Глава 27
- Она выехала из дома на машине, - влетел в мою спальню Спиро, когда я осушал пакет с кровью.
В последние два дня я то и делал, что питался. Мне нужно было больше сил, и я собирал их по крупицам.
- На машине? - удивился я и выбросил пакет.
- Да, она двигается в сторону города, пошли, - бросил он мне и уже вышел из спальни.
«Что она опять придумала?» – спрашивал я сам себя, спускаясь к машине, где в нетерпении ждал меня друг.
- Мы за вами, - крикнул мне Геральд и сел в свой мерседес.
Я завёл мотор, и мы погнали по шоссе, читая мысли охраны, которые следовали за ней.
- Она поехала в Браунс? – воскликнул Спиро, и я свернул в нужном направлении.
Да, она была тут. Машина была припаркована на стоянке, а сама Мия пошла ужинать.
- Надо быть осторожными, - произнес рядом Амадо.
- Я пойду, а вы будьте тут, - уверенно сказал я и вошёл в ресторан.
Я сразу заметил её, она общалась с официантом, делая заказ. Я оглядел ресторан, он был полон, все мужчины сидели и жадно осматривали её.
- Вы будете одна? – с интересом спросил официант у моей жены.
- А ты хочешь мне что-то предложить? – она улыбнулась ему, и я ощутил, что у парня уже вскипели все чувства, и он готов был упасть перед этой девушкой и молить о ночи с ней.
- У него нет того, что тебе нужно, Амелия, - с сарказмом сказал я, оказавшись около её столика.
- Вот ответ на твой вопрос, - Мия даже не удивилась моему появлению. - Где остальные? – она посмотрела на меня.
- Рядом, - усмехнулся я и сел на стул напротив неё.
- Тогда бутылку Совиньона, - произнесла она с улыбкой официанту.
- А вам? – парень, не отрывая глаз от Мии, спросил меня.
- Свободен, - зло сказал я ему и заставил отойти.
- Тёмный, проголодался? – она откинулась на стуле, и её глаза на секунду вспыхнули огнем, а потом превратились вновь в яркие изумруды.
- Что ты не готовишь битву? – задал я вопрос и выжидающе посмотрел на неё.
- Я жду, - просто ответила она и пожала плечами.
- Чего? – удивился я.
- Тёмный, дай отдохнуть, ты такой нудный старикашка, - фыркнула она и повернулась в сторону официанта, который уже бежал к нам, чтобы налить вино.
Я не мог понять, что сейчас происходит. Феникс хочет отдохнуть? Отдохнуть, сидя в ресторане и попивая вино?
Парень дрожащими руками разлил напиток по бокалам и остался стоять, ожидая приказа от Мии, как послушная собачка.
- Иди, я позову, - бросила она официанту, не посмотрев на него.
Мия отпила из бокала и взяла сумочку, я с подозрением следил за её движениями. Оттуда она достала блокнот и ручку и быстро что-то написала, и повернула ко мне.
«Закрой свой разум от тех, кто ожидает тебя на улице», - прочитал я и прищурился.
Она лишь усмехнулась. Я медленно кивнул ей, выполняя просьбу. Я должен был узнать, в чём причина такого появления и поведения.
Она вновь взяла ручку и написала очередную записку: «Ты любишь эту девушку?»
Я утвердительно кивнул.
Она черканула новое предложение: «Хочешь провести с ней ночь?»
Я отрицательно мотнул головой.
«Тёмный, я говорю не про интимную близость, хотя мне от этого не будет ни холодно, ни жарко. Я полон сил и энергии, мне нет необходимости подпитываться тобой. Я хочу подарить тебе шанс объясниться с моей девочкой, и я говорю про то, что ты сможешь держать её в своих объятьях, шептать ей свои клятвы и просто быть с ней».
После этого послания моё сердце болезненно сжалось. Ее слова ранили, потому что я всё готов был отдать за такую возможность. Я откинулся на спинку стула и поднес бокал вина. Я отпил достаточно, чтобы ощутить весь букет напитка.
