окрасилась в красно-серые тона, от крови, грязи и пота, но признаться, чувствовать себя чище, пусть даже под напором холодной воды, что доставляла боль, было хоть немного похоже на жизнь.
—Спиной.—Скомандовал мужчина и я молча повернулась, сил на стеснение не осталось, я просто хотела отдохнуть.
—Раздевайся.—Мне показалось, что я не расслышала.—Раздевайся.—Повторил голос, в котором я узнала Драгана.
Я повернулась резче, чем позволяло мне мое состояние, не в силах скрыть отвращение, когда увидела его взгляд, прикованный к моему телу. Он блядь серьезно?
Я попятилась назад, ровно в тот момент, когда мужчина стал наступать.
—Знаешь, Блейд,—начал он, смерив меня увлеченным взглядом. Я, блядь, была похожа на загнанного олененка, которого подстрелили с десяток раз, но похоже, его возбуждала именно слабость и уязвимость, которую я из себя представляла.—Я долго не мог понять, что меня раздражает в тебе сильнее,—я уткнулась спиной в стену,—твое лицо, с этим вечно стервозным выражением, даже, когда ты расслабленна.—Я вздернула подбородок, когда его правая рука ударила о стену рядом с моей головой.—А может вот эта решимость?—Теперь он поднял вторую руку, заключая меня в ловушке.—Или...—Он не сумел договорить, так как в стена напротив задрожала.
—Тронешь ее...—голос Кая был рычащим, таким, в который вкладывают всю злость,—я убью тебя.—Никлас смотрел через маленькое отверстие в стене.—Убью!—гортанно крикнул он и стена напротив опять задрожала от удара, который он вложил в нее.
—Боюсь, это представление, я устроил специально для тебя.—Драган повернулся к Каю, его рука скользнула к моей шее и он ударил меня о стену с такой силой, что я стекла по ней .—Когда ты, Никлас, убивал мою любимую, ты помнишь, как ты ее убивал?—Взревел Драган и каждое его слово, было наполнено первобытной ненавистью, которая сводила его с ума.—Помнишь, Никлас, ее кровь на своих руках?!—Он ударил меня в живот ногой и я изогнулась на полу, скрутившись так, что бы хоть как-то защитить свои органы.
—Это наше дело!—Голос Кая не выражал никаких чувств.—Она не важна мне, можешь не марать руки.—Бросил блондин.
И я бы поверила ему, и Драган, возможно, поверил бы, если бы глаза Кая не пылали ненавистью, которую невозможно было скрыть.
—Вот и проверим.—Драган схватил мою голову и стал бить меня о каменный пол. Я слышала крики охранника, слышала крики Кая, чувствовала, как дрожит камера от рук Никласа, который пробивался ко мне и кричал... кричал от боли, кричал от злости... кричал мое имя.
Да за что, блядь, я?
Крутился лишь один вопрос.
Почему я?
—Ты знаешь, как он убил ее, Эриса?—Драган остановил удары и усадил меня перед собой, я ужаснулась, когда заметила, как он расстегивает свои штаны.—Ты уже видел ту комнату, тех людей, что лежали в криокамерах.
Я почти не слышала его, я лишь отбивалась, пинала ногами, и руками.
—Держи ее!—приказал Драган охраннику, который, к моему ужасу, не стал медлить.
—Я не...—я захрипела.—Отпусти...—слезы покатились по моим щекам.—Не...
—Не трог...—Кай взвыл от боли, после очередного удара о стену.
«Откройся мне, Эриса».
Я услышала слабый голосок в своей голове, но Драган заглушил его криками, в адрес Кая.
—Этот ублюдок, выродок, раскромсал их всех. —Драган ударил меня по лицу, а потом, стал разрывать мою рубаху.—Я не мог найти ее, представляешь? Там были лишь ошметки плоти, я не мог разобрать, где она была. Не мог найти свою любимую.
—Любимую?—крикнул Кай.—Ты первый убил ее, когда выбрал за нее!—Никлас кашлял, выплевывая кровь и, кажется, свои легкие.—Ее,блядь, пытали, что бы ты мог провести с ней вечность любви. Но только, это была твоя извращенная версия контроля!