«Что ты за это хочешь?» - написал я и повернул к ней лист.
Она довольно улыбнулась и ответила: «Мне нужен весь яд, который у тебя есть в твоей лаборатории. Весь!»
Я нахмурился, пытаясь понять столь необычную просьбу. Феникс боится яда? Но почему? Это не просто яд зверя, я его модифицировал, добавив свою формулу для уничтожения себе подобных. Эту формулу я изучал годами, подбирая травы, меняя их, чтобы получить паралитическое оружие, а затем умертвить второй частью моей находки – слюной зверя, перемешанной с его кровью. Это была смерть для каждого из нас, только эта отрава могла заставить бессмертного заснуть вечным сном. Но сейчас крови, как и слюны зверя, у меня было мало, а точнее не было вообще свободных пробирок, в арсенале было всего пять шприцов со смертельным ядом. И больше не было возможности сделать новые. Та кровь, которую я использовал, была вековой, от первородителя всего клана. Но его убил феникс во втором обращении.
На кону было то, над чем я работал около четырехсот лет и моя любовь. Я вздохнул и кивнул.
- Влюбленный темный, - услышал я из ее уст.
- И что дальше? - спросил я.
Она вновь написала что-то и повернула ко мне: «Как скоро ты можешь доставить его сюда?»
Я задумался и ответил: «Завтра к двенадцати часам дня».
Феникс в облике моей любимой девушки быстро написал следующее: «Передашь кейс Дилану, а он принесет его мне. Я проверю всё ли на месте, все ли пять шприцов. И тогда в десять часов вечера тебя будет ждать твоя возлюбленная там, где вы сможете быть сами собой».
Я быстро прочитал и кивнул. Откуда феникс знал, что у меня всего пять шприцов? Почему надо было передать Дилану? И место встречи там, где мы сможем быть сами собой. Я перебирал в голове уйму мест и мозг выдал одно – наша квартира.
- Знаешь, я встречался с тобой во втором воплощении, но ты был другим, - задумчиво произнес феникс.
- И что? - с вызовом спросил я.
- Да, так, - он взял вино и отпил, - то, что я сейчас жажду тебе рассказать, заставит тебя задуматься о самом себе и вспомнить себя прежнего. Но, к сожалению, тебя постигнет разочарование от моих слов.
- Давай посмеемся, - усмехнулся я.
- Одна девушка и двое мужчин. Один искренне любящий её, другой придумавший свою любовь. Знаешь, о ком я говорю? – феникс в теле Мии придвинулся ближе.
- Не догадываюсь даже, - пожал я плечами, но внутри меня всё напряглось.
- Ты и Спиро, - с улыбкой произнесли губы моей Мии. - А теперь угадай, у кого любовь выдумана?
- Бесполезный разговор. Спиро просто чувствует твою похоть, которую ты вокруг себя распыляешь, - ухмыльнулся я.
- Знаешь, где сейчас эта девочка, пока я живу в её теле? – спокойно спросил феникс и допил бокал.
- Где?
- Спит, отдыхает и видит сны. А в них она проживает свою жизнь от рождения до твоего отказа от неё. И жалеет, проливает горькие слезы, что отдала тебе свое сердце. Но она мечтает, чтобы я излечил её от этого. А вот с твоим другом все обстоит сложнее. Он был искренен в своих мечтах и любви, и до сих пор таков. Каждый день он приходит к моему дому и ждет эту девочку, уговаривает её вернуться, если не к нему, то в университет. Каждый день он улыбается и вспоминает с ней приятные моменты и разговаривает с моими воротами. А что делаешь ты? - феникс выжидающе посмотрел на меня.
Его слова тронули меня, хотя я не должен был показывать это ему, я сомневался, что мне это удастся. Потому что у меня было чувство, что я нахожусь в закрытом пространстве, и кислорода тут было катастрофически мало, для того чтобы выжить.
- Хватит, молчи, - произнес знакомый голос над головой, а я не шелохнулся, в голове ещё эхом отдавались слова феникса.