—Что ты знаешь?—Драган отвлекся на Кая, а я попыталась сбежать, но охранник крепко удерживал меня.—Она бы смирилась, у нас было бы время!
—Она молила тебя убить ее!—Кай барабанил по стене.—Убить, а не делать из нее монстра, подобных нам!
—Но ее убил ты?—истеричный смех Драгана стал пугать больше, чем сила, что ощущалась в нем.—И ты убил ее из благородства?
—Нет.—Признался Кай.—Я убил их всех, потому что потерял контроль.—Сожаление в его голосе, заставило мою грудь заныть.—И я буду жить с этим вечно. Что не смог предотвратить это...
—Видишь, Эриса, ты будешь прощать этого монстра?
—Да, блядь,—огрызнулась я,—причем вообще здесь я?—мой крик был тем, что так давно рвалось наружу.—Разбирайтесь сами! Он забудет про меня так же быстро, как утекает кровь из перерезанного горла.
—Только вот это не правда.—Драган вытащил серебряный нож и пронзил мою левую грудь и комнату наполнили мои крики. Мне показалось, что он хочет убить меня. Что вот-вот убьет, но нет, он возился с чем-то, царапая что-то на моей груди.—Ты будешь мучиться, будешь молить о смерти, когда я сначала изнасилую тебя на его глазах, а потом, сделаю так, что бы он не смог узнать тебя.—Пустота внутри меня начала заполняться чем-то вязким, чем-то, что так похоже на ярость, которую я ощущала, когда впервые очнулась с этий силой, которую я ощущала, когда моей жизни что-то угрожало.—Ты для него много значишь, Эриса, я понял это, когда нашел эту книжонку в его комнате.—Драган, залез в сумку рядом, а потом покрутил передо мной романом, который я читала в дни изоляции. «Грозовой перевал», но причем тут книга?—А еще, когда проверил архивы...
—Заткнись!—крикнул Кай, но Драган его не слушал.
—Когда увидел, сколько раз твоя криокамера выходила из строя.—Мой взгляд метнулся к Каю и когда мои глаза встретились с его, я увидела дикий ужас, затуманенный  рассудок. Кай, будто, сходил с ума.—Сколько раз, Никлас пользовался пропуском в этот отсек, сколько раз он уносил еду из столовой,сколько раз из строя выходили системы вентиляции, а это возможно, если выходишь наружу и лекарства, бинты и, конечно, сыворотка...
—Драган!—Никлас выглядел плохо, очень плохо.—Приказа об ее убийстве не было! Владимир накажет тебя!
—Это мелочи,—отмахнулся Драган,—главное, что бы ты страдал.—Руки мужчины раздвинули мои ноги.
—Нет-нет-нет!—Крикнула я, так отчаянно, как только могла и, будто услышав мой зов, мои страдания поток красного света в моей душе, медленно разрастался по телу. Я тянулась к нему... я знала... что нечто просыпается во мне...
«Пусти меня, Эриса».
«Давай, впусти меня».
Его руки обхватили мою талию, он уже хотел оттянуть мое нижнее белье, как нечто внутри меня взорвалось.
Я открыла дверь.
Я спустила спусковой крючок.
Я впустила ее.
Мое сознание перенесло меня в комнату с бетонными потолками и снова... снова наполненную красной водой по пояс.
Черный силуэт девушки подошел ко мне. Я уже знала ее, я уже говорила с ней.
—Тебе снова нужна я?—сказала она.
—Да. Убей их. Убей их всех.—Я не стала медлить, не стала долго раздумывать, просто инстинктивно схватилась за плечи девушки передо мной.—Уничтожь всех!—Взревела я и черная рука девушки проложила себе путь к моему сердцу, ломая ребра, разрывая плоть... она сжала его и раздавила. И это был конец. Черная дымка окутала меня полностью и я закрыла глаза, принимая всю ее.
Обычно злу противостоит добро, но бывают моменты, когда одно зло, сможет победить лишь другое...большее зло. И тогда это происходит, ты меняешься и на смену человеку в тебе, приходит кто-то еще...

***

Кай.