- Спиро Карсакис, - улыбнулась ему Мия и указала на свободный стул, - давно не виделись, присаживайся. Поговорим, и, наконец-то, вы сами узнаете друг о друге много нового.
- Прекрати это всё, - мрачно предупредил феникса Спиро и сел, - сейчас это неважно. Сейчас есть только ты, который хочет уничтожить весь мир, и есть мы, которые помешаем тебе это сделать.
- Не заговаривай меня, грек. Это очень важно, и вскоре ты поймешь почему, - серьезно сказал феникс и выпрямился.
- Спиро, ты серьезно к ней приходишь? - спросил я его.
- Не имеет значения, - отстраненно ответил он.
- И повторюсь, это очень важно. А знаешь ли ты, темный, что происходило, когда эта девочка ночевала у него дома в Лондоне? - прищурившись, задал мне вопрос феникс, и мое сердце болезненно сжалось от продолжения. - Он...
- Молчи, закрой свой рот, - прошипел Спиро и схватил феникса за руку, но тут же отнял её, она была в ожоге.
- Сиди и слушай, научись бороться за то, что любишь, - грозно сказал он ему и перевел взгляд моих некогда любимых глаз на меня. - Итак, продолжу. Спиро дал таблетки снотворного для этой девочки, и она заснула. Но я не спал, я смотрел и слушал. Он пришел к ней и всю ночь обнимал её, гладил по волосам и наслаждался её хрупкостью, такой тихой и тайной любовью. Он умолял её забыть тебя, признавался в любви и мечтал, как бы всё сложилось, если бы он встретил её первый. Он пообещал ей что? – феникс посмотрел на раздавленного Спиро.
- Я пообещал ей, что сделаю всё для того, чтобы она была счастлива, даже если она никогда не будет со мной. Что я смирился с её любовью к Брендону, но ни на секунду я не забуду о своей надежде на возможность быть с ней. Даже если я ей буду только другом, я буду рад, потому что она единственная, кто показала мне, что есть в мире нежность, ласка, безвозмездная любовь, доброта и искренность, преданность и верность своему сердцу. Она помогает, не прося ничего взамен, полностью растворяется в том, чтобы осчастливить всех, кроме себя. А тот, кто должен это делать, постоянно причиняет ей боль, а я не знаю, как стереть эту печать с ее сердца. Печать вселенской боли и горечи, которую она переживает. И я пообещал ей, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы эта девочка всегда была счастливой и чтобы её душа, наконец-то, отдохнула, - тихо повторил свои слова Спиро.
И мне стало паршиво, потому что он, и правда, любил Мию всем сердцем. Он готов был терпеть и мириться со всем, ради того, чтобы только знать, что она живет и улыбается.
- В то время как ты, темный, что делал? – вкалывал мне яд в сердце феникс. - Я отвечу за тебя, ведь в каждой ссоре, в каждом вашем воссоединении я был рядом. Я был слаб, но я всё видел. Сначала в тебе было желание, затем ты вроде бы влюбился, но потом осознал, что она не вспомнила тебя, и ты обиделся. И вновь все по новой: желание, обида, злость, недоверие, желание, обида, желание. Все твои громкие слова и уверения были пылью, ты хотел найти на подсознательном уровне свою душу, единственную цель в жизни, чтобы оправдать свое существование, и ты нашел эту девочку. Ты унижал её, пользовался ею, валял её в грязи, втыкал нож в спину, а она? Моя глупая спящая красавица прощала тебя, любила всем своим одиноким сердцем даже после всех бед, которые упали на её голову. Она отдавала тебе себя полностью и молила только об одном: о доверии и взаимности, о спокойствии и счастье. А ты не мог подарить ей ничего, кроме ужаса и смерти. Спиро узнал о ней больше, чем ты, которому повезло быть любимым ею. Твой друг понял, чего не хватает этой девочке. Напомнишь, Спиро?
- Заботы, ласки и уверения, как она дорога и как она нужна тебе, - шепотом сказал Спиро.