К моменту, когда я проломил стену, наверное, мой скелет сломался и регенерировал не менее пятидесяти раз. К моменту, когда я перешел на сторону, где уже минут пять слышал мучительные крики. Но не ее.
Прежде, чем осела пыль и я смог бы разглядеть, что все-таки произошло, камеру пронзил звук сирены, а потом, вся она окрасилась в алый оттенок, но только я не помнил, что бы красные лампы были в этой части.
—Эриса?—осторожно шагая внутрь с спросил я, все еще глотая пыль.—Ты жива?
—Да.—Ответ последовал сразу.
И когда, воздух стал чистым, я смог разглядеть.
Красной комната была не из-за света ламп. Нет. Она была залита кровью.
Эриса сидела на коленях, одежда на ней была разорвана, волосы прилипли к телу, а еще, рядом лежал охранник, чей тихий стон, все еще выдавал в нем жизнь, а потом... там лежал Драган, точнее, его части. Голова была оторвана от тела, как и руки, а на бледном лице застыла гримаса ужаса. Хромая, я подошел ближе и сел рядом с ней. Джеймс любил Драгана, как никогда не любил меня, своего сына. Он никогда не спустит ей это с рук. Никогда.
—Ты в норме?—спросил я и ответом мне был кивок. Ее черные глаза смотрели на охранника, Эриса все еще раздумывала убивать его или нет. Я сделал выбор за нее и оторвал ему голову.—А теперь послушай меня.—Я обхватил лицо Эрисы, мне нужно было завоевать ее внимание.—Сейчас сюда прибежит Джеймс и если он узнает, что у тебя есть сила, способная на такое.—Она все еще смотрела сквозь меня.—Эриса! Эй!—Крикнул я и она дрогнула, будто только заметив.—Слышишь меня? Это все сделал я! Тебе ясно?
—Но...Кай..?—пыталась воспротивиться она, но я пригладил ее щеку и с трудом сдержал слезы, которые так и хотели вырваться, когда я заметил количество ран на ней.
—Послушай меня,vinous. Продолжай играть роль невинной и бессильной,по крайней мере, пока не уберешься отсюда. Пока не уберешься от него.—Я услышал десяток пар шагов и отодвинулся от Эрисы, взяв в свои руки голову Драгана, а еще, как можно тщательнее испачкал себя в его крови. Мой ритуал закончился как раз в то мгновение, когда Джеймс хотел влететь в камеру, но замер от увиденного.
—Кто?—только и смог произнести он.
—Что ты там говорил, папочка?—я надел маску саркастичного ублюдка, как делал всегда.—Сломаюсь раньше твоей стены? Только вот, она сломана, как и твой любимый Драган,—я бросил голову Драгана в ноги отца и выпрямился, встав в полный рост, делая и говоря все, что бы он смотрел на меня, но не на нее.—А я все еще жив. Неплохо для выродка?
—Ты труп.—Ответил мне мой отец, но это ничуть не испугало меня. Не так, как если бы ей грозила опасность.
 

***

Эриса.

—Напомните мне, почему я должен терпеть компанию этого предателя?—сказал Слоун, пока я проверяла магазин пистолета, который не планировала выпускать из рук ближайшие сутки.
—Картер,—голос Кая заставил меня напрячься,—твой голос все так же дрожит в моем присутствии.—Никлас наклонился вперед и многозначительно вскинул брови, что бы еще больше раздразнить Картера.
—В твоем присутствии дрожит только Эриса,—я злобно посмотрела на парня с пирсингом.—Так что, можешь выкусить, блондинчик.
—Ты слишком смело общаешься для того,—Кай, по-звериному, клацнул зубами,—кого можно убить с помощью магнита и ножа, не больше зубочистки.
Картер приставил пистолет к голове Кая.
—Это ты слишком смело общаешься, для того, кто обвешан наручниками и устройствами, блокирующими силу.—Действительно, на Кае не было места, что  было бы не увешено блокировкой силы или цепями и наручниками.—Я могу убить тебя в любую секунду.
Я молча наблюдала за реакцией Никласа, хотела разглядеть хотя бы долю сомнения или нерешительности, но мужчина лишь нахально вскинул подбородок и растянулся в улыбке, будто Чеширский кот.