- Верно, - кивнул феникс, - и свидания, которые покорили мою восхитительную девочку, кто подсказывал? Кто с точностью знал, от чего она будет в восторге? Кто знал, что это поможет ей? Кто помогал организовывать каждое свидание: заказывал катер, собирал корзину, даже сам готовил еду для неё в вашей квартире, подсказал с выбором цветов и подарков?
- Спиро, - ответил я, уничтоженный своим же признанием.
- Потому что он понял всю её душу за такое короткое время, а тебе это сделать не удалось. А теперь сам можешь ответить на мой ребус, который я загадал тебе. У кого любовь искренняя, а кто выдумал эту любовь?
Его слова окатили меня и оглушили, я как будто вновь прожил всю свою жизнь с самого начала, когда увидел Мию. И самую острую боль принесло осознание, что феникс полностью прав. Меня ударили в живот и протащили лицом по земле, что во рту я ощутил железный привкус и пепел. Я так хотел быть нужным, единственным и любимым, что использовал эту девушку. Не думая о её желаниях, о её мечтах, не принимая во внимание все её страхи. Я только пользовался её доверием и любовью, которая была предназначена не мне.
- Теперь я выполнил свою миссию, я же сказал, что я жду. Вот и дождался, - усмехнулся феникс и встал.
- Брендон, я даже не знаю, как так получилось. Я знаю, что я никогда для неё не стану большим, всем её миром. Потому что все её мысли, чувства, переживания крутятся вокруг тебя... - Спиро был растоптан так же, как и я.
- Не говори ничего, - произнес я,- ты должен быть на моем месте, а я нагло занял его. Я хотел привязать её, как собственность, поставить на ней свое клеймо, что это моё. Ведь у меня нет ничего и никого, мы в нашей жизни одиноки. И я хотел показать всем, что я достоин любви, я смогу добиться её даже у такой непонятной и запутанной девушки, как Амелия. Я был полным эгоистом, я таким и остаюсь до сих пор. Я хотел купить себе вещь, которой ни у кого бы не было. Но она оказалась слишком дорогой, а точнее, бесценной, и у меня нет того, на что я мог бы обменять и приобрести такой неогранённый алмаз. Она была права, одиночество наше проклятье. Мы вместе и в тоже время никогда не будем единым целым, потому что мы не созданы друг для друга. Душ нет, и она была права в очередной раз.
Я встал и, не посмотрев на того, кто был мне другом, вышел в темную и прохладную ночь.
- Брендон, - около меня появился Геральд, - я не представлял даже...
- Оставь меня, - отстраненно прервал я его и пошёл по улочке, желая раствориться в ночи или сгнить в своей желчи.
Я повяз в этой правде, и она резала меня, и сжигала заживо. Я обманщик и вор, я никогда не обрету сердце и любовь.
Я устал. Я хотел всё прекратить. Только сейчас я понял последние слова Амелии, написанные на бумаге: «остановить – правда».
Я должен был ей рассказать всю свою историю, всю свою гнилую правду, и она смогла бы расставить всё на свои места.
А сейчас я хотел просто закрыть глаза и ещё раз вспомнить каждую минуту до мельчайших подробностей своего притворства. С этой минуты и до конца моих дней этот вечер станет поворотным в моей жизни. Потому что я за свои столетия только сейчас понял, что я бесполезно растрачивал себя, я совершил такую непоправимую ошибку, что сам себе был противен. Я погубил девушку, которую насильно привязал к себе, показав ей, что такое страсть, и уверил, что только со мной она познает её. Я обещал ей так много, но ни одного обещания не выполнил. Потому что был не готов к этому, сопротивлялся. Я заставил её полюбить себя и разрушил четыре судьбы: Рори, Дилана, Спиро и Амелии. Разве есть оправдание этому? Но если я не любил её, почему так горько и больно сейчас? Почему я ощущал, как моё сердце остановилось и заледенело от этой правды? Почему у меня чувство, что меня предали? И это не кто иной, как я сам...