—Проблема лишь в том,—Наглость.Откровенная дерзость.—что твой хозяин не отдавал тебе приказа, песик.—Последнее слово было точкой, после которой Картер бросился на Кая с кулаками.
—Ты идиот?—Демид подбежал первым и оттащил парня от Никласа, которого подняли на ноги, который... черт возьми, продолжал улыбаться.—А ты,—Голицын тыкнул в лицо блондина автоматом,—не открывая свой паршивый рот, если не хочешь пройти остаток пути с кляпом во рту.
Кай отошел на пару шагов назад и я уверена, будь его руки свободны, он бы показушно поднял бы их верх.
—Я люблю извращенные игры, Голицын, но ты не в моем вкусе.
Теперь удар пришелся по животу Кая и я зажмурилась, а потом пронзила глазами Демида.
—Выдвигаемся.—Скомандовал он, сверившись с картой на наручных часах и группа из двенадцати человек двинулась из склада.
Я схватилась за ремень сумки, в которой носила теперь и книгу, с которой не расставалась с момента выхода из камеры. После нее, в моей голове что-то щелкнуло, я знаю, что впустила в себя что-то, знаю, что изменилась, но это, чем бы оно ни было, пока не показывает себя, хотя, я ощущаю,что пустота внутри заполнилась обжигающим жаром, который, позволяет мне просто жить, временно, без его присутствия.
—Эй, социопатка,—зовет меня Картер,настроение которого пришло в норму, почти сразу, после того, как мы вышли за пределы склада.—Если нам придется прикрывать друг друга и, возможно, наступит момент, когда моя жизнь будет зависеть от тебя,—Слоун протянул руку,—тогда я хочу зарыть топор войны. Прости, что был козлом.
Я взглянула на Картера глазами, полными удивления, когда поняла, как он напоминал мне Хантера. Я крепко пожала ему руку.
—И ты прости, что опозорила тебя в первый день нашей встречи.—Подначила я.
—Ты-стерва.—Картер отпустил мою руку, но я увидела ели заметную улыбку.
Вся команда двинулась вперед и я ухватилась за автомат, когда небо затянулось тучами, я поняла, что путь будет не из легких, но, в тот момент, когда ударил гром и начался ливень, которого я не видела уже давно, я была убеждена, что нам очень сложный путь.
Демид и какой-то охранник в маске, предположительно, девушка, судя по фигуре, двигались в самом начале колоны, они оба то и дело сверяли компас и электронную карту, дальше был Картер с голубоглазым охранником, еще несколько человек Джеймса и где-то посередине—была я, а судя по тому, как гудела моя шея, Кай был не сильно далеко.
Я знала, что спокойствие продлится еще какое-то время, а потом, придется вступить в бой, но меня радовало, что наши силы вернулись и теперь, мне не нужно будет сдерживаться или игнорировать зуд в руках, что требовали крови.

***

Спустя несколько часов пути по гористой местности, мои ноги заметно ослабли, что было странно для меня, ведь вся подготовка с Кириганом была в разы сложнее простой прогулки в горах под ливнем. Шрам на груди заныл, напоминая, что причиной слабости в ногах были дни проверенные в камере. Волна паники накатила на меня неожиданно и я немного замедлилась, стараясь отдышаться. Я вспомнила удары, вспомнила глаза Джеймса, в которых была лишь ярость и,конечно, сердце бешено забилось, когда я взглянула на Лойса, который, шел впереди, так близко, что мне хватило бы пары секунд, что бы разорвать его, выпотрошить и отправить его сердце Джеймсу.
«Сейчас хороший момент. Давай убьем. Убьем-убьем-убьем».
Теперь голос в голове слышался слишком ясно, он больше не был похож на эхо моего подсознания, нет. Это была я.
Я сжала автомат и прицелилась. Секунда и он мертв.
Мои пальцы уже сжимали курок, но рев, что донесся позади... нет. Слева? Стоп. Справа тоже? Нас окружали, но... Я быстро пробежалась взглядом по всем. Они не реагировали? Не слышали этого гудящего рычания? Волоски на коже встали дыбом, когда я почувствовала, будто женщина в моем подсознании скребется по ментальной стене.
«Они здесь.»
Подсказала она и я крикнула:
—Вперед!—я перешла на бег и схватилась за куртку Картера, потащив за собой, что бы тот двигался быстрее.
—Что ты делаешь?—кричал мне Демид.
—Вперед! Бежим!—кричала я, но никто не двинулся с места.—Они здесь!—я посмотрела на Кая, в глазах которого так и читалось недоумение.—Здесь.—Повторила я ему и он не стал больше ждать. Никлас ударил охранника, что удерживал его и рванул вперед за мной. Трое из людей Джеймса двинулись за ним. Демид направил свое оружие на Никласа и крикнул:
—Эриса, что проис...
Но он не успел договорить. Шесть или семь нулевых появились по правую сторону, уже убив одного или двух... я не видела, начался бардак. Поднялся туман из пыли, а с неба стеной начали падать тяжелые капли дождя, заглушая шум выстрелов.
—Слева!—крикнул кто-то, но потом, я услышала звук разрывающейся плоти.
«Позади». Предупредил меня голос и я бросилась прочь.
—Вперед-вперед-вперед!—скомандовала я,проскальзывая между людьми Джеймса и сильнее сжимая автомат.
Мир окрасился в красный, когда моя сила закипела внутри. Мои ноги все глубже увязали в грязи, что образовалась из-за дождя, а легкие сгорали от недостатка кислорода. Но я бежала, не останавливаясь, когда слышала рев позади, крики и так четко чувствовала запах смерти, что исходил из-за моей спины. И когда чья-то рука обхватила мое запястье, я практически взвизгнула и замахнулась оружием, но...
Кай.
Его волосы прилипли ко лбу, а рука обхватила мою и я почувствовала, как энергия вновь забурлила во мне.
Он нагнал меня, а через какое-то время, уже тянул за собой. Никлас был быстрее, а еще, меня удивила его ловкость и с какой легкостью он преодолевал все препятствия.
Я слышала, как монстры дышат нам в спину и, черт, уже не могла больше бежать. С силой или без, нулевые превосходили меня. Превосходили нас.
Я споткнулась о торчащий булыжник и если бы не Кай, проскользила лицом по земле добрых метров три.
«Везде!»
Скомандовал голос и ощущение приближающейся смерти было единственным, что осталось в моем подсознании, которое будто залили красной краской.
—Кай, они везде!—предупредила я и замедлилась.
Но он мне не ответил, не взглянул на меня, но то, как сильно сжалась его ладонь дало понять, что он услышал и поверил мне. Никлас остановился и закрыл глаза, будто прочесывая в своей голове всевозможные варианты.
—Кай?—спросила я еще раз и стала осматривать местность.
—Эриса,—он повернулся ко мне,—что ты чувствуешь?
Я опешила.
—Что ты имеешь ввиду?
—Ты чувствуешь их, знаешь где они.—Кай обхватил мое лицо руками.—Значит, точно знаешь где их нет. Тебе нужно понять, где их нет.
Я не стала задавать вопросов, не стала противиться или даже сомневаться в его словах и в себе. На это просто не было времени. Я знала, что нулевые пробираются, будто, слышала их мысли, ощущала, как они хотят вцепиться в плоть. Знала, что они охотятся на нас.
Я закрыла глаза и мир погрузился во тьму. Секунда. Две. Три. И тьма стала покрываться красной сеткой в моем сознании, будто голограммы или плохо прогрузившиеся карты на компьютере, но тьма стала преображаться. Появился объем, она стала путеводителем. И я почувствовала их.
Двадцать шесть нулевых.
Они были всюду. Подходили с севера, запада, востока и юга. Окружали. Они были возбуждены. Это было похоже на игру, которую они выигрывали. Они были всюду, но... под нами. Мои инстинкты подсказали, что под нами есть пространство.
Я открыла глаза.
—Вниз.—Сказала я Каю.—Под нами.—Я ногой постучала по земле и она... я засмеялась и это не был смех радости, нет, скорее паники.
Кай стал расчищать грязь и его рука нащупала ручку. Он потянул за нее и со скрипом открыл старую дверцу от...
—Еще один бункер?—мой голос звучал слишком отчаянно.
—Ничего не остается.—Кай пожал плечами.—Идем?
Рев где-то поблизости не дал возможности на раздумья, почти одновременно мы запрыгнули во тьму под нами и крышка люка закрылась.
Я не могла видеть ничего, лишь ощущала, как тело Кая накрыло мое, а потом, услышала звук десятка существ, что носились над нами.
Потянувшись в рюкзак, я достала ХИС и потрясла в руке. Зеленый свет, казался слишком ярким с непривычки и я зажмурилась, но лишь на мгновение. ХИС освещает небольшое помещение, скорее похожее на подвал, чем на бункер. Оно было абсолютно пустым, но сухим, не смотря на дождь на улице.
—Похоже нам повезло, мы попали в чей-то погреб.—Сказал Кай и я только сейчас осознала ,что он не собирается вставать с меня.
—Может двинешься?—я поерзала под блондином, но он лишь улыбнулся и приблизился ближе, а потом шепнул мне на ухо:
—А вдруг они нас услышат?—его дыхание обожгло мою кожу и я замерла.—Какое-то,—его глубокий голос заставил все во мне задрожать,—время,—он спустился к моей шее и я вспомнила, как он улыбается мне в губы, когда целует,—нам нужно,—ХИС падает на бетон и я хвастаюсь за куртку Кая,—не двигаться,—теперь Никлас слишком близок к моим губам,—vinous.—Заканчивает он и замирает в миллиметре от моего лица.
Я вздрагиваю, когда его рука дотрагивается до моих мокрых волос убирая их со лба. Вздрагиваю, когда мускулистые бедра напрягаются и я ощущаю каждую мышцу, что говорит о том, что Кай вот-вот сорвется. Вздрагиваю, когда он перестает улыбаться и его взгляд затуманивает возбуждение. Он больше не играет, больше не флиртует. Нет.
—Кай.—Мой голос звучал, как просьба, так будто я молю о том, что бы он перестал сопротивляться и от этого в груди заныло.
Мои руки сами потянулись к его шее привлекая его и меня удивило, когда я поняла, что он уперся и не двигается.
Он покачал головой из стороны в сторону.
—Я уже говорил тебе, vinous. Ты—единственное от чего я теряю контроль.—Он немного отстранился.—И я говорил, что в следующий раз не остановлюсь на поцелуе.—Он сжал губы и мне показалось, что разговор окончен, но Кай продолжил.—И мне будет наплевать, что над нами нулевые, что пятнадцать минут назад убили людей, некоторые из которых, возможно твои друзья и,блядь,—Никлас выдохнул так громко, что я перестала слышать галоп своего сердца,—мне, будет насрать, что мы в чертовом подвале. Я просто возьму тебя здесь и не буду жалеть и секунды, но ты...
Я помахала головой.
—Если ты думаешь,—я говорила четко,—что мне есть какое-то дело до их жизни...—я осеклась. Демид там, он спасал меня множество раз, пусть у нас и есть разногласия, но я должна ему и даже идиот Картер не заслуживает такой смерти. Вот же дрянь.
Я посмотрела на Никласа, а потом на люк над головой.
—Блядь.—Выругалась я и отпустила голову на бетонный пол.—Я скоро взорвусь.
Кай встал и протянул мне руку.
—Пошли.—С усмешкой произнес он, поднимая меня на ноги.—Мы сделаем это, как только ты захочешь убить Голицына, а не спасти его,—пообещал он, даже не пытаясь скрыть нотки иронии в голосе.—А то, если я услышу, что после нашего бурного секса, ты будешь думать о том, как тебе жалко моего заклятого врага.—Кай стал встряхивать с меня пыль, будто это помогло бы мне выглядеть чуть более опрятно.—Признаюсь, даже моя самооценка пострадает.
Я ударила его кулаком по предплечью.
—Ой, замолчи уже.—Я потянулась открывать люк.—Всем станет только лучше, если на планете освободиться хоть немного места.
—Ты о чем?—с нескрываемым удивлением спросил Кай.
—Красавчик Кай Никлас и его эго.—Я ткнула пальцем в его грудь.—Вы занимаете слишком много пространства.
Кай перехватил мою руку и притянул к себе.
—Ты считаешь меня красавчиком?
Я вырвала свою руку из его и смутившись попятилась назад. Я так сказала?
—Заткнись и лезь первым!—перевела я тему.
—Почему я первый?—нарочито возмутился он и уже подтягивался к выходу.
—Что бы тебе откусили голову.—Пробубнила я и подтянулась за ним.
—Они ушли?—спросила я Кая, который помогал мне выбраться из люка.
—Это я у тебя должен спросить. Это у тебя радар на нулевых.
Я злобно фыркнула, но все же прислушалась к своим инстинктам, которые подсказывали мне, что основная масса чудищ убежала на север, но я четко ощущала тройку нулевых на западе и они все еще были в режиме «охоты».
—Там.—Я показала в сторону густого леса.
—Значит нам туда.—Кай шагнул в противоположную сторону.
—Картер и Демид точно там.—Я перегородила путь Никласу, которых не собирался помогать Голицыну.
—А другие охранники?—будто опомнившись спросил он и я прислушалась к своим ощущениям, что-то подсказало мне, что нулевые осторожничают,а это значит, что перед ними больше, чем два человека.
—Да. Они тоже там.—Мне показалось, что после этой информации, Кай точно не вернется туда и его можно было понять, ведь сейчас он близок к свободе, но я какое было мое удивление, когда он ускорил шаг в сторону, где его свободе настанет конец. Паника атаковала меня неожиданно.
—Стой.—Крикнула я и схватила его за руку.—Ты должен уходить, я сама им помогу, если они поймают тебя...
—Если ты думаешь, что я оставлю тебя с ними...
—Я справлюсь с тремя нулевыми.
—Я знаю.—Резко бросил Кай и в его голосе была лишь твердая уверенность во мне.—Я говорю про людей Джеймса. Твоя человечность все еще с тобой.
Он бросает эти слова так незначительно, так непринужденно, будто человеческие качества было лишь помехой и возможно так и было, но от его тона по моему позвоночнику бежит холод. Я не была уверена в том, что человечность — то, что мне присуще после всех событий и хотела бы возразить, но я прикусила свой язык.
Молча мы двинулись в направлении нити, что каким-то образом связывала меня и нулевых. Нам понадобилось около пяти минут бега, прежде чем мы наткнулись на шесть трупов. Ровно половина из нас погибла, но среди них не было знакомых мне лиц. И Лойса тоже. Вот здесь меня укололо разочарование.
Услышав шорох среди кустов, я направила автомат в сторону шума.
—Эриса, это мы.—Демид вышел из кустов хромая и какого было мое удивление, когда я заметила, что на его плече повисла...
—Айша?—я бросилась к девушки, чья нога кровоточила, но успокоилась, когда поняла, что рана не смертельна. За Демидом стояли Лойс и Картер, а так же,Асен, Лайя, Ханна, Эли и двое охранников Джеймса, голубоглазый парень и девушка, что шагала вместе с Демидом в самом начале пути и еще двое, неизвестных мне в масках, девушка была очень высокой и жилистой, а вот парень наоборот, был худощав и на голову ниже меня. Люди Джеймса.
Я осмотрела всех ребят.
—Что вы черт возьми здесь делаете!?—возмутилась я.
—Похоже, кто-то взломал систему.—С легкой отдышкой сказала Айша.—И собралась нас всех вместе.
—Но где?—поинтересовалась Ханна, грубым голосом.
И ответом мне было знакомое пиканье.
Я заморгала.
Щуплый парень, которого я заметила раньше печатал что-то на своих часах.
Таких же, что были у Одри. Меня бросило сначала в жар, а потом в холод и если да не рука Кая, которая, как оказалось, удерживала мою талию, я бы рухнула на землю.
Пиканье остановилось и робот произнес.
—Мы в десяти минутах от «Глотки».
—Кто-то ждёт нас там.—Закончил Кай и только тогда множество злобных взглядов обратились к нему.
Вот же дрянь